19.11.2015

Несложившаяся культура потребления

Когда потребителей выставляют преступниками, это не воспитывает лояльность, а скорее наоборот — вызывает протест и негатив по отношению к запрещающим

Текст: Альбина Гимранова/ГодЛитературы.РФ

Фото: cultureinthecity.ru

В Москве при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям прошел круглый стол по проблеме защиты интеллектуальной собственности в интернете. В числе участников — судья Мосгорсуда, представитель Роскомнадзора, юристы и сотрудники антипиратских компаний. ГодЛитературы.РФ посетил мероприятие и пришел к неутешительному выводу: в представлении правообладателей все мы — пираты.

1 мая 2015 года вступил в силу обновленный «антипиратский» закон. Поправки расширили перечень объектов авторского права. Теперь объектами интеллектуальной собственности, подлежащими защите, признаются не только фильмы, но и музыка, книги, программное обеспечение. Закон допускает, что правообладатели и владельцы сайтов, где обнаружен пиратский контент, могут договориться до суда. При этом спор решается удалением нелегального контента. А если пойти на мировую не получилось — то ресурс могут просто заблокировать.

Проблема пиратства  не уникальна для России. Весь мир пытается нащупать свои пути решения этого непростого вопроса. В Америке правообладателей защищает закон «Об авторском праве в цифровую эпоху» (DMCA, или Digital Millennium Copyright Act), в Европе тоже существует своя директива — European Union Copyright Directive.

Пролоббированный кино- и звукозаписывающими компаниями закон DMCA ужесточает ответственность: за нарушение авторских прав можно получить до 10 лет тюрьмы. Действует это так: покупает человек, к примеру, диск с фильмом. Скопировать ничего нельзя: диск можно использовать лишь в той форме, которая предусмотрена лицензионным соглашением. То есть фильм разрешается смотреть только с диска. А если вы хотите не сидеть перед огромным экраном подключенного к DVD-плееру домашнего кинотеатра в гостиной, а завалиться с планшетником на кровать в спальне? Или дать его (на том же планшетнике) ребенку, сидящему на заднем сиденье в машине? Это ваши проблемы. Однако, несмотря на жесткие нормы, в DMCA четко прописан алгоритм взаимодействия пользователей, правообладателей и провайдеров. В отличие от российских законов.

Что происходит в российском законодательном поле — обсуждалось на круглом столе.

В ПОИСКАХ ПИРАТОВ

Коллизия проста: правообладатель борется за свою (и, как декларируется, автора) прибыль, а интернет-пользователь — за свободный доступ к информации.

«В глазах авторов самый главный нарушитель — это потребитель. Нарушитель — тот, кто скачал информацию даже в личных целях, но из нелегального источника», — разъясняет Екатерина Чуковская — профессор, преподаватель авторского права в Школе-студии МХАТ.

Таким образом, каждый, кто хоть раз скачивал книги, музыку, фильмы, программы — что угодно — через торрент-трекер или, скажем, «ВКонтакте», является нарушителем — поскольку на этих и других площадках книги в свободный доступ выкладывают далеко не сами авторы.

По мнению Чуковской, распространение нелегального контента связано с тем, что люди не осознают пределы использования информации.

Главный вопрос: кто должен нести ответственность за нелегальный контент? Пользователь? Провайдер? Владелец хостинга? Интернет-ресурс?

Максим Рябыко из Ассоциации по защите авторских прав в интернете считает, что ответственность должен нести не только пользователь, размещающий «Гарри Поттера» в свободном доступе, но и ресурс, с которого этого условного «Гарри Поттера» можно скачать.

В России авторские и смежные права защищает Роскомнадзор. Этот орган уполномочен закрывать доступ к пиратским сайтам и торрент-трекерам по решению Мосгорсуда.

Выступавший на круглом столе представитель Роскомнадзора Борис Едидин заявил, что необходимо развеять мифы, которые распространились в обществе после вступления «антипиратского» закона в силу. Вопреки пессимистическим прогнозам, интернет не умер. По данным Роскомнадзора, количество интернет-ресурсов только увеличивается. При этом, уверяет г-н Едидин, его ведомство не блокирует сайты вслепую, а вступает в диалог с их владельцами. 80% площадок оперативно реагируют на заявление правообладателя и на предупреждения Роскомнадзора — и либо удаляют нелицензионный контент, либо получают право размещать его легально.

