Текст: Светлана Сологуб, Москва
Как Луша встретила настоящую колдунью
(Из цикла «Лушины истории»)
Теперь Луша смотрела на маму и пыталась угадать, какой же глаз у неё волшебный. Если правый – значит, мама сейчас очень хорошо видит, что делает Луша, потому что скамеечка стоит немного правым боком к песочнице. А если левый? Если левый, подумала Луша, то он никак не может видеть песочницу. Или волшебные глаза умеют вылезать на нос? Или они видят даже сквозь голову?
Луша встала. Мама продолжала читать. Луша огляделась.
Ряды скамеечек уходили от детской площадки во все стороны. Скамеечек было много-много, наверное, сто, или даже целая тысяча. Почти на всех скамеечках кто-то сидел. Вон дяденька одной рукой что-то пытается сделать со своим мобильником, а другой туда-сюда возит розовую коляску. Вон тётенька и малыш кормят голубей и воробьёв булочкой. Луша тоже любила кормить голубей и воробьёв булочкой. Однажды им с мамой попались такие смелые голуби, что их можно было кормить прямо с руки. Большой белый голубь с коричневыми пятнышками осторожно склёвывал крошки с лушиной ладошки и при этом урчал ну прямо как котёнок. А Луша совсем-совсем не боялась, потому что клюв у голубя оказался вовсе даже не острый, а только твёрдый, как карандаш. У малыша кончилась булочка, и он с визгом пробежал прямо через стаю. Воробьи бросились врассыпную, а голуби тяжело зашуршали крыльями и полетели низко над землёй мимо детской площадки. Луша проводила их взглядом.
И тут она увидела волшебницу.
Волшебница была уже немножко старенькая. Она сидела на дальней скамеечке, подставив морщинистое личико под солнечные лучи, покачивала ногой в ярко-синем тапке с загнутым носом и улыбалась. На голове у нее была настоящая остроконечная шляпа, которую носят все настоящие волшебницы, а на плечах – шёлковый плащ со смешными помпончиками.
Луша положила совок в ведро, вылезла из песочницы и решительно направилась к дальней скамеечке. Мама ничего ей не сказала, даже голову от книги не подняла. Луша хотела предупредить маму, что сходит к дальней скамеечке, но потом подумала, что можно не волноваться, ведь мамин волшебный глаз всё видит.
- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась Луша, примостившись на скамеечке рядом с волшебницей.
Та приоткрыла один глаз, скосила его на Лушу и ответила:
- Привет.
- Вы правда волшебница? – спросила Луша.
- Не-а.
Луша удивилась. Не могла же она ошибиться. Вот же – и шляпа, и плащ.
- Я не волшебница, - сказала старушка, переводя взгляд внимательных серых глаз на Лушу. – Я колдунья. Я была волшебницей в молодости. А сейчас я стала настоящей колдуньей. А ты кто?
- А я Лукерья, - Луша слезла со скамеечки, сделала книксен и забралась обратно, - Витольдовна. Иванова.
Колдунья расхохоталась. Луша заметила, что зубов у неё во рту почти нет, как у Бабы Яги.
- А вы точно не Баба Яга? – на всякий случай спросила Луша.
Старушка перестала смеяться.
- Абсолютно точно. Баба Яга живёт в лесу. А я здесь, в городе. Ты не обиделась на меня? Просто у тебя очень необычное имя. И отчество.
- Нет, - прямо как мама пожала плечами Луша, - многие смеются, когда я представляюсь. Я люблю, когда смеются. Не люблю, когда делают вот так.
Луша широко-широко разинула рот и выпучила глаза. Колдунья опять расхохоталась. Дяденька и тётенька, которые в это время проходили мимо скамеечки, почему-то шарахнулись в сторону и прибавили шагу. Луша тоже рассмеялась. Ей было хорошо рядом с колдуньей, ни капельки не страшно и очень интересно.
- А вы можете что-нибудь наколдовать? – спросила Луша. – Вот прямо сейчас взять и наколдовать.
- Запросто, - подмигнула старушка. – Чего бы тебе хотелось?
- А пусть дождь пойдёт, - сказала Луша. – Я люблю, когда дождь.
- Пожалуйста!
Колдунья изо всех сил зажмурилась, сжала кулачки и быстро-быстро зашептала:
- Хочу, чтобы пошёл дождь, хочу, чтобы пошёл дождь, хочу, чтобы пошёл дождь….И-и-и…Оп!
Она подпрыгнула на скамеечке и громко хлопнула в ладоши.
Луша с надеждой задрала голову. Ничего не произошло. Солнышко светило всё так же задорно, на небе не было ни облачка.
- А где же дождь? – расстроилась Луша.
