18.11.2022
РГАЛИ

К 230-летию со дня рождения В.И. Панаева

Документы из коллекции Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ)

К 230-летию со дня рождения  Владимира Ивановича Панаева (1792-1859) / РГАЛИ
К 230-летию со дня рождения Владимира Ивановича Панаева (1792-1859) / РГАЛИ

Текст: К.В. Яковлева, начальник отдела информации и использования РГАЛИ

19 ноября (6 ноября по ст. стилю) исполняется 230 лет со дня рождения русского поэта, тайного советника, статс-секретаря, ординарного академика Императорской академии наук и почетного члена Императорской академии художеств Владимира Ивановича Панаева (1792-1859).

Владимир Панаев родился в небольшом городке Тетюши Казанской губернии в дворянской семье. Его отец, Иван Иванович Панаев, был пермским губернским прокурором, мать, Надежда Васильевна, происходила из рода Страховых и состояла в родстве с известным русским поэтом и государственным деятелем Г.Р. Державиным. Мальчик рос так же, как и большинство его сверстников из среды провинциального дворянства, – в тихом семейном кругу, который лишь изредка нарушался приездами родни и знакомых и жизнь в котором текла от одного церковного праздника до другого. Первые литературные впечатления он получил из няниных сказок, коих у нее был «большой запас, а когда истощался – она приглашала вместо себя кого-нибудь из дворовых женщин, не уступавших ей в поэзии этого рода».

Необыкновенная живописность местности вокруг Тетюш способствовала развитию природной впечатлительности Панаева и, безусловно, повлияла на его формирование как поэта. «Я же, – вспоминал он позднее, – когда мне было от 8-ми до 10 лет, особенно любил, уйдя тайком из дому, забраться подалее в сторону, туда, где Тетюшская гора принимает суровый пустынный вид и где с половины ее бьет ключ Гремяч, источник прозрачной, холодной воды. Как ни дико было это место, как ни страшно мне было оставаться тут одному, но я находил своего рода удовольствие, превозмогая страх мой, сидеть там, смотреть, как ключ Гремяч вырывается из недр горы, скользит широкою струею по желобам и теряется в темной бездне; как вниз по Волге несутся суда с круто надвинувшимися парусами; как из залесов противоположной луговой стороны реки выказываются два древние Болгарские Минареты; как плоский берег этой стороны, поспешно удаляясь вправо и влево, синея и бледнея, исчезает наконец из взора».

Интерес к стихосложению проявился у Панаева еще во время учебы в гимназии в Казани, которую он успешно окончил в 1807 г., поступив затем в Императорский Казанский университет. В 1811 г. В.И. Панаев был выпущен из университета со степенью кандидата словесных наук. Однако развиваться исключительно на поэтическом поприще он и не помышлял, посвятив себя главным образом чиновной карьере. С 1815 г. он непрерывно служил в министерстве юстиции, по ведомству путей сообщения, в комиссии духовных училищ, в департаменте народного просвещения и, наконец, в 1832 г. был назначен директором канцелярии Министерства императорского двора.

В сохранившихся формулярных списках о службе В.И. Панаева неизменно отмечались его усердие и рвение в исполнении своих обязанностей. За беспорочную службу и отличное выполнение различных высочайших поручений он был награжден многочисленными орденами, в том числе Орденом Белого Орла, Святого Владимира II ст., Святой Анны I ст., Святого Станислава I ст. и Прусского Красного Орла II ст. со звездой и др. В отставку он вышел в чине тайного советника, будучи женат на дочери казанского губернатора А.Я. Жмакина и представляя собой яркий пример благоденствия и преуспеяния образца первой половины XIX века.

Трудно понять, как в этом проникнутом канцелярским духом человеке неизбежный бюрократизм и рассудительность состоятельного помещика сочетались с истинным поэтическим дарованием и страстью к изящным искусствам. В качестве главного жанра своей поэзии В.И. Панаев избрал идиллии, и здесь как нельзя кстати пришлись его детские впечатления от пребывания в деревне и многочасовые наблюдения за природой. В 1817 г. он впервые напечатал несколько своих стихотворений в журналах «Сын Отечества» и «Благонамеренный».

Идиллия как поэтический жанр, воспевающий безмятежную жизнь поселян на лоне природы, чистые нравы сельских пастушков, «биющие ключи, источники и рощи, весну, приятен день и тихость темной нощи» пережила свой расцвет во второй половине XVIII в. К моменту поэтического дебюта Панаева сентиментальные идиллии уже утратили былую новизну и постепенно уступали место новой лирике, которая сочетала в себе поэтическое исследование мира человеческой души и гражданственный пафос. Панаеву эта новая литература была чужда, что отчасти объясняет его прохладные отношения как к поэтам пушкинского круга, так и с Н.В. Гоголем, В.Г. Белинским и другими известными литераторами, с большинством из которых он был хорошо знаком.

Несмотря на некоторую несовременность творчества В.И. Панаева, его стихи были тепло приняты критикой и публикой. На них обратил внимание дальний родственник начинающего поэта Г.Р. Державин, который пригласил его к себе и посоветовал глубже изучить греческую и римскую идиллии, а также взять за образец для подражания идиллии швейцарского писателя и автора пятитомника «Идиллий» С. Гесснера. Творчество Гесснера оказало значительное влияние на многих западноевропейских и русских поэтов-сентименталистов – в частности, перевод его идиллии «Деревянная нога» был первым напечатанным сочинением Н. М. Карамзина. В.И. Панаев прислушался к словам Державина и со временем заслужил славу «русского Гесснера».

