Текст: Михаил Зильев
Георгий Аполлонович Гапон (1870 - 1906) и олицетворяемая им "гапонoвщина" - очень выпуклое и предельно противоречивое явление предреволюционной России, своеобразное общественно-политическое преломление духовных исканий декаданса и Серебряного века. Знаменитый проповедник, пользовавшийся огромным влиянием на паству, сопоставимым разве только с влиянием Иоанна Кронштадтского, ставший профсоюзным и политическим лидером, спровоцировавшим печально знаменитое "Кровавое воскресенье", ставшее, в свою очередь детонатором дальнейших кровавых событий, затем эмигрант, основатель революционной организации «Всероссийский рабочий союз» - и погибший под Петербургом от рук террористов-эсеров, обвинивших попа-расстригу в работе на охранку. Немудрено, что столь противоречивая фигура вызывала полярные оценки, а в советское время оценки Гапона были напрочь идеологизированы.
Затевая, десять лет назад, книгу о Гапоне, вышедшую сейчас в АСТ в рамках программной деятельности ООГО "Российский фонд культуры", о. Владимир Вигилянский, настоятель храма святой мученицы Татианы при МГУ, и его супруга, поэтесса, руководительница поэтического семинара Литинститута Олеся Николаева, не ставили своей целью "развенчать мифы" - но получилось именно так.
850-страничный том увеличенного формата состоит из трех частей: 750-странчиного романа, собственно, носящего название "Дело Гапона", пятидесятистраничного публицистического очерка "Русская смута 1905-1907 годов" и 40-страничного приложения - собрания документов, от статьи Победоносцева "Великая ложь нашего времени" до конспиративной записки Ленина из Женевы в С.-Петербургский революционный комитет.
Отрывая презентацию, председатель Российского фонда культуры Никита Михалков подчеркнул, что "это очень серьёзная работа. Нечасто бывает, чтобы серьёзная работа читалась как бестселлер. Я прослеживаю как читатель личную позицию авторов - я вижу их объективность, помноженную на глубокую печаль. Книга эта современная - СССР тоже, если воспользоваться известными словами Розанова, слинял практически за три дня. И там, и там причина одна - утрата веры. Тогда – стихийная, в нашем случае - наведённая".
Разумеется, киношник Михалков не мог не задуматься о возможности экранизации,точнее говоря, сериализации. При этом, по его словам, "очень важно, если будет экранизация, чтобы не упустилась глубина и та боль, которую я почувствовал, когда читал это увлекательнейшее художественное произведение".
Андрей Сорокин, главред издательства "Российская политическая энциклопедия" (РОССПЭН), директор Историко-архивного института, порадовался, увидев в библиографии не менее 15 наименований книг своего издательства: "Эта книга - пример того, как должен работать в наше время ответственный писатель, - заявил он. - Надеюсь, что совместными усилиями мы изживем синдром всезнайства. И начавшаяся 40 лет назад "архивная революция" позволяет на это надеяться. Публичная история вытесняет профессиональную историю - но пусть она будет такая, как в этой книге".
Александр Щипков, ректор Российского православного университета святого Иоанна Богослова и свежеиспеченный депутат Госдумы, напомнил о современности такого типа священника, который представлял собой Георгий Гапон: красив, энергичен, политизирован; это плод Серебряного века
В ответном слове о. Владимир Вигилянский заявил: "Книга эта, помимо всего прочего - книга-предупреждение. 1905 - это была не революция, это была смута, всех против всех. Охранка и жандармерия оклеветаны русской историографией. Все методы терроризма были испытаны уже тогда. Как минимум 35 тыс. человек стали жертвами этой террористической войны. Но самое ужасное - приветствие, которое выказывали разные слои и классы русского общества. Именно они подготовили почву терпимости к дальнейшему террору в дальнейшем".
Революция - это первый миф о 1905 годе; второй миф, как подчеркнул соавтор - это т.н. "автобиография Гапона", на которую опираются все работы о нем; между тем Георгий Аполлонович никакой автобиографии не писал; текст, выдаваемый за нее, был скомпилирован посторонним людьми с определёнными целями.
О. Владимир упомянул и третий миф - но не стал его раскрывать.
Вместо этого взяла слово Олеся Николаева. "Я певец чудесности жизни. Она продолжается, надо только внимательно следить, куда ведёт нас рука Божия".