- Э-э-э, нет, милочка! – Колдунья погрозила Луше пальцем. - Волшебство так сразу не случается! Сначала нужно придумать, что ты хочешь. Потом сильно-сильно захотеть, вот так, - она опять зажмурилась и сжала кулачки, - и много-много раз повторить, что ты хочешь, чтобы не забыть. Потом хлопнуть! И потом ждать. Если ты всё сделаешь правильно, то волшебство случится через неделю. А если где-то напортачишь, то через месяц, или через год. А может быть, вообще через сто лет.
- Да-а? – Луша очень удивилась. – А я читала в сказках, что нужно просто взмахнуть волшебной палочкой… и всё… Как фея, которая помогла Золушке поехать на бал, помните?
- Фея, - фыркнула колдунья. - Запомни, милочка, все феи – дилетантки. Надолго её волшебства-то хватило? Всего на шесть часов! А мой дождь будет идти двенадцать дней, представляешь, целых двенадцать дней! Это ж почти две недели! И вообще. У тебя есть волшебная палочка? – строго спросила старушка.
- Нет, - Луша совсем растерялась. Неправильная какая-то колдунья ей встретилась. Это у колдуний должны быть волшебные палочки, а не у девочек.
- И у меня нет. Настоящие колдуньи обходятся без всякой ерунды вроде палочек, запомни это, милочка, хорошенько и на всю жизнь! Запомнила?
- Запомнила, - кивнула Луша. – А что такое «диле-танки»?
Колдунья собралась было ответить, но тут…
…Раздался отчаянный вопль мамы.
- ЛУКЕРЬЯ!!!
Мама бежала по тропинке так быстро, как будто ее нёс вихрь, точно такой же как тот, который забросил Элли с Тотошкой в Волшебную Страну.
- Извините, - сказала Луша колдунье, - мне надо идти.
- Конечно, - улыбнулась старушка и весело ей подмигнула. – Из тебя получится отличная волшебница!
Луша хотела сказать, что вряд ли из нее получится волшебница, у неё даже волшебный глаз не работает, но тут вихрь наконец принёс маму.
- Лукерья! – мама схватила её за плечи и несколько раз встряхнула. – Ты соображаешь, что делаешь?! Я сколько раз тебе говорила, что нельзя уходить от меня! Я сколько раз тебя просила, не разговаривай с незнакомыми людьми!
- Она знакомая, - Луша попыталась ответить спокойно, но мамины руки сами вытрясли из неё слезы, - она знакома-ая! Это моя знакомая колду-унья!!!
Мама уставилась на старушку, широко открыв рот и вытаращив глаза. Та ухмыльнулась, вальяжно откинулась на спинку скамейки и повелела:
- А ну закрой-ка рот, милочка! Твоя дочь не любит, когда так делают.
Мама вздрогнула, закрыла рот, прижала к себе Лушу и повела её прочь от колдуньи.
- Ты сведёшь меня в могилу, - мрачно сказала мама. Луша промолчала обиженно, глотая слезы.
Вдруг у них за спиной послышался ещё один вопль, почти такой же громкий, как мамин.
- МАМА!!!
Луша вывернулась из-под маминой руки и оглянулась. Мама тоже остановилась. К скамеечке по другой тропинке бежала тётенька в разных туфлях на босу ногу и красном плаще, накинутом прямо на халат. Ее длинные темные волосы растрепались и торчали во все стороны. А может быть, именно так волосы встают дыбом, подумала Луша, от изумления перестав плакать. Без сомнения, это была дочка колдуньи. То есть волшебница. Луша теперь знала, что волшебницы – это молодые колдуньи. Волшебница подбежала к скамеечке, упала рядом с колдуньей, и, держась за грудь, попыталась перевести дыхание.
- Ма-ма.., - еле выговорила она, - сколько раз… я тебе говорила… не уходи из дома, не…,- он судорожно вздохнула, - не предупредив меня… сколько раз я тебя просила… не разговаривай ни с кем… Опять нацепила тоськину шапку… Зачем ты завернулась в покрывало?!
Старушка фыркнула и отвернулась, промолчав с достоинством. Луша запомнила, как это делается.
- Пойдем, - растрёпанная волшебница поднялась и взяла старушку под руку. – Ты сведёшь меня в могилу.
Они сделали пару шагов по тропинке, но тут дочка колдуньи обернулась и посмотрела на Лушу с мамой.
- Извините, - пробормотала она, страшно смущаясь, - мама, наверное, напугала вашу дочку… Не беспокойтесь, она не агрессивная…
- Ничего, - пробормотала мама, тоже страшно смущаясь, - всё бывает…
Колдунья подмигнула Луше. А Луша подмигнула колдунье.