Из идиллии В.И. Панаева «Тирсис»:

  • Вечерняя заря, бледнее, догорала;
  • Последний луч ее за рощею исчез,
  • И полная луна с востока выплывала
  • По тусклой синеве безоблачных небес.
  • Тирсис, в задумчивости сладкой,
  • Один, над озером стоял,
  • И тихо взор его блуждал,
  • Из края в край, по гладкой
  • Поверхности спокойных вод,
  • В которых отражен был месяца восход.
  • Сколь сильны иногда благие впечатленья
  • Для юных и простых сердец!

В 1820 г. 25 идиллий Панаева с предпосланным им «Рассуждением о пастушеской поэзии» вышли отдельной книгой. Их поэтическое совершенство, легкий язык и «пленительная простота» принесли автору заслуженную золотую медаль Императорской Российской академии и определенное признание в литературных кругах. В 1821 г. поэт Ф.М. Рындовский посвятил Панаеву стихотворение, в котором были такие строки:

  • И как пленительно, как мило
  • Перо твое изобразило
  • Аркадских нравов простоту,
  • Их жизнь, их нравственность святую
  • Стезю ко счастию прямую!

Впрочем, не все читатели панаевских идиллий были столь благожелательны к нему. Так, считается, что именно В.И. Панаеву посвящено стихотворение А.С. Пушкина «Русскому Геснеру», в котором есть такие строки:

  • Куда ты холоден и cyx!
  • Как слог твой чопорен и бледен!
  • Как в изобретеньях ты беден!
  • Как утомляешь ты мой слух!

Помимо идиллий, славу В.И. Панаеву принесли три написанных им «Похвальных слова», обращенных к Александру I (1816), Г.Р. Державину (1817) и князю Кутузову-Смоленскому (1823), а также несколько прозаических произведений, написанных в духе сентиментальной прозы Н.М. Карамзина, - «Романическое письмо из С.-Петербурга», «Приключение в маскараде», «Жестокая игра судьбы» и др.

Став заметной литературной фигурой своего времени, В.И. Панаев в 1841 г. был назначен ординарным академиком Императорской Российской академии по отделению русского языка и словесности. Также он состоял почетным членом Императорской академии художеств, Казанского университета и Общества любителей отечественной словесности при нем.

Мало-помалу дела службы отвлекли его от литературы, и лишь незадолго до смерти он вновь взялся за перо, чтобы написать свои «Воспоминания». Однако резкость многих содержащихся в них оценок и вольное изложение ряда исторических фактов дали повод критикам В.И. Панаева говорить о том, что как мемуарист он оказался небеспристрастен и неточен. Скончался В.И. Панаев 20 ноября 1859 г. по дороге с Кавказа в Санкт-Петербург и был похоронен на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры (ныне – Некрополь мастеров искусств).

В Российском государственном архиве литературы и искусства хранится небольшой семейный фонд Панаевых № 382, в котором представлены документы В.И. Панаева, а также его племянника, писателя Ивана Ивановича Панаева и его жены, писательницы Авдотьи Яковлевны Панаевой. Среди документов В.И. Панаева наибольший интерес представляет рукопись его «Воспоминаний» (1859), а также материалы к биографии, в том числе подробные формулярные списки о службе В.И. Панаева. Автографы поэта представлены в фондах РГАЛИ несколькими записями в альбоме известной хозяйки петербургского литературного салона С.Д. Пономаревой (урожденной Поздняк).

  • Перечень иллюстраций

  • 1.Портрет В.И. Панаева. Литография В. Шертле с оригинала А.В.Тыранова. [1820-е гг.] Изображение из открытых источников.

  • 2.В.И. Панаев. «Воспоминания». Глава 1. «Мое детство, наше семейство». 1859 г. Копия рукописная. РГАЛИ, ф. 382.

  • 3.К.[И.] Кольман. Сельский пейзаж. Рисунок. [1820-е гг.] Бумага, акварель.

  • 4.В.И. Панаев. «Воспоминания». О встрече с Г.Р. Державиным. 1859 г. Копия рукописная. РГАЛИ, ф. 382.

  • 5.Портрет Г.Р. Державина. Рисунок неустановленного лица из альбома С.Д. Пономаревой. [1820-е гг.] Бумага, графитный карандаш, акварель. РГАЛИ, ф. 1336.

  • 6.В.И. Панаев. «Пускай другие в том согласны…» Стихотворение в альбоме С.Д. Панаевой. 28 мая 1821 г. Автограф. РГАЛИ, ф. 1336.

  • 7.К.[И.] Кольман. Идиллическая сценка. Рисунок. [1820-е гг.] Бумага, акварель.

  • 8.В.И. Панаев. «Желание» Стихотворение в альбоме С.Д. Пономаревой. 28 мая 1821 г. Автограф. РГАЛИ, ф. 1336.

  • 9.Формулярный список о службе директора канцелярии Министерства императорского двора, тайного советника Панаева. 1852 г. Автограф. РГАЛИ, ф. 382.