Текст: Дмитрий Шеваров/РГ
- это не счастье
- а равновесность
- близкодалёкого
- тихорастущим
- токами токами
- дальняя нежность
- небоживущим
- Алёна Гродская, 23 мая 2026
Когда-то от русской поэзии ко Христу перебросили узкий мостик безвестные монахи, да калики перехожие, певшие духовные стихи. Об этих странниках так и говорили: поют Христа.
Вслед за ними и мирские поэты пробовали ступить на этот невидимый мосток, да вот беда — обветшал он и расшатался. В ХХ веке уже немногие решались на него ступить.
Крестьянский сын иеромонах Роман привел этот мост в порядок. Теперь по нему можно смело идти.
Только сам он уже — на том берегу.
19 мая отошёл ко Господу иеромонах Роман.
Его голос был первым, позвавшим нас в храм. Это было в конце 1980-х. Аудиокассеты с песнопениями отца Романа ходили по рукам вперемешку с кассетами «Наутилуса Помпилиуса», Виктора Цоя и БГ. Только вот песни отца Романа не слушали даже с друзьями. Эти песни требовали уединения. Они полностью разоружали даже самых строптивых и циничных. Юношеское томление духа сменялось внезапным порывом раскаяния – облеченного еще не в слова, но уже в слезы.
Что было делать с этими слезами, куда и к кому бежать — то прояснится потом. Слезы, вызванные слушанием отца Романа, еще не были слышанием. Мы еще не открывали Евангелие, а многие и не крещены были. Но те слезы… Сегодня и Евангелие под рукой, и разумеем что-то вроде, и ближнего наставить можем в свое удовольствие. Но нет тех горячих слез…
- О Боге знать — осилить полдороги
- Иль вовсе не осилить ничего:
- Не знания спасительны о Боге,
- А сердцем усвоение Его.
- Никто познаний не уничижает,
- Но голова не многое вместит.
- А сердце сокрушенно больше знает,
- И диво ли, что с Богом говорит?
Это одно из последних стихотворений отца Романа.
Песни на его стихи есть в репертуаре очень хороших певцов и целых академических хоров. И наверное, этому надо радоваться. Но если вспомнить, что большинство песен отца Романа — это духовные плачи… Покаянные. Взять чужое покаяние и преподнести его аудитории как своё? Не знаю, позволит ли сердце…
- Почему же пишется?
- Потому что плачется!
Отец Роман делится с нами не конфеткой в фантике, а горьким лекарством покаяния. И душа принимает это лекарство, потому что безошибочно чувствует в нем спасение.
Вот почему голос отца Романа говорит больше музыки, он сам — музыка, и музыка нездешняя. На фоне грохочущей пустоты — глас вопиющего в пустыне. Только отец Роман не вопил, а терпеливо проповедовал. Так проповедуют Божью любовь соловьи, да зорянки, да одуванчики у забора. Отец Роман не шаманил, не заманивал, не очаровывал, не играл роль монаха, поскольку был им.
Его стихи и песнопения никогда не были умильно-сладким плетением словес. Они были или покаянными, или обличительными. Невозможно исповедовать Христа, закрыв глаза на происходящее. В отце Романе пламенел дух первохристиан, не страшившихся обличать императоров.
- Гонения за Правду выше бдений
- Безчисленных поклонов и вериг,
- Молитвенных ночных уединений -
- Блажен, кто в буре Божий мир постиг!
Ему не надо было смотреть новости каждый день, чтобы понимать, что происходит. Люди приезжали к нему в скит со всей России, а еще больше людей писали ему на сайт «Ветрово», где он, пока были силы, отвечал на вопросы. Он видел, как мы притерпелись к своим грехам, к войне, к смертям, которые считают на тысячи, к тому, что девочки на улицах беззаботно щебечут на матерной фене…
Обличительная нота в стихах отца Романа год от году нарастала, нежное вещество поэзии порой вытеснялось публицистикой. Но надо понять — поэзия была дорога отцу Роману не сама по себе, а как один из путей к Богу, причем путь не самый прямой.
Однажды он позволил себе не согласился с расхожим утверждением Аполлона Григорьева о том, что «Пушкин — наше всё». «Не Пушкин, а Христос — наше всё», — заметил отец Роман, чем вызвал бурю возмущения в интернете. А ведь если подумать, то не от монаха надо защищать Александра Сергеевича, а от тех, кто делает из него языческого божка. Пушкин, писавший: «И с отвращением читая жизнь мою, я трепещу и проклинаю, и горько жалуюсь, и слезы лью…» — он и в страшном сне не мнил себя тем, кем его пытаются изобразить в дни юбилеев и торжеств.
