Текст: Екатерина Коновалова
Одну из лучших статей, посвященных сравнительному изучению русской живописи и русской литературы, творческому диалогу Михаила Врубеля с Лермонтовым, в 1948 году написал Сергей Дурылин.
«...работая над иллюстрациями к Лермонтову, Врубель откликался на его поэзию как на что-то творчески родственное, он давал отзвук на лермонтовскую поэзию как на нечто изнутри ему близкое, неотторжимое от его собственного бытия. Лермонтов живет во всем творчестве Врубеля. Невозможно говорить об основных темах и приемах Врубеля, не припоминая путей и перепутий творчества Лермонтова», — пишет Дурылин в статье «Врубель и Лермонтов».
Дурылин также напоминает, что Врубелю принадлежат три рисунка к «Анне Карениной» Толстого и несколько иллюстраций к «Моцарту и Сальери» Пушкина. Однако они «несравнимы с работами по Лермонтову».
Михаил Врубель родился через 15 лет после смерти Лермонтова, 17 марта 1856 года в Омске. К слову, сейчас имя художника носит Омский областной музей изобразительных искусств. В 2006 году рядом с музеем был установлен памятник (работы М. Ногина), где Врубель показан поднимающимся по ступеням. Из папки с бумагами, которую он держит, выскользнул лист с изображением шестикрылого Серафима и лег на бронзовую ступень.
Дурылин обращает внимание, что Врубель не был знаком с остававшимися в 1880—1890 гг. в живых современниками Лермонтова, а «с наибольшей полнотой из всех произведений поэта» он мог познакомиться только с «Демоном». В 4-м глазуновском издании «Сочинений Лермонтова» под редакцией П. А. Ефремова «Демон» печатался с вариантами и с четырьмя первоначальными очерками поэмы.
По воспоминаниям художника и искусствоведа Н. А. Прахова, Врубель «любил говорить о литературе, цитировать стихи Лермонтова, особенно „По небу полуночи ангел летел“ и „Три пальмы“». Также любимым стихотворением Врубеля был «Пророк»: «„Пророка“ цитировал и читал по памяти целиком и Лермонтовского и Пушкинского, — вспоминает Прахов, — трудно сказать, какому из двух отдавал предпочтение».
Художник прочитал эту поэму в раннем отрочестве, долго искал правильный подход к художественному воплощению демона, был необычайно требователен к своей работе. «Через все житейские неудачи, художественные труды и творческие томления Врубеля 1885—1888 гг. проходит одно стремление: написать "Демона"», — пишет Дурылин.
Подобно Лермонтову, неудовлетворенному своей поэмой (известно целых девять различных редакций «Демона»), Врубель начинал работу, бросал, возвращался к ней, переделывал. Он уничтожил большого «Демона», начатого в Одессе, разбил «демонов» из глины, с помощью которых пытался наметить образ для главного «духа изгнания».
Первый «сохранившийся "Демон"» был завершен Врубелем в 1890 году. Художник рассказал о нем в своем письме сестре (от 22 мая 1890 г.): «Вот уже с месяц я пишу Демона. Т. е. не то, чтобы моего монументального демона, которого я напишу еще современем, а „демоническое“: полуобнаженная, крылатая, молодая, уныло-задумчивая фигура сидит, обняв колена, на фоне заката и смотрит на цветущую поляну, с которой ей протягиваются ветки, гнущиеся под цветами».
- Меж листьев желтых, облетевших
- Стоит его недвижный трон;
- На нем, средь ветров онемевших,
- Сидит уныл и мрачен он.
- Михаил Лермонтов, «Мой демон» (1829)
Михаил Врубель, «Демон сидящий» (1890)
В 1891 году для юбилейного издания сочинений Лермонтова издательство И. Н. Кушнерева привлекло многих художников, но лишь Михаил Врубель «имел творческую близость к его поэзии». Благодаря П. П. Кончаловскому и В. А. Серову художник получил заказ на иллюстрации к «Демону» и другим произведениям: всего он создал 36 рисунков, из которых 20 вошли в издание (в т. ч. 11 — к «Демону»).
