16.06.2022
Мои любимые поэты

Сергей Васильев — Арлекин детской поэзии

Шесть лет назад в Волгограде умер поэт Сергей Васильев, создатель и редактор легендарного детского журнала «Простокваша»

Сергей Васильев. Этот человек с очень грустными глазами писал для детей очень веселые стихи / Фото из архива Павла Крючкова
Сергей Васильев. Этот человек с очень грустными глазами писал для детей очень веселые стихи / Фото из архива Павла Крючкова

Текст: Дмитрий Шеваров

Сергей был Арлекином в детской поэзии - он писал для ребят невероятно смешные стихи.

В поэзию же для взрослых он вошел печальным Пьеро.

А в жизни Сергей был просто добрым и мудрым человеком. В своем последнем интервью в ответ на вопрос: "Должен ли поэт откликаться на актуальные события?" - он размышлял: "Можно, конечно, пятистопным ямбом отрапортовать о том, в чём Украина не права и в чем не правы мы. Но это будет ложью. Задуматься бы над тем, в чем каждый из нас не прав..."

Недавно я получил письмо от Сережиного друга, волгоградского писателя Александра Цуканова. Он пишет: "Мы сейчас собираем деньги по миру, чтобы выпустить сборник Сергея. А пока посмотрите, пожалуйста, мою зарисовку о Сергее. Ему в этом году исполнилось бы 65 лет..."

История одного стихотворения

Как-то летом выдернул Сергея из нетрезвой компании. Привез его к себе на дачу и уложил на втором этаже, где привольно и тихо.

Среди ночи услышал шаги, бормотанье, похожее на шум ветра... Потом все стихло. Я снова уснул.

Утром торопливые сборы, чтобы успеть на работу. А на столе - листок бумаги с размашистой карандашной скорописью.

- Забери с собой, Серега.

- Да ну его... - отмахнулся Васильев.

Нашел этот пожелтелый листок через много лет. Не Бог весть что, а мне дорог этот недописанный стих, как и все, что происходило с нами за долгих тридцать лет блужданий и метаний. Даже в Союз писателей СССР нас приняли с Васильевым в один день.

Помню, решили мы обмыть это событие. Но когда с водкой и колбасой шумной ватагой вползли в квартиру, то его жена - Саша Васильева, словно снегом осыпала: "Нашли чему радоваться". Но мы радовались... И даже утром, когда Василий Макеев чуть не заплакал, что собака по кличке Долли изгрызла его бесценную записную книжку, Васильев нашел довод, чтобы успокоить поэта.

- Тебе повезло. На днях Долли у жены паспорт изгрызла...

Так и жили в ту пору лихолетья: то журнал "Нива царицынская", то газета "Русское поле". Ради копеечных заработков, когда не знаешь, то ли плакать, то ли смеяться.

А потом я уехал зимой в село Терса, где родился и вырос Сергей Васильев.

Отец Сергея, изработавшийся до предела сельский труженик, крепко прибаливал.

В печке трещали поленья. Ждали приезда Сергея. Я стрекотал время от времени на пишущей машинке: мечтал закончить роман "Раб" и получить за это награду.

Пару раз из заснеженного чернолесья на зады огорода заходили лоси, объедали ветки у яблонь.

В те годы мы выпивали на дачах, в Союзе писателей, различных кафешках... потому что жизнь казалась бесконечной. Как и творческий дар. Но кто-то спекся на длинном марафонском забеге, кто-то свернул с пути...

А Серега - иначе мы его не называли - постоянно выдавал фонтан идей: то "Библия для детей", то новое издание для ребятишек.

Много и великолепно переводил Сергей дагестанских поэтов. Редактировал свой любимый журнал "Простокваша". Писал до последнего не только стихи, но и прозу. Помню, как Сергей обрадовался, когда один из его рассказов напечатали в "Дружбе народов".

А мы, глядя на него, часто горевали. Борис Екимов каждый раз спрашивал: "Ну, что там Васильев?.." Ответить ему было нечего, только вздохнешь глубоко, досадуя на себя за то, что ты не в силах помочь поэту.

  • Храни вас Боже, как хранит
  • Гранит того, кто жил когда-то, -
  • Безмолвно, трепетно и свято -
  • Как мать дитя своё хранит...

Эти четыре строчки написал когда-то ночью на даче поэт Сергей Васильев...

Избранное Сергея Васильева
  • * * *

  • Пускaй живут и мaйские жуки,
  • Пускaй осенние кусaют осы,
  • Пускaй живут нa свете мужики,
  • Пьют сaмогонку, курят пaпиросы.
  • Пускaй и жизнь совсем уйдет в рaспыл
  • Нa этом злом и беспредельном зное.
  • Ведь я не помню, кто меня любил -
  • Живaя твaрь иль существо иное.

  • * * *

  • Когда душа твоя соприкоснется
  • С душой ручья, рассвета иль цветка,
  • В ней что-то необычное проснется,
  • В чужие уходящие века.
  • И, ощущая страх пред небесами
  • И пред природой распростершись ниц,
  • Ты поглядишь на этот мир глазами
  • Ползучих тварей и библейских птиц.
  • И вдруг, любуясь тем, как коромысла
  • Листают вечность крылышками, ты
  • Поймешь, что в жизни нет иного смысла,
  • Чем просто жить без всякой суеты.

  • * * *
  • Родина - это корова. Печаль легка,
  • Если парного - хватает всем молока -
  • Ребенку, кошке, тебе, другим дитям,
  • Я их тоже никому не отдам.

  • * * *

  • Дождик какой опять -
  • Шепчущий, просяной.
  • Спать бы теперь да спать,
  • И Бог с ней, с этой страной!
  • Да нет, говорит трава,
  • Не верь чужим небесам.
  • Вот как поставят у рва,
  • Так станешь травою сам.

  • * * *

  • Степь раскоса,
  • а тьма хоть выколи глаз,
  • Не колышутся травы,
  • и не пылит дорога.
  • Ночь идет,
  • как девочка в первый класс,
  • И несет в портфеле
  • Тельца, Стрельца, Козерога.

Оригинальный материал: rg.ru