Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
pic_haeg

Питер Хёг: «Книги рождаются не в голове»

Известный датский писатель встретился со своими петербургскими читателями и поманил их мистической историей

Текст: Ольга Штраус, РГ/Санкт-Петербург, для ГодЛитературы.РФ
Фото с сайта СПбГУ

Питер Хёг, один из самых популярных писателей современной Европы, впервые приехал в Россию. «Смилла и ее чувство снега», «Женщина и обезьяна», «Дети смотрителей слонов» — его романы, переведенные на десятки языков, стали бестселлерами во многих странах. Однако автор их — фигура загадочная. Он танцевал в Королевском балете Дании, жил в Тибете, был моряком и альпинистом. Известно, что Хёг почти не дает интервью, живет отшельником на полуострове Ютландия, медитирует и пишет книги… которые издаются миллионными тиражами.

Санкт-Петербург — единственный город, где Хёг встретился со своими российскими читателями. Встречу, которая проходила в музее современного искусства «Эрарта», вели его постоянный переводчик Елена Краснова и издатель Александр Кононов.
Естественно, многим хотелось понять, что привело писателя в Россию, и почувствовать, как рождаются шедевры. Это удалось — хотя бы отчасти.

О России

Я вырос под влиянием русской литературы: ее очень любила моя мама, особенно Горького. Помню, что единственный раз, когда она меня отругала — когда я читал воспоминания Горького, лежа в ванне, и уронил книгу в воду…
В 70-е в Европе начался танцевальный бум, мы все состязались с русским балетом, а танцовщиков-мужчин не хватало. Поэтому на сцену брали всех, даже вот меня. И это сотрудничество между датской и русской школой балета тоже приблизило к России. К вашей стране в Дании всегда относились так: интерес, страх и желание разгадать эту загадочную страну.

О начале пути

Я не собирался становиться писателем. Но у меня был младший брат, и я всегда любил придумывать и рассказывать ему разные истории. Причем сначала это было вроде рисованных мультфильмов: много картинок, а к ним подписи. Потом подписи становились все длиннее.
Свой первый рассказ я написал от несчастной любви. Девочка, которая мне очень нравилась, не пришла на свидание. Я чуть не сошел с ума. Чтобы как-то спастись, сел и стал писать. Я написал рассказ за два часа и почувствовал, что мне реально стало легче. Все остальные книги — вариации на ту же тему.

О писательских секретах

Я по-прежнему пишу рукой на бумаге, потому что для меня писание — очень физический процесс. Принято считать, что книги рождаются в голове писателя: это неправда. Книга каким-то таинственным образом связана с телом, с сердцем, с почерком. Кстати, для своих писаний я использую специальное начертание — сродни тому средневековому почерку, которым римские папы писали свои проповеди.
А почерк сродни рисунку. Знаете, я никогда не вмешиваюсь в домашние задания своих детей, но с младшим сыном (ему сейчас 9 лет) мы вместе от руки пишем разные истории. Я хочу помочь ему сохранить это уходящее умение — писать. И иметь свой почерк.

О «воровстве» в искусстве

Искусство — это огромное всемирно-историческое воровство. В западном мире отчего-то подражание воспринимается как негатив. Но когда я обучаю своих учеников, я говорю им: как можно точнее подражайте великим! Если понравилось выражение, или прием — крадите его. Мартин Смит, великий американский писатель, как-то сделал мне, начинающему тогда автору, важную для меня рекомендацию. В благодарственном письме я написал ему: «Спасибо за все, что я у тебя украл». А потом обнаружил, что и он украл у меня большую сцену из «Смиллы…».

Отвечая на вопрос о своем преподавании, Хёг вдруг начал рассказывать историю, как случайно в густом тумане встретился на скамейке в парке с молодым человеком, который напевал колыбельную Моцарта. Причем проборматывал слова, которые — Хёг был уверен в этом! — могли знать только его родители и брат: ведь эту «Колыбельную» перевел на датский отец Питера и нигде ее не публиковал. Сначала Хёг решил, что это какой-то розыгрыш его приятелей. А потом с ужасом осознал, что в этом тумане он встретился с самим собой, 20-летним.
Зал затаив дыхание внимал этому рассказу. И в какой-то момент вдруг понял: мы присутствуем при рождении новой книги. Налицо фирменный стиль Хёга: чуть-чуть мистики, вкрадчивый юмор, глубокие философские вопросы, на которые нет однозначных ответов. А закончил Хёг «устный выпуск» новеллы размышлениями о воспитании.

О воспитании

Это — рассказ, который я задолжал многим, кому подражал. В то же время это мои размышления о том, что если бы мне в мои 14 лет встретился кто-то, кто рассказал бы мне мою последующую жизнь, я смог бы лучше маневрировать в ней, избежал бы многих ошибок. Это — то, что заставило меня идти преподавать. Когда я родился, дети боялись взрослых. Сейчас они нас не боятся. Это — хорошая новость. Плохая — что мы не дали им ничего взамен. Не научили находить контакт с самим собой и руководствоваться в жизни тем этикетом, который рождается в сердце.

symposium.su

symposium.su

Просмотры: 164
13.09.2017

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