Его работы, порой вызывавшие неприятие издателей и критиков, Кончаловский отстоял как единственно соответствующие духу лермонтовской поэзии. В кушнеревское издание вошло всего 20 рисунков Врубеля: 11 — к «Демону», 4 — к «Герою нашего времени», 3 — к «Измаил-бею» и 3 — к лирике («Русалка», «Еврейская мелодия», «Журналист, читатель и писатель»).
«Ни один из этих рисунков не есть рисунок по поводу событий, рассказанных в романе Лермонтова, или около тем и сюжетов, в нем затронутых. Все это — свободное переживание в линиях и красках тех же образов и чувств, которые Лермонтов переживал в словах и звуках», — пишет Дурылин.
- Задумчив у стены высокой
- Он бродит: от его шагов
- Без ветра лист в тени трепещет.
- Он поднял взор: ее окно,
- Озарено лампадой, блещет;
- Кого-то ждет она давно!
- И вот средь общего молчанья
- Чингура стройное бряцанье
- И звуки песни раздались;
- И звуки те лились, лились,
- Как слезы, мерно друг за другом;
- И эта песнь была нежна,
- Как будто для земли она
- Была на небе сложена!
- Не ангел ли с забытым другом
- Вновь повидаться захотел,
- Сюда украдкою слетел
- И о былом ему пропел,
- Чтоб усладить его мученье?..
- Тоску любви, ее волненье
- Постигнул Демон в первый раз;
- Он хочет в страхе удалиться…
- Его крыло не шевелится!
- И, чудо! из померкших глаз
- Слеза тяжелая катится…
- Поныне возле кельи той
- Насквозь прожженный виден камень
- Слезою жаркою, как пламень,
- Нечеловеческой слезой!..
- («Демон», Михаил Лермонтов)
В 1894 году Михаил Врубель создал скульптурный вариант «Головы Демона» — полихромную работу, ставшую продолжением его поисков пластической конкретности лермонтовского образа. Художник стремился воплотить мятежную и скорбную сущность Демона в трехмерной форме после завершения серии иллюстраций к поэме. Скульптура, представленная на выставке Дягилева в 1898 году, встретила резкое неприятие критиков (в т. ч. В. В. Стасова), но нашла поддержку среди ряда художников (Серова, Нестерова и др.).
Позже, в 1899 году, Врубель приступил к «Демону летящему», монументальному полотну, где изобразил Демона, парящего «над вершинами Кавказа». Художник стремился передать предчувствие гибели, «эти „грани алмаза“ скоро станут для него смертельны, о них разобьётся его тело». В этой работе образ стал еще более сумрачным и трагичным, а цветовая гамма сдержанной и темной, что подчеркивало стихийную мощь и одиночество мятежного духа.
- Вечерней мглы покров воздушный
- Уж холмы Грузии одел.
- Привычке сладостной послушный,
- В обидель Демон прилетел.
- Но долго, долго он не смел
- Святыню мирного приюта
- Нарушить. И была минута,
- Когда казался он готов
- Оставить умысел жестокой,
- Задумчив у стены высокой
- Он бродит: от его шагов
- Без ветра лист в тени трепещет.
- Он поднял взор: ее окно,
- Озарено лампадой, блещет;
- Кого-то ждет она давно!
- («Демон», Михаил Лермонтов)
Михаил Врубель, «Демон летящий» (1899)
Летом 1901 года Врубель пробовал наметить образ «стоящего Демона» (углем и в карандашных эскизах), но не довел замысел до красок. Его неудержимо влекло к теме поверженного Демона.
С осени 1901 года Врубель с исключительным напряжением работал над «Поверженным Демоном»: трудился по 14 часов в день, почти не выходя из мастерской. Он создал множество эскизов и этюдов, где степень «поверженности» варьировалась: от Демона, который еще может подняться и готов к борьбе (с мечом в руке), до окончательно разбитого, с телом, искаженным страданием, но сохраняющего «мятежный огонь» во взгляде.
