Текст: Татиана Данко
Буквально на днях стартовал новый, четвертый сезон популярнейшего сериала «Бриджертоны», первая часть которого уже поклонниками просмотрена залпом, а вторую ждать еще целый месяц. Пока миллионы зрительниц ждут продолжения очередной истории про Золушку, у нас есть возможность разобраться в феномене столь большой популярности этого сериала, который, кстати, объективно любопытнее первоисточника.
Справка
Сериал «Бриджертоны» рассказывает историю многодетной уважаемой титулованной богатой английской семьи (фуф, вроде ничего не забыла), в которой 8 детей: 4 мальчика и 4 девочки. Каждая книга (как и, как предполагается, каждый сезон) рассказывает историю любви каждого из детей: от старшего, виконта Энтони, до младшего Грегори, героя последней книги серии. Популярность бешеная: четвертый сезон еще не вышел, а уже было объявлено о продлении до шестого включительно. Это второй по популярности проект платформы (83 млн зрителей), старт круче был только у корейской «Игры в кальмара» (111 млн зрителей).
Снят сериал по книгам Джулии Куин, окончившей, на минуточку, Гарвардский университет со степенью в области истории искусств. Сообщается, что она разочаровалась в своей специальности (как это возможно, непонятно, но вот так), решила переквалифицироваться в медика, но увлеклась написанием романов и в итоге посвятила себя писательству. Написала 40 романов, которые переведены на 43 языка, а New York Times уже 19 раз включал ее книги в списки бестселлеров.
Что за книги? Да, собственно, типичные любовные романы. Первые книги – неумелые, местами излишне сексуализированные, предсказуемые, наивные, но красивые с несколькими неплохими живыми диалогами сказки про любовь в самых типичных мягких обложках. Ближе к середине серии автор стала делать акцент больше не на эротике, а на психологии, хоть и чересчур прямолинейной. Серия «Бриджертоны» была написана аж двадцать лет назад, и только 6 лет назад на цикл обратили внимание продюсеры крупного американского стримингового сервиса, и на данный момент выходит 4 сезон основного цикла и есть еще вбоквел – история любви короля Георга III и его преданной жены, принцессы Шарлотты Макленбург-Стрелицкой, брак которых продлился без малого 57 лет! Дольше в браке состояли только Елизавета II и принц Филипп – почти 74 года вместе.
Есть ли новаторство?
Как бы это странно ни звучало, но да, есть. Если внимательно изучить рынок сентиментальной литературы, который, кстати, в России сейчас все больше уходит на платформы самиздата, то можно заметить любопытную тенденцию: все больше появляется авторов, которые пишут циклы, суть которых заключается в создании своего лора с множеством персонажей, где на первый план каждый раз выходит определенная пара, а главные герои предыдущей книги становятся второстепенными, но при этом их присутствие необходимо для вхождения в текст подготовленного читателя. Не буду называть определенных авторов и определенные циклы, дабы никого не обидеть и не получить упреков в нативной рекламе, но схематично это выглядит так:
1 часть: история Маши и Саши, у которых есть друзья Даша и Миша;
2 часть: история Даши и Миши, про которых нам уже известно, что у них есть друзья Маша и Саша.
Сами истории могут развиваться либо параллельно, либо последовательно, но при этом необходимым условием становится осведомленность читателя о предыдущей истории, чтобы паззл нынешней истории сложился полноценно.
Тенденция эта, как оказалось, пошла как раз примерно с «Бриджертонов», характеры героев которых раскрываются последовательно от одной книги цикла к другой, при этом подразумевая, что читатель уже знаком с особенностями характера героя/героини, про которую будет следующая часть.
