Текст: Павел Басинский/РГ
На подлете к городу командир корабля объявил: "Добро пожаловать в Екатеринбург, библиотечную столицу России!"
На прошедшей неделе в Екатеринбурге одновременно проходило сразу два культурных мероприятия, и оба - юбилейные.
В этом году столицей ХХХ Всероссийского библиотечного конгресса был выбран Екатеринбург. Конгресс собрал рекордное количество участников - 1700 гостей со всей России.
Под это важное событие власти города сдвинули сроки проведения другого праздника книги, который обычно проходит в августе, - Городского фестиваля книги и чтения "Читай, Екатеринбург!". В этом году он состоялся в двадцатый раз.
Важной частью фестиваля стал совместный проект с литературной премией "Большая книга". В рамках этого проекта в Екатеринбург были приглашены, кроме меня, грешного, писательницы Яна Вагнер и Анна Баснер, поэт и прозаик Екатерина Барбаняга, а Алексея Сальникова и приглашать особенно не пришлось: он в Екатеринбурге живет.
Екатеринбург вообще оказался чрезвычайно плодовитым на литературные имена. Думаю, что по рейтингу рождаемости известных литературных имен на душу населения, если бы такой рейтинг существовал, ему бы не было равных. Вы скажете - Москва. Но в Москве писатели, как правило, не рождаются, они обычно из "понаехавших". Петербург - да, но и там "понаехавших" хватает. Например, там сейчас живут прозаик Роман Сенчин и драматург Ярослава Пулинович. Сенчин родился в Кызыле, а Пулинович - в Омске. Но их литературной родиной является Екатеринбург, где они обрели свою творческую самостоятельность.
А еще из Екатеринбурга-Свердловска, так или иначе, вышли Илья Кормильцев и Алексей Иванов, Борис Рыжий и Игорь Сахновский, Анна Матвеева и Ольга Славникова, Сергей Беляков и Алексей Сальников.
Поверьте, я перечислил далеко не всех. И конечно, не забыл о Мамине-Сибиряке, Павле Бажове и Владиславе Крапивине.
Екатеринбург - одна из родин не только русского рока (легендарная группа "Наутилус Помпилиус"), но и русского литературного постмодерна, который в 90-е годы привез в Москву мой друг Вячеслав Курицын, когда-то потрясавший основы отечественной критики.
Удивительный город! Архитектурно вызывающе эклектичный, он обладает своим неповторимым характером. Здесь Ельцин Центр соседствует с местом паломничества верующих в святость последней царской семьи, расстрелянной в 1918 году в Екатеринбурге в доме Ипатьева, снесенного во времена градоначальничества Бориса Ельцина. Здесь в дни библиотечного конгресса в центре города запрещают продажу спиртного, что вызывает недоуменные вопросы у таксистов: "Неужели библиотекари так много пьют?"
А еще в этом городе прекрасные библиотеки и прекрасные их работники.
Нашу делегацию опекали чудесные молодые женщины Ксения Кузнецова (ведущая книжных клубов муниципального объединения библиотек города), Юлия Панишева (заведующая сектором обслуживания этого объединения и по совместительству гид-экскурсовод), Ирина Елисейкина (заведующая информационным отделом объединения и ведущая библиотечного подкаста "Книги в городе") и главный библиотекарь Евгения Старкова.
Низкий им поклон за их самоотверженную работу по сохранению и развитию библиотечного дела.
Меня, например, поразила районная библиотека № 14. Недавно реконструированная, она, мне кажется, является эталоном дизайнерского решения для библиотек, нацеленных на привлечение молодежи и детей. Небольшая по пространству, она вмещает сразу несколько креативных локаций, о каждой из которых можно прочитать отдельную лекцию. Сюда заходят люди, просто заглянувшие внутрь через панорамные окна, и остаются ее верными гостями и почитателями. И то, что этой библиотеке присвоено звание "Хорошее место", - это вовсе не пустые слова.
Думаю, на этот вопрос достойно отвечали участники библиотечного конгресса, а я сошлюсь на мнение других авторитетов.
Когда-то сценарист Жан-Клод Карьер и писатель Умберто Эко издали книгу бесед "Не надейтесь избавиться от книг!". Сутью их разговора было вот что. Книга, как колесо, является неким пределом совершенства. Когда цивилизация изобретает колесо, она обречена воспроизводить его в той или иной функции. Будет ли это квадратное или треугольное колесо - это все равно будет колесо. Так и e-book не может отменить книгу, потому что она все равно book.
Так и библиотеки, "муравейники знаний", не могут быть отменены потому, что кто-то предпочитает получать эти знания с электронных носителей. Отменить библиотеки по этой причине - все равно что убить мать после рождения ребенка. Во-первых, это аморально. Во-вторых, это непрактично, потому что мать может родить еще. В-третьих, ребенка кто-то должен кормить и воспитывать. И наконец, мать - это не инструмент для рождения. Это некий предел совершенства. Колесо не только для того, чтобы на нем ездили. Если присмотритесь, в самолете кроме шасси есть еще много элементов колеса.
И об этом я тоже думал, подлетая к Екатеринбургу.