Дальнейшая дискуссия разворачивалась вокруг технических и юридических аспектов закона. Как действовать, когда механизмы принуждения не работают и интернет-ресурс не выходит на связь? Или как бороться с сайтами-зеркалами пиратских ресурсов, если понятие «зеркала» в законодательстве не закреплено?

Судья Мосгорсуда Илья Козлов рассказал, что при нынешнем законодательстве достаточно проблематично доказать, что интернет-площадки получают доход от незаконного размещения контента. Настолько же тяжело вычислить человека, который скачал нелегальный контент, — и еще сложнее доказать его виновность.

Есть технические трудности с тем, чтобы адресовать пользователю претензии: первое, что для этого нужно, — это установить его личность. «А мы даже владельцев интернет-ресурсов не всегда можем установить», — признался Максим Рябыко.

МОСТЫ К ПОЛЬЗОВАТЕЛЯМ

В начале двухтысячных Массачусетский технологический институт провел исследование, которое показало: методы традиционной торговли в цифровом мире не работают. И силовые методы здесь бесполезны. Нужно искать другие пути и другие модели.

Исследователи предложили «открытую модель в музыке» (Open Music Model) с чрезвычайно простым принципом. Вместо того, чтобы пытаться изменить аудиторию, надо понять ее потребности — и создать ресурс, который сможет их удовлетворить и окажется удобнее любого пиратского сайта. Это исследование актуально не только для музыки — но для любого другого контента.

Вопрос в другом — почему в России таких ресурсов нет, а вместо этого ведется одна лишь борьба с пиратством - без того, чтобы предложить адептам Веселого Роджера какую-либо альтернативу. Так сказать, кнут без пряника.

Большинство выступающих сошлось на мнении, что необходимо предоставить больше легальных площадок, где пользователь смогли бы без труда за фиксированную плату скачать нужный контент.

«Не нужно бороться с нарушителями, следует развивать рынок предложений. Это наиболее перспективный способ борьбы с пиратством. Социологические опросы показали, что если есть выбор между легальным и нелегальным способом скачивания при одинаковых условиях, то большинство интернет-пользователей выбрало бы легальное скачивание», — рассуждает Чуковская. Она убеждена: в борьбе с пиратством поможет пропаганда авторского права, а также повсеместное использование открытых лицензий.

Андрей Клименко, директор компании Pirate Pay — первого, как утверждается, «полностью технологического антипиратского решения», — предлагает помогать пользователю в поиске контента. Если сайты по требованию Роскомнадзора убирают ссылки на нелицензионный контент, то обязательно нужно разместить информацию, где можно его скачать легально.

Ирина Левова из Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК) считает, что раз уж в этом вопросе затрагиваются интересы правообладателей, то они и должны больше работать. «Информационные посредники — то есть сайты, которые не несут ответственности за нарушение прав своими пользователями, — страдают без контента. Плохо и правообладателям. Правообладатели и должны договариваться с информационными посредниками о премодерации контента».

А если договориться не получается?

СТРОИТЕЛЬСТВО БАРРИКАД: «РУТРЕКЕР» И ПРАВООБЛАДАТЕЛИ

Тогда происходит то, что случилось с крупнейшим российским торрент-трекером — ресурсом Rutracker.org.

Борьба «Рутрекера» и правообладателей вошла в острую фазу как раз перед самой конференцией. 9 ноября Мосгорсуд принял решение о пожизненной блокировке «Рутрекера». Как это ни странно, поводом к тому послужил иск, поданный не кем-то из голливудских мейджоров или их российских дистрибуторов, а издательством «Эксмо». Крупнейшую онлайн-библиотеку страны блокируют из-за пиратских раздач с книгами Дарьи Донцовой и Александра Громова.