Историческая неисторичность сериала
Многие с чего-то решили, что «Бриджертоны» – сериал исторический. Это нелепо настолько же, насколько историческим мы можем назвать какую-нибудь «Бедную Настю». Один раз запомнив про якобы историчность сериала, некоторые комментаторы и рецензенты так и жаждут заявить о его неисторичности, искажении истории, невозможности всего происходящего и проч., и проч. Это все выглядит, конечно, очень забавно на фоне заявления самих создателей, что сюжет является репрезентацией английской истории, т.е. демонстрации альтернативного ее варианта, и уж точно не претендует на историчность. Более того, кроме пары реплик о какой-то войне (предполагается, что с Наполеоном), в сериале не упоминается вообще ни одного исторического события. Их вообще как будто и вовсе не существует. Все действие сосредоточено на личной и общественной жизни, никак не связанной с историческими событиями, а вся королевская конница вся королевская рать больше интересуется балами и сплетнями, чем политикой и экономикой. Потому что историю надо узнавать все же из учебников и научных трудов, а не из стримингового сериала.
Известно, что актеров набирали по «слепому кастингу», т. е. опираясь на принцип о том, что расовая идентичность не влияет на сюжет и лор произведения. Правда, в первом сезоне зачем-то начали давать расовому разнообразию среди аристократии «разумное» объяснение как раз через брак Георга и Шарлотты: он полюбил чернокожую женщину (обаятельнейшая Голда Рошевель) и поэтому так возвысились другие расы. Миф об африканском происхождении принцессы Шарлотты действительно существует: писатель Джоэль-Августус Роджерс обратил внимание на негроидные черты лица на одном из портретов королевы. Именно этот миф и взяли за основу создатели сериала, чтобы конструировать свою вселенную. Но это всего лишь миф, а потому проговаривание такого мифического мироустройства очевидно было лишним, потому что как раз попытка как-то все объяснить правдоподобно ни разу не правдоподобна, просто потому что брак Шарлотты и Георга к тому моменту хоть и насчитывал уже около 50 лет, но родовитость все же измеряется веками. А уж если вспомнить, что у смуглокожей Меган Маркл, жены принца Гарри, так и не сложились отношения с консервативной британской королевской семьей даже в XXI веке, то что уж говорить о веке XVIII.
Но даже эта попытка объяснения выглядит настолько в духе постиронии и постправды, что и закатывать глаза приходится недолго. Все это выглядит а-ля «Да ну как вы достали со своей ущемленностью, ну вот вам титулы, вот вам красивые костюмы, пожалуйста, получите-распишитесь!» Костюмы, кстати, и правда шикарные.
А если серьезно, то конечно же вся эта затея нужна только для того, чтобы в красивом антураже эпохи Регентства, которая, благодаря Джейн Остин, зачастую воспринимается даже еще более романтичной, чем условное Средневековье, поговорить о делах насущных. Тут вам и семейные ценности, и половое воспитание, и психологические проблемы, и буллинг, и шейминг, и лукизм, и феминизм, и все прочие -измы.
Всю эту какофонию современной проблематики до апогея доводят балы светского общества, на которых леди и лорды танцуют под инструментальные аранжировки композиций Рианны, Билли Айлиш, BTS, Нирваны, Мадонны, Майли Сайрус, Пинк и т.д., и т.п.
Форму нашли этому всему довольно забавную: светские сплетни. Собственно, шоураннеры просто последовали за автором книг: это Джулия Куин придумала леди Уистлдаун, под пером которой озвучиваются громкие сентенции и последние сплетни альтернативного английского высшего общества. Когда-то такой наблюдательной мисс стала как раз Джейн Остин.
Джейн_Остин-вайб на максималках
Это филологи могут 100500 раз копаться в Остин с литературоведческой точки зрения. Это искушенный читатель видит в ней иронию и великого сатирика. Но наивный читатель (все по Гессе), безусловно, читает красивые истории любви, и даже профессиональный читатель (все по тому же Гессе) прекрасно это понимает.