Михаил Врубель, «Демон поверженный» (1902)
По словам Александра Бенуа, картина стала «одним из самых поэтичных, истинно поэтичных произведений в русской живописи». Врубель создал «симфонию траурных лиловых, звучно‑синих и мрачно‑красных тонов». Работа продолжалась даже во время выставки «Мира Искусства» (1902), художник переписывал полотно прямо в выставочном зале. Несмотря на враждебную реакцию публики и критиков, Врубель не останавливался. Он видел нового, «летящего» Демона.
«Замысел нового Летящего Демона был последним творческим замыслом Врубеля перед его роковым заболеванием. Отстраняясь от своего «Поверженного Демона», которого нет у Лермонтова, Врубель возвращался к лермонтовскому Демону, не знающему подкошенных крыл и гордо возносящемуся в горные выси даже тогда, когда погибла его любовь на земле. Врубель уже проводил карандашом первые очертания этого нового Летящего Демона, когда его настигла болезнь. Но и застигнутый болезнью, Врубель продолжал идти за своей творческой мечтой, побеждавшей его душевный недуг», — пишет Дурылин.
В период болезни Врубель полностью отошел от образа «Поверженного Демона». В его рисунках 1902–1906 годов нет ни намеков на разбитость или гибель. Напротив, вновь торжествует идея лермонтовского Демона, «царя познанья и свободы». Черты мятежного духа проступают в новых образах: «Ангеле», «Серафиме», «Азраиле». Демон у Врубеля восстает из тьмы пропасти, он уже преодолел тяжесть поверженности, стоит на горных высях, озаряемый солнцем, а перья его воскрылий золотятся «победным огнем».
Даже ослепнув в 1906 году — именно слепота, а не душевная болезнь, окончательно разлучила его с творчеством, — Врубель не расставался с лермонтовским Демоном. По его просьбе жена и сестра читали ему поэму Лермонтова.
Александр Блок, произнося прощальное слово над могилой Врубеля, подчеркнул глубинную связь художника с Лермонтовым и суть творческого поиска Врубеля. Он рассказал о «врубелевской легенде»: «Говорят, он переписывал голову Демона до сорока раз; однажды кто‑то случайно заставший его за работой увидал голову неслыханной красоты. Голову Врубель впоследствии уничтожил и переписал вновь, — испортил, как говорится на языке легенды… то творение, которое мы видим теперь в Третьяковской галерее, — есть лишь слабое воспоминание о том, что было создано в какой‑то потерянный и схваченный памятью лишь одного человека миг».
Блок видел в этом не утрату результата, а свидетельство творческой энергии: «всего важнее лишь факт, что творческая энергия была затрачена, молния сверкнула, гений родился».
Как и Лермонтов, создававший своего Демона как антитезу эпохе, Врубель вложил в этот образ всю свою жизнь и волю. Демон стал для него символом протеста и стремления к свободе, «восстания» из душевной тьмы к новому творческому полету.
- Клянусь я первым днем творенья,
- Клянусь его последним днем,
- Клянусь позором преступленья
- И вечной правды торжеством.
- Клянусь паденья горькой мукой,
- Победы краткою мечтой;
- Клянусь свиданием с тобой
- И вновь грозящею разлукой.
- Клянуся сонмищем духов,
- Судьбою братии мне подвластных,
- Мечами ангелов бесстрастных,
- Моих недремлющих врагов;
- Клянуся небом я и адом,
- Земной святыней и тобой,
- Клянусь твоим последним взглядом,
- Твоею первою слезой,
- Незлобных уст твоих дыханьем,
- Волною шелковых кудрей,
- Клянусь блаженством и страданьем,
- Клянусь любовию моей:
- Я отрекся от старой мести,
- Я отрекся от гордых дум;
- Отныне яд коварной лести
- Ничей уж не встревожит ум;
- Хочу я с небом примириться,
- Хочу любить, хочу молиться,
- Хочу я веровать добру.
- («Демон», Михаил Лермонтов)