«Вечная блокировка — это экстраординарная мера. Как и любое мощное оружие, вечную блокировку нужно применять с большой осторожностью. Иск против „Рутрекера” представляется игрой на обострение между правообладателями и пиратами», — считает Геннадий Уваркин, директор Центра корпоративной правовой защиты. И с этим трудно не согласиться: когда потребителей выставляют преступниками, это не воспитывает лояльность, а напротив — вызывает протест и негатив к отношению к запрещающим. Активная борьба только подстегивает распространение нелегального контента. Запрещающие действия скорее усугубят кризис — но никак его не решат.

Аудитория портала — 14 миллионов. Это огромная медийная библиотека: 1,6 миллиона раздач. Найти здесь можно, кажется, все: от редкой научной книги, изданной в 1952 году тиражом в сто экземпляров, до нового бестселлера Виктора Пелевина. Одни пользователи не видят ничего криминального в том, чтобы поделиться редкой жемчужиной (или чем-то общедоступным), другие — в том, чтобы ее скачать. И пока СМИ активно обсуждают грядущее закрытие «Рутрекера», его пользователи объединяются, готовятся к блокировке ресурса, устанавливают программы-анонимайзеры, которые помогут это блокировку обойти… и не планируют сдаваться.

Но не настроен сдаваться и Роскомнадзор. Его представитель на круглом столе заявил: это — начало масштабной борьбы с пиратством. Закрыт будет не только торрент-трекер, но и все его зеркала. Конечная цель этой борьбы? «Получение качественного полного контента своевременно на легальных ресурсах».

Сложность здесь в том, что сам механизм действия торрент-трекера специально выстроен так, чтобы стать практически неуязвимым к внешнему (запрещающему) воздействию. В его основе - принцип P2P (peer-to-peer, или от пользователя к пользователю). То есть это не какая-то единая огромная база где хранится всё: информация находится на компьютерах пользователей (причём «по кусочкам», так что 10-гигабайтный архив популярного телесериала может быть распределен по десяткам компьютеров по пяти континентам), а на самом ресурсе опубликована только ссылка. Кроме того, существуют десятки способов обхода блокировки — накатанных и давно испытанных.

Принесет ли с учетом этих обстоятельств блокировка тот результат, на который рассчитывают правообладатели?

Судья Мосгорсуда Илья Козлов убежден, что да.

«Скептики говорят, что существуют программы обхода блокировки. Да, может, содержимое библиотек перейдет на другие сайты. Но ведь не все пользователи перейдут на другие сайты, а во-вторых, не все пользователи будут пользоваться этими программами. Так, постепенно, заблокировав один сайт, второй, третий, мы все-таки сформируем правовую культуру в этой области».

Насколько целесообразно блокировать «Рутрекер», если 67% пользователей выбрали в голосовании свободу распространения информации и подтвердили свою готовность скачивать торренты в обход блокировки? Блокировка, возможно, лишь полумера: достаточно вспомнить, как после закрытия в 2010 году площадки torrents.ru (по этому адресу прежде располагался «Рутрекер») ресурс восстановился за один день.

«Скорее всего, мы увидим возрождение феникса из пепла. Даже если „Рутрекер“ будет заблокирован, получение файлов и раздач на этом не остановится, поскольку самый важный сервер находится по другому адресу», — убежден Андрей Клименко.

ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ

Насколько целесообразна эта борьба? — задается вопросом в книге «Цифролюция» социолог музыки Юлия Стракович. «Файлообмен становится привычной повседневной практикой и по сути оказывается культурной нормой нового дня». А любая борьба только порождает сопротивление и приводит к росту баррикад. С обеих сторон.

Ссылки по теме:

Задушить пиратство глобальной лицензией — ГодЛитературы.РФ, 19.10.2015

«Рутрекер» блокируют из-за «Атаки теней» — ГодЛитературы.РФ, 11.11.2015

Владимир Мединский судится с «ЛитМиром» — ГодЛитературы.РФ, 16.09.2015

Как склоняют непреклонных — ГодЛитературы.РФ, 09.09.2015

Новиков намерен переломить пиратов — ГодЛитературы.РФ, 24.04.2015