И, собственно, сюжеты, ей созданные, работают и в «Бриджертонах» (троп «от ненависти до любви» в «Гордости и предубеждении» и в первом и втором сезонах; троп «от дружбы до любви» в «Эмме» и в третьем сезоне. Кстати, именно «Эмму» и читает одна из главных героинь, как бы намекая на основную коллизию сезона). Да, собственно, они везде работают, в любой жанровой мелодраме, но в этом сериале функционируют шире: незримо присутствующий автор в книгах Джейн Остин, личность которой особенно полно раскрывается в ее личных письмах, в «Бриджертонах» выводится на первый план, становится отдельной персонажной фигурой, отрабатывая, конечно, и феминистическую повестку, но все же больше нужная для постиронической социальной характеристики, для которой неважен цвет кожи, важен лишь социальный маркер и, чего уж там, гендер. Это педалируется и в оригинальном цикле книг, маскирующихся под типичный сентиментальный роман и, увы, во многом им и остающийся, но все же нашедшим весьма любопытную форму для репрезентации голоса автора внутри текста еще задолго до появления «Сплетницы» и «Анатомии Грей» (продюсер последней, кстати, продюсирует и «Бриджертонов» и сама когда-то уговорила крупных боссов купить права на экранизации этого цикла).
Например, Джейн Остин в письмах:
- «Вчера я отправила тебе письмо в Ибторп, однако, предполагаю, что ты не успеешь получить его в Кинтбери. Оно было не очень длинным и не слишком увлекательным, поэтому ничего страшного не случится, если оно и вовсе до тебя не дойдет. Я написала только затем, чтобы сообщить: прибыли Куперы, все в добром здравии. Мальчик очень похож на доктора Купера, а девочка, говорят, вылитая Джейн. На званом ужине в Эше завтра вечером будут присутствовать Эдвард Купер, Джеймс (ведь бал без него не бал!), Буллер, который остановился у нас, и я. Жду этого вечера с огромным нетерпением, ведь я рассчитываю, что мой поклонник сделает мне предложение. Правда, я все равно планирую отказать ему, ну разве что он даст обещание избавиться наконец от белого пальто.
- Письмо от 16 января 1796 г.
или
- «Ну а мы были на балу в субботу. Пообедали в Гуднестоне, а вечером станцевали два контрданса и один «буланже». Я открывала бал с Эдвардом Бриджесом, остальные пары получились следующие: Льюис Кейдж и Харриет, Фрэнк и Луиза, Фанна и Джордж. Элизабет сыграла один из контрдансов, леди Бриджес – второй, вынудив Генри танцевать с ней, а мисс Финч сыграла «буланже»
- Из письма сестре Кассандре, 5 сентября 1796 г.
А теперь леди Уистлдаун в книгах Дж. Куинн:
- Трудно вообразить, что можно что-нибудь добавить к новостям с бала у Бриджертонов, помимо решимости леди Данбери выяснить имя автора этих строк, но следующие эпизоды также заслуживают внимания:
- Мистер Джеффри Олбансдейл был замечен танцующим с мисс Фелисити Федерингтон.
- Мисс Фелисити Федерингтон была также замечена танцующей с мистером Лукасом Хотчкиссом.
- Мистер Лукас Хотчкисс был также замечен танцующим с мисс Гиацинтой Бриджертон.
- Мисс Гиацинта Бриджертон была также замечена танцующей с виконтом Барвиком.
- Виконт Барвик был также замечен танцующим с мисс Джейн Хотчкисс.
- Мисс Джейн Хотчкисс была также замечена танцующей с мистером Колином Бриджертоном.
- Мистер Колин Бриджертон был также замечен танцующим с мисс Пенелопой Федерингтон.
- И чтобы замкнуть этот интригующий хоровод, добавим, что мисс Пенелопа Федерингтон была замечена беседующей с мистером Джеффри Олбансдейлом (было бы идеально, если бы она танцевала с ним, но ничто в этом мире не совершенно).
- «Светские новости от леди Уистлдаун», 12 апреля 1824 года
А это леди Уистлдаун в сериале:
- Под светом луны ночь очень легко принять за безопасное время суток. Наверное именно поэтому обе сестры Фезерингтон так рано покинули бал со своими мужьями. Но не следует забывать, что даже под покровом ночи мы всегда находимся под чьи-то взором. Нам известно, что есть одна юная леди, желающая оставить свои планы в тени. Пенелопа Фезерингтон настолько уверена, что самостоятельно не найдет мужа, что ей пришлось прибегнуть к помощи мистера Колина Бриджертона. И хоть нам известно, что перспективы мисс Фезерингтон на брак в лучшем случае были скромны, теперешний скандал однозначно уничтожит любые дальнейшие надежды.