Отец Роман не был удобным человеком ни для священноначалия, ни для своих читателей. Он говорил: «Монах, христианин — это воин Христов. Невозможно угодить всем… Невозможно изменить то, что мы не в силах изменить, но противостоять своим несогласием обязаны».
Еще 25-летним он предчувствовал свой путь:
- И буду я, гонимый всюду,
- Повсюду пугалом ходить
- И одураченному люду,
- Дурачась, что-то говорить.
- Но люд, не слушая особо,
- Турнёт, спокойствие храня,
- И где-то безо всякой злобы
- Камнями изобьют меня.
За прямодушие и неуступчивость отец Роман получал поношения со всех сторон. В последние годы признавался: «Я как воду пил болезни, оплеванья…»
Иеромонах Роман жил в глухом скиту, но и пребывая там, вызывал на себя огонь. «Я отошел от всех далече, и все ж кому-то помешал», — удивлялся отец Роман.
В последние десять лет его пытались ублажить наградами и литературными премиями — то светскими, то церковными. Поэт-монах от них уклонялся, называя «цацками». Поэт-монах от них уклонялся, ведь Господь ему столько даров дал, сколько не снилось ни одному из 146 российских миллиардеров.
…Как хорошо, что в эти летние ночи за окном слышны не одни лишь хлопки и сирены, но и соловьи, а под утро — овсянки, зарянки, дрозды, малиновки, зяблики... Ничто не затмит этот братский хор.
- Ах, как птицы поют! Так в неволе не спеть!
- Ублажаю тебя, Божье слово — Свобода!
- Соловьи, соловьи! Я б хотел умереть
- Под Акафист подобного рода…
ОДИНОКАЯ ТЕТРАДЬ ИЕРОМОНАХА РОМАНА
* * *
- Если тебя неудача постигла,
- Если не в силах развеять тоску,
- Осенью мягкой, осенью тихой
- Выйди скорей к моему роднику.
- За родником — белый храм,
- Кладбище старое.
- Этот забытый край
- Русь нам оставила.
- Если глаза затуманились влагой
- Из родника поплещи на глаза.
- Можешь поплакать, спокойно поплакать,
- Кто разберёт, где вода, где слеза?
- Видишь, вон там журавли пролетели,
- У горизонта растаял их крик?
- …А если ты болен, прикован к постели,
- Пусть тебе снится целебный родник.
- За родником — белый храм,
- Кладбище старое.
- Этот забытый край
- Русь нам оставила.
- 1975
- село Рябчёвск
* * *
- Я любви к живому не нарушу.
- Жизнь свою любовью окрылив,
- Обнажаю голову и душу
- Перед вашей скорбью, журавли.
- Только вам любовь моя излишня.
- И стою, отчаявшись понять:
- Как же так? Ну как же это вышло,
- Что и вы летите от меня?
- Я ли вас не ожидал весною?
- Я ли дни до встречи не считал?
- А теперь несетесь стороною,
- Дав понять, что я вам не чета.
- Что ж вы так? Не ваши ли рыданья
- Душу мне повыделали в кровь?
- Бросьте же, хотя бы в подаянье,
- На прощанье теплое перо.
- 9–10 июня 1977
- г. Полярный
* * *
- Хочу в последний раз
- Запечатлеть до гроба
- И твой собачий лай,
- И церковь без креста…
- Родная сторона!
- Здесь теплится особо
- Нетеплая Полярная звезда.
- И этот свежий дух
- Обобранного сада,
- И запах от костров
- Картофельной ботвы.
- Исповедальный лад
- Ночного листопада
- Доверен бытию
- Опятовой братвы.
- Брожу в последний раз
- Задворками, полями,
- Смотрю на огоньки
- Еще не спящих хат.
- Березки-близнецы
- С поникшими плечами
- У дома моего поникшие стоят.
- И сам невесел я.
- С чего тут веселиться?
- Прощайте, лес, поля,
- И ты, Десна-река.
- …Наверно, с тем же чувством
- Подстреленная птица
- Глядит из лопухов на облака.
- 22–23 сентября 1981
- село Рябчёвск
* * *
- Слава Богу, снова я один,
- Снова я лампадку затеплю.
- Суету оставив позади,
- Господу молитву пролию.
- В эту ночь в сиянии луны
- Хорошо тебе, душе, одной
- Воззывать к Нему из глубины:
- Господи, услыши голос мой.
