Текст: Татиана Данко
Про «Бриджертонов» мы уже столько писали, что повторяться не хочется. Уже даже лекция в Иностранке была, так что можно в свободное время ознакомиться. А сейчас хочется поговорить не столько о самом сериале, сколько о том, какой тренд он задал.
Напомним сюжетную схему книжного цикла и сериала: есть большая уважаемая семья покойного виконта Бриджертона, в которой 8 детей, и каждый сезон (как это было и в одноименном книжном цикле) посвящен одному из этих детей:
- 1 сезон – про Дафну;
- 2 сезон – про Энтони;
- 3 сезон – про Колина (в книгах сначала шел Бенедикт, потом Колин, но в сериале их поменяли местами)
- 4 сезон – про Бенедикта и т.д.
При этом в книгах, откровенно слабых, авторское внимание сосредотачивается исключительно на главном герое и его объекте романтической привязанности. В сериале это выглядело бы скучно и блекло, поэтому шоураннеры добавили второстепенных линий и начали развивать истории других членов семьи с первых серий, чтобы к следующим сезонам мы уже понимали, что из себя представляет тот или иной персонаж, когда фокус начнет смещаться. И от камерного книжного оригинала остались только рожки да ножки – имена героев да их общая сюжетная канва.
Ничто, конечно же, не ново под Луной, и феномен, о котором мы будем сегодня говорить, появился задолго до сериального производства. Придумали его еще древние греки, когда постоянно миксовали персонажей своих мифов, то делая их главными героями, то отодвигая на второй-третий-десятый план, а усовершенствовал эту схему, собственно, Шекспир.
Речь идет о смене фокуса, когда цикл состоит из историй разных героев, существующих в одной вселенной, и фокус смещается на разных героев в каждом последующем сюжете. Как общежитие Олимпа богато на приключения всяких-разных богов, героев, нимф и прочих кентавров, так и в хрониках Шекспира герои, начиная какой-то сюжет, постепенно отходят на второй план, освобождая центр повествования для следующего персонажа.
Просто напомню, что основной цикл шекспировских хроник начинается с «Ричарда II», где главным героем является, собственно, король Ричард, которого, правда, назвать протагонистом язык не очень поворачивается, но все же у него есть антагонист – Генрих Болингброк, оскорбленный королевским недоверием и изгнанием. После того как Болингброка по нынешним меркам «отменили», он не стал отсиживаться на чужбине в ожидании окончания срока королевского гнева, а решил устроить государственный переворот. У него это получилось, но удивительно очаровательному Ричарду II все равно сочувствуешь, хотя он, конечно, тоже тот еще фрукт.
Следующая хроника состоит из двух частей. Сюжет разворачивается после свержения Ричарда и прихода к власти Генриха Болингброка, нынче IV, который оказался в шатком положении человека, захватившего власть незаконно. Кому пришли флешбеки из «Бориса Годунова», вы правы – Пушкин вдохновлялся работами Шекспира. Но параллельно с разборками короля и его вассалов показывается разгульная веселая жизнь принца Хэла и его приятеля – толстого, но харизматичного рыцаря Фальстафа, – которые только и делают, что пьют, кутят, устраивают какие-то дебоширства и не шибко заботятся о своем добром имени. А принц Хэл – это, на минуточку, будущий Генрих V, который выходит на первый план в следующей хронике.
Разбирать сейчас все эти образы подробно мы не будем, перед нами не стоит такой задачи, но, думается, уже стало понятно, к чему мы клоним: чтение хроник предполагает активное вовлечение читателя (ну или зрителя, если мы смотрим постановки/экранизации) не в какую-то конкретную хронику, а в последовательный сюжет всех исторических пьес, входящих в этот цикл.
Как мы должны знать, кто такая Афина, чтобы понимать, почему она «наградила» Медузу Горгону змеями вместо волос и убийственным взглядом, так мы должны быть в курсе, что там случилось в предыдущей хронике, чтобы понимать, из-за чего так красиво убивается Генрих IV, хотя в общем-то сами по себе что мифы, что хроники считаются вполне самостоятельными сюжетами. И в этом фишка. Причем, в отличие от современных авторов, которым просто прикольно разрабатывать героев одной вселенной, у Шекспира была очень четкая идея: через знакомство с историей выстроить самосознание современника, дав ему понимание того, как строилась английская идентичность.
Спустя много веков такая идея создания своей концепции и своего концепированного, т.е. вовлеченного в авторскую вселенную, читателя (термин придумала не я, а Борис Осипович Корман) нашла свое отражение не столько в большой литературе (хотя Виктор Пелевин в общем-то делает примерно это же), сколько в литературе массовой, а точнее – сентиментальной (любовной) и в жанре фантастики и фэнтези.
Умберто Эко в своих семиотических исследованиях писал о том, что ТВ-продукция – это система знаков, которую кодируют создатели и декодируют потребители. И чем лучше знаком потребитель с контекстом смыслового кода, тем легче ему расшифровать этот код, который зачастую углубляется субкодом, т.е. углублением смысла через частные реминисценции. Новый тренд на смещение фокуса есть еще более узкий субкод: для того, чтобы зрителю полноценно декодировать сюжет книги/сериала, необходимо ознакомиться со всем циклом, а не только с его частью.
Стоит вспомнить, например, «Белорские хроники» Ольги Громыко, которые были написаны уже после триумфа ее романов о В.Редной. Этот цикл рассказов хорошо читается и без привязки к романам, но все же полная картина вселенной, полное понимание мировидения концепированного автора этого цикла видно тогда, когда читатель последовательно знаком со всеми книгами внутри цикла. Еще сильнее этот прием у Громыко проявляется в последней серии «Космоолухов», который насчитывает 10 книг.