Т.е. Куинн берет весь этот калейдоскоп сплетен в личных переписках, утраивает его и выводит на новый уровень в своем тексте – в короткую газетную колонку, что вполне отражает современную потребность информационного потребителя в кликабельных заголовках и скроллинге новостной ленты. Правда, в ее текстах это скорее прием для выстраивания коммуникации между ироническим автором и ироническим же читателем, в сериале же – намеренное осовременивание костюмной мелодрамы, когда обычная сентиментальщина доводится до уровня глобального внегендерного и внерасового гротеска.
Колонка леди Уистлдаун не имеет, конечно, под собой исторического основания (как нет ничего исторического ни в книжном цикле Куинн, ни в сериале, ни даже у самой Джейн Остин), а отождествляется с влиянием инфлюенсеров на современное нам общество. Посты в соцсетях, сила и влияние одного лидера мнений на толпу, ответственность за это влияние, когда каждый шаг взвешивается или, наоборот, не обдумывается, из-за чего совершается ошибка, в зависимости от моральных качеств автора случайно или намеренно превращающаяся в клевету, – вот та проблема, которая громким набатом звучит через весь сериал.
Что ж. В эру клипового мышления и повального блогерства неплохо бы напомнить людям о необходимости быть снисходительнее и великодушнее.
Та же собирательная роль отдана и королеве Шарлотте. На протяжении всех сезонов она жаждет новинок и снабжает этими новинками общество: то зебр привезет, то павлинами свой прием украшает, то воздушный шар выставит. Все, чтобы не заскучать. Эта вечная неудовлетворенность тем, что есть, постоянное желание нового сама же королева, чувствуя, что общество ненасытно, характеризует довольно саркастично: «Я как-то устроила бал с зебрами. Что ж теперь, каждый год им зебр подавай?»
Что пока в силу современных тенденций не очень понимают современные шоураннеры, но что неукоснительно было в романах Остин и, кстати, присутствует в романах Куинн, так это сознательные мужчины, способные решить проблемы женщин, а не вставлять им палки в колеса своим вечным «Посмотрим». Новые тенденции («Русалочка», 2023; «Белоснежка», 2024; 3-й сезон «Бриджертонов») образ мужчины сглаживают лишь до помощника, а образ женщины сгущают до воительницы.
Парадокс же заключается в том, что сам факт популярности «Бриджертонов», где каждый мужской персонаж вызывает дружный женский вздох (даже юный Грегори наверняка ещё всем даст жару), доказывает обратное: женщины, которые и являются на данный момент основным потребителем сериального контента, любят красивые сказки о любви, благородных сильных принцев, которые в состоянии защитить от любой напасти. В адаптациях же все чаще женщина сама вершит историю, вся такая сильная и независимая, что далековато от реальности и часто приводит к инфантильности одних и излишней требовательности других независимо от гендера.
Но в принципе, подвижки есть и в этом вопросе: муж главной героини третьего сезона так и норовит спасти и защитить ее от всех и от вся, но когда у него не получается, она не обижается и просит не о защите, но о поддержке, внушая, что мужчина важен не только способностью исполнить все ее капризы и защитить от недругов, а важен сам по себе, потому что она его любит и ждет от него понимания. В наш век постоянных завышенных требований всех ко всем это действительно важное заявление, которое обращено к обоим полам. Тем любопытнее будет сезон про Элоизу Бриджертон, главную феминистку сериала (ее играет Клаудия Джесси, в 2018 году прекрасно справившаяся с совсем не феминистическим образом Эмилии Осборн в экранизации «Ярмарки тщеславия»).
Но мы отклонились в социальщину, а тем временем в 4-м сезоне нам рассказывают очередную вариацию золушки, что расширяет сериальную вселенную и углубляет проблематику, вводя еще одну тему – тему социального неравенства, не новую, но всегда актуальную. Вместо туфельки – фамильная перчатка, а вместо блондинистой красавицы – корейская скромность. Что ж. Корейцы нынче действительно в моде.