- За окном морозится — январь,
- Млечный путь без края и конца.
- Всякое дыхание и тварь
- Славит, славит Своего Творца.
- Стёкла в украшениях резных,
- Замер под сугробами погост.
- На верхушке стынущей сосны
- Птицами таится стайка звёзд.
- Со́сны клонят го́ловы свои,
- Совершая воздеянье рук,
- И перебирают в забытьи
- Чётки ледяные на ветру.
- И земля, не зная суеты,
- Дышит чистотою голубой.
- Дерева́, доро́ги и кусты —
- Всё кругом исполнено Тобой.
- Служит Богу весь подлунный мир,
- Тихий лес над спящею рекой.
- О, места, забытые людьми,
- Лобызаю дивный ваш покой.
- Всё внимает Богу не дыша,
- Господи, дела Твои святы.
- Что ж ты плачешь, глупая душа,
- Иль и ты коснулась чистоты?
- Слава Богу, снова я один,
- Снова я лампадку затеплю.
- Суету оставив позади,
- Господу молитву пролию.
- 16 марта 1987
- село Родовое
* * *
- Заночую в стогу, по-звериному вырою нору,
- От больших городов отбежав далеко-далеко.
- Полночь Млечным Путём опояшется, как омофором,
- И, луной покадив, наклубит паруса облаков.
- Отовсюду плывёт тонкий запах сиреневой пены.
- Благодать, благодать, наполняется грудь чистотой.
- В изголовье взобью прошлогоднее слёгшее сено.
- Отыщу на прощанье созвездье с Полярной звездой.
- О святые часы! Лобызаю отверстую вечность,
- Протираю глаза, поразмазав, как в детстве, звезду.
- Нет, не хлебом единым живится душа человеча,
- Всё Тобою живет, Сотворивый сию красоту.
- И забуду тогда, и никто, пожалев, не напомнит
- О погоне в ночи, что идёт за моею пятой.
- Опрокинутый ковш где-то землю дождями напоит,
- Чтобы утром припасть к океану за свежей водой.
- И внимает Творцу мир земной с необъятным Небесным,
- Ни друзей не видать, ни идущих по следу врагов.
- И туман, мой туман, дымовой невесомой завесой
- Оградит беглеца от взыскующих душу его.
- Дышит вольная ночь. Завтра будет гораздо всё проще.
- Разойдётся туман, до росинки свое отслужив.
- Соловьями поет, славя Бога, забытая роща.
- И кругом никого, не считая пропащей души.
- 15 мая 1989
- п. Кярово
* * *
- Пойду за поля, в перелески,
- Туда, где овраги и рвы,
- Зароюсь в зеленые блёстки
- Березовой шумной листвы.
- Внимая Благому струенью,
- Забуду и сан, и лета.
- И там задохнусь от волненья,
- Лицом припадая к листам.
Это стихотворение отец Роман написал в скиту Ветрово тридцать лет назад – 3 июня 1996 года.
* * *
- Когда земля исполнится порока
- И правый не отыщется нигде,
- Пошлёт Всевышний Своего пророка,
- Дабы хоть кто-то спасся из людей.
- И ты придёшь, благовеститель Божий,
- Посмешищем у сильных и шутов.
- И твой народ, от ближних до прохожих,
- Не облечётся плачем и постом.
- И побредёшь скитаться одиноко,
- Постясь и плача за погибший край…
- О ты, напоминающий о Боге,
- Не умолкай!
- 26 мая 1996
- скит Ветрово
* * *
- Роса мала. Но что под солнцем краше
- Того, кто светом солнечным одет?
- Смотри, поэт! Вот назначенье наше –
- Душой вобрать Животворящий Свет.
- Не требуя к самим себе вниманья,
- Напоминать прохожим об Одном –
- Нет более великого призванья
- Быть Божьей каплей на лугу земном!
- 5 мая 2001
- скит Ветрово
* * *
- Подлунный мир весною обогрет,
- Живет июнем майская седмица.
- За Церковью – черемуховый свет, –
- Понятно, почему ликуют птицы.
- Поставлю под черемухой скамью,
- И воздохну, и задержу дыханье,
- И жаждущую душу напою
- И благозвучьем, и благоуханьем.
- Зело добро! Чего еще желать?
- Бог дал и спеть, и потрудиться в Храме.
- Жизнь состоялась, можно помирать, –
- Вот так, при соловьях и фимиаме.
- Мечты мечтами – не по Сеньке честь.
- Но, даже и в казенной телогрейке,
- Благословлю Творца, за то, что есть
- И Храм, и под черемухой скамейка.