Ну а дальше пошло-поехало: откройте сейчас любой самиздатовский сайт – и будут вам подобные циклы на любой вкус и цвет фломастеров: и фэнтези, и фантастика, и эротические романы, и любовные, и приключенческие. Ну вы уже поняли: все это ушло в масслит, прижилось и уже вполне закрепилось.
Из самых успешных таких проектов, которые дошли аж до успешных экранизаций – уже упоминаемые «Бриджертоны», которые задали тренд: следом за 4 сезоном сериала от Netflix последовали два похожих по концепции проекта – сериальная адаптация цикла «Вне кампуса» канадской писательницы Эль Кеннеди и также сериальная адаптация романа «В поисках Персефоны» американской писательницы Сары М. Иден.
Последнее – очень любопытное явление. Четырехсерийная адаптация снята на средства, собранные через краудфандинг на платформах Kickstarter и Wefunder, съемками занималась независимая студия Mainstay Productions. Здесь нет так называемой «повестки»: никаких темнокожих актеров, никаких современных трендов на инклюзивность. Проект реализован в формате Bottle Movie («фильм в бутылке») – из-за ограниченного бюджета все снималось практически в пределах одного поместья и его окрестностях, да и само повествование ведется в стиле слоубёрн («медленное горение»), когда развитие отношений происходит медленно через мимолетные взгляды и неуловимые касания, без страстных страстей и громких проблем. Автор, ко всему прочему, еще и мормонка, а потому у нее все максимально скромно и мимимишно, потому что в итоге должно быть на всю жизнь.
По сюжету, в семье Ланкастеров шестеро детей, мать давно умерла, а отец – витающий в облаках любитель древнегреческой мифологии, именно поэтому у всех его детей имена отсылают к какому-то древнегреческому мифу. Естественно, все эти аллюзии на древних греков – как раз то самое субкодирование, которое предполагает углубить идею истории. Получается у автора это слабо, сова на глобус натягивается с большим трудом. Но при этом сериал получился камерным, довольно милым, и, хоть и не хватающим звезд с неба, потому что стал абсолютной калькой с книги, тоже не шибко выдающейся, но все же нашедшим своего зрителя и даже на удивление распиаренным поклонниками романов. Сейчас студия даже заикнулась про второй сезон, где будет раскрываться история следующей сестры, Афины, но для этого сериал нужно «расшарить» по еще большой аудитории и понять, будет ли от этого какая-то прибыль.
Многие зрители говорят о спокойной энергетике истории, о целомудренности, отсылающей к классическим экранизациям Джейн Остин. Сказать, что зрители правы, будет не совсем честно: конечно, до Джейн Остин этому проекту ох как далеко, но интересно другое: такой ажиотаж из-за этого сериала (собранные деньги на съемки, тысячи новых подписчиков у актеров, созданные паблики в соцсетях) и просевшие показатели «Бриджертонов» показывают интересную тенденцию: очевидно, что от инклюзивных экспериментов зрители начинают уставать, стремясь вернуться обратно в уютную атмосферу эпохи Регентства, где можно, не раздражаясь из-за требовательной толерантности, просто отдохнуть и расслабиться.
Еще один интересный проект от Prime Video – сериал «Вне кампуса». Сюжет тут – самый банальный подростково-мелодраматический. Тропы тоже во всех озвученных сериалах примерно одинаковые: вынужденный брак, фиктивные отношения, от ненависти до любви. Идея – та же самая: читатель/зритель знакомится с главной парой и их друзьями, чтобы потом понимать, из чего вырастут отношения центральных персонажей следующих сезонов.
Честно признаться, сюжет довольно затянут. То, что раньше помещалось в полтора-два часа экранного времени классической молодежной комедии, теперь показывается в восьми часовых сериях. Главной интригой становится пережитый травматичный опыт главной героини – в юности ее изнасиловали, и теперь она хочет научиться снова доверять мужчинам. Тема трудная, психологически тяжелая и, если честно, как будто не очень убедительно раскрытая, как и итоговый конфликт между главной парой, который потом просто рассосался как-то сам собой. В этом во всем очень много психологии и очень мало правды.
Но опять же, интересен здесь не столько сюжет, сколько тренд. Даже два тренда.
1) сериал – адаптация романа Э. Кеннеди «Сделка», а «Вне кампуса» – это вообще целый цикл о студентах, название которого теперь дано сериалу, а сезоны будут посвящены, как уже понятно, определенным любовным парам. Первый сезон показывал историю певицы Ханны Уэллс и хоккеиста Гаррета Грэма. Параллельно с ними случилась завязка отношений их друзей – Элли Хейс и Дина Ли Лоурентиса, именно они выйдут на первый план во втором сезоне, который уже получил отмашку на съемки. Здесь тоже шоураннеры решили пойти своим путём, а не хронологически: второй сезон будет экранизацией третьей книги цикла «Счёт».
2) в этом сериале в общем-то легче было справиться с расовым разнообразием, потому что действия разворачиваются в современном мире гаджетов, пострасовости и прочей толерантности. Но интересно, что это, во-первых, не бросается в глаза. А почему? А потому что эта тенденция действительно, видимо, начинает потихоньку сходить на нет. И это во-вторых.
К сожалению, в отличие от «Бриджертонов», которым удалось поймать нерв нашей эпохи, упаковать это в красивую обёртку Регентства и обрушить на зрителя бурный поток постиронии, в последующих проектах никаких открытий уже нет. Объединив опыт предыдущих хитов – остиновских экранизаций, молодежных ромкомов и бриджертоновской чувственности, новые проекты идут по проторенным дорожкам, не изобретая велосипед, но предлагая продукцию на любой вкус и закрывая все нишевые потребности. Что, в общем-то, работает.