- 7 мая 2001
- скит Ветрово
Детское
- Зимний вечер. На дворе пурга
- Подымает к небесам снега.
- Завывает ветер, не унять,
- А на русcкой печке благодать.
- На горячих кирпичах лежу,
- Молча, свесив голову, гляжу.
- Керосинка на столе горит,
- Мама за тетрадками сидит.
- С нею сёстры, книги на столе,
- Снежные узоры на стекле.
- И мерцают, и огнём горят,
- Словно за окошком райский сад.
- Тишина великая в душе:
- Рядом с мамой рай и в шалаше!
- Скуден и совсем не тёпел дом,
- Стены не украшены ковром.
- Скудость не печалит никого…
- Жду на печке часа своего.
- В стороне последняя тетрадь —
- Значит, время печку покидать.
- Живо слезу, сядем вчетвером,
- Песню задушевную споём.
- И надежда, и печаль в словах,
- Пели со слезами на глазах.
- Лавка, стол и… неземной уют…
- Хорошо, когда в семье поют!
- 24 марта 2020
- скит Ветрово
Под липой
- Пришлeц аз есмь на земли
- (Пс. 118: 19).
- Крест Богоданный донести,
- Как многие, желаю.
- Хотел бы странником пойти,
- Куда и сам не знаю.
- Земля Господня – благодать!
- Лазурь Небес – подарок!
- Ну не в больнице ж помирать
- Под взгляды санитарок.
- Успеть бы только отмолить
- Свой век пустопорожний
- И, воздохнув, глаза закрыть
- Под липой придорожной…
- Но посох матушки стоит
- И собираться не велит.
- 20 февраля 2022, ночь
- Сретенский монастырь
- Москва
Куда ведут?
- Смолчанье не ведёт к смиренью,
- С ним от Христа легко отпасть…
- Как может потакать растленью
- Так называемая власть?
- Нас по заказу растлевают,
- На дно указывая путь,
- И с малолетства превращают
- В одну животную толпу.
- Вот вам вершина артистизма —
- Визжит великий патриот,
- В знак своего патриотизма
- Он на груди рубаху рвёт.
- Вперёд, Россия! В самом деле?
- Куда ведут, впадая в раж,
- Певцы, певуньи из борделя?
- …И сцена, как нудистский пляж!
- 7 июня 2024
- скит Ветрово
Сестра безудержной печали
- Война — сестра безудержной печали,
- Стираются дома и города.
- Победы побеждённые не чают,
- Но зло не одолеет никогда!
- О, если б не роптать, а сораспяться
- Тому, Кто сыновей заблудших ждёт!
- …Победа в этом мире, может статься,
- В том мире пораженье принесёт.
- Мы все порой жестокостью недужим,
- И всё же, если доблесть дорога́ —
- Не убивайте ненавистью души,
- Преследуя заклятого врага.
- 15 августа 2024
- скит Ветрово
Явное
- Мир Мой даю вам
- (Ин. 14: 27).
- Как память светлую, не лгу,
- Как утешенье в бурных грозах,
- Благоговейно берегу
- Обычный материнский посох.
- То, что нам дорого, храним,
- То, что не очень, отметаем.
- А мир Христов? Как часто с ним
- Мы безрассудно поступаем!
- Не всякий к искусу готов,
- Страстями дар Небесный губим…
- Храните чудный мир Христов:
- Как мы храним, так мы и любим.
- 3–4 июля 2022
- Сретенский монастырь
- Москва
Что остаётся?
- ...Недуги посылает Бог для здравия души
- (Прп. Исаак Сирин).
- Болезнь полезна, здравие – немногим.
- Болезнь трезвит, смиряет каждый час.
- Лишь помыслы о Вечности, о Боге:
- Телесный подвиг явно не для нас.
- Поклона пред Крестом Животворящим
- Уже и одного не положить…
- Что остаётся в немощи лежащим? –
- Великий труд – за всё благодарить!
- 3 марта 2026
- скит Ветрово
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
О детстве
Разве можно забыть, как мать, обделяя себя, делила поровну детям чье-то угощение, как сестры делились последним, как друзья верили тебе, как учителя даже своим видом учили нас скромности и порядочности? Сколько тепла и добра я получил в детстве!
Об учителях
Помню: зима, пронизывающий ветер, а Тамара Ивановна Щегорцова идет по заснеженному полю, заниматься со мной математикой, чтобы я наверстал упущенное в больнице время. Ветер жуткий, снегу по колено, а она идет! Ведь никто же не заставлял ее, ни директор, ни завуч. И я бы не осмелился просить, чтобы не доставлять такие трудности. А просить и не нужно было: совесть, ответственность за чужую судьбу вела ее по этому полю.
Еще помню доброту и простоту Марии Владимировны Федорковой, жизнерадостность Козыревой Валентины Никитичны…
О родном селе
Даже улица была хорошей школой: если кто-то выходил с яблоком, оно съедалось всеми. Если кто проявлял жадность, трусость, подлость, тот обрекал себя на незавидное положение, его чурались. Никто никогда меня не обижал. Старшие ребята-заводилы, которые любили попроказничать, относились ко мне покровительственно, как к младшему брату. До сих пор поминаю Рябчёвск как одну большую семью. Столько было тепла от односельчан!
О Церкви
Пока в Храме народ поёт неповреждённый Символ веры – не оставляйте богослужений. И патриархам, и епископам, и священникам дано священнодействовать, но Совершитель – Христос… Разве мы пришли к пастырям, а не ко Христу?.. Как же низко мы ставим своего Спасителя, если Его Лик закрываем немощами пастырей и архипастырей!
О патриотизме
Любовью к Родине можно повредить душе, если она закрывает любовь к Господу. И если русские стяги почитаются и воздвигаются выше Креста, то такой патриотизм призывает гнев Божий на Россию.
О творчестве
Стараюсь не вымучивать слово. Если что-то внутри зазвучало, сначала молюсь: «Господи, дай сказать то, что полезно людям, что не повредит ни им, ни мне». Потом крещу келью на все четыре стороны, чтобы никакая муза не явилась, никакой пегас не прискакал.
О литературе
Зачем делать из литературы культ? Хотелось написать то, что может коснуться сердца другого человека, чтобы человек по этим стихам, как по мостику, стал пробираться в сторону Храма Божьего.
О даре слова
Поэзия и личность разнолики: не всегда пишущий соответствует высоте написанного. Кто-то болезненный разрыв пытается уврачевать ядом блуда и алкоголя. Вне Церкви дар слова погубил не одну душу.
О поэзии
Стихи требуют большого труда... Не пишите, когда не пишется. А захочется писать – прежде помолитесь.
О рекламе
Миллионы зрителей протестуют, раздражаются, негодуют, плюются при виде идиотских реклам, переключают каналы — тщетно, она повсюду. Да заведите для рекламы один канал и рекламируйте сутками, что хотите. Нет, нужно вломиться в сознание прокладками, жвачками, пойлом, даже когда идут документальные фильмы о страдании и уничтожении народов, о жертвах войн, землетрясений и наводнений! Разве это не глумление над жертвами, не попрание нравственности?
О мире
Хранение духа мирна необходимо в наше немирное время. Мир – Христов Дар! Хранением мира обнаруживается наша верность Христу, сказавшему: «Мир Мой даю вам!»
О жизни
Человечество леденеет на глазах, отогревайтесь в Доме Божием, отогревайте ближних и дальних! Цените эти светлые минуты, поддерживайте друг друга, подмечайте Божию красоту в обыденном, благодарите за всё! Жизнь невероятно коротка!
Прощальное
Из обращения к читателям сайта «Ветрово» 14 января 2017 года
А теперь, дорогие читатели, вынужден со всеми попрощаться… Общайтесь, как и прежде, поддерживая друг друга на пути Спасения. Если кто напишет о своей беде или болезни – как можем, помолимся, ответим стихами или рассказами… Призываю на всех Божие благословение.
СТРОКИ СУДЬБЫ
Александр Иванович Матюшин родился 16 ноября 1954 года в селе Рябчёвске Трубчевского района Брянской области. Отец – крестьянин, мать – учительница. Стихи писал с детства, но никому не показывал. После школы работал плотником, рабочим силикатного завода, художественным руководителем во Дворце культуры, учителем музыки в школе. В 1972 году поступил на филфак Калмыцкого государственного университета. В 1980 году поступил послушником в Вильнюсский Свято-Духов монастырь, в 1981 — в Псково-Печерский. В 1983 году принял постриг с именем Роман — в честь преподобного Романа Сладкопевца. Несколькими годами позже его мать, Зоя Николаевна, тоже была пострижена в монахини с именем Зосима. В 1985 году отец Роман был рукоположен в иеромонахи. Служил в Киево-Печерской лавре, затем в приходах псковского благочиния. С 1994 года жил в одиночестве в скиту Ветрово Псковской области, где с помощью своих белорусских духовных чад построил храм в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших».