Текст: Руслан Манеев
Прошёл первый день книжного фестиваля "Красная площадь", мы посмотрели, кто что берёт, и не могли не сделать обзор своих находок нехудожественной литературы. В их числе как майские-июньские новинки, так и книги, уже бывшие в обозрении - с ними мы успели познакомиться поближе.
Эмир Кустурица. «Оно мне надо»
- Перевод с сербского Ольги Сарайкиной
- М.: «Альпина.Проза», 2026. – 400 с.
Если, как пишет Кустурица, принять во внимание тезис о том, что сербы – это русские без денег, то режиссёру оказались не нужны деньги, чтобы стать для нас «своим». Важнейший для современности режиссёр «Андерграунда» издал свои дневники, в которых спонтанно выстраивается диалог на самые разные темы. Мемуарами это не назвать, пусть и содержание достаточно личное. Открывается книга мрачной темой гражданской войны в Югославии, страны, «которая когда-то была», по выражению одного из героев «Андерграунда». Продолжается книга заметками Кустурицы со съёмок дока о богоподобном Диего Марадоне: здесь изображён национальный герой, взявший реванш у колониальной державы после конфликта на Фолклендских островах. В другом месте Кустурица со своим названым братом Никитой Михалковым на церемонии вступления Путина в должность президента, в другом - режиссёру для строительства города, посвящённому земляку - нобелевскому лауреату Андричу, герцеговинцы не дают камни из разрушенных казарм австрийцев-захватчиков.
На протяжении всей книги – беспрерывная политическая рефлексия, поэтому понять далеко не всегда жизнерадостный голос Кустурицы можно. Название книги говорит за Кустурицу, «Оно мне надо»: надо снимать фильмы, вдохновляться Андричем, а ещё мысленно развивать полемику с поэтом Абдулой Сидраном.
Неспешно читаем мемуары мастера, ожидая фильм по «Преступлению и наказанию» с Юрой Борисовым.
Сергей Эйзенштейн. «Несделанные вещи»
- М.: Музей современного искусства «Гараж», 2026. – 608 с.
В этой книге-музее «экспонируются» сценарии, эскизы и расадровки к кинофильмам, которые великий Эйзенштейн так и не смог довести до экрана: «Золото Зуттера», «Американская трагедия», «Que viva Mexico!», «МММ» и «Москва». Что успел сделать Эйзенштейн во время договора с «Парамаунтом», какой бы получилась его эксцентрическая комедия и как Синклер защищал режиссёра перед Сталиным во время мексиканской командировки – «Гараж» собрал целый каталог непопулярных сюжетов из профессиональной жизни Эйзенштейна 1930-1934 годов.
Отдельное достоинство книги «Несделанные вещи» заключается в наличии фотографий режиссёра, которые у многих «не на слуху»: вот он в костюме чарро, вот он остановился на машине среди секвой, вот он – на яхте – увёл взгляд от Чарли Чаплина. Неоднородность содержания книги определяет её разноформатность: это не альбом, не архив из переписок «по случаю», не выпуск черновых сценариев гения – «Несделанные вещи» про всё вместе, да ещё с комментарием Наума Клеймана.
Иными словами, эта книга призвана передать масштаб личности Сергея Эйзенштейна через «несделанные вещи».
Моника Спивак. «Мозг отправьте по адресу...»
- М.: «Азбука», 2026. – 608 с.
Заведующая важным отделом в Институте мировой литературы им. Горького, Моника Спивак как филолог идёт дальше своих коллег и живо интересуется: что там, в голове, у Маяковского, Багрицкого и Андрея Белого? «Мозг отправьте по адресу...» – это пересказ сюжетов из научных исследований Московского института мозга, которому уже как сто лет (учредили в 1928 году на базе лаборатории, изучавшей мозг Ленина с 1925 года).
Пожалуй, редакция «Года Литературы» наконец нашла книгу, у каждой главы которой – по мозгу. В каждой части содержится характерологическая записка личности, воспоминания современников, которые рассматриваются в перспективе физиологического изучения.
И да, издание 2026 года вовсе не первое основывается на монографии Моники Спивак, датированной ещё началом века. Однако, как видно, интерес к мозгам некоторых людей непреходящ.
Пол Верт. «1837»
- Перевод с английского С. Карпова
- М.: Новое литературное обозрение, 2025. – 368 с.
Заходит как-то профессор истории из Невады в бар и рассказывает, как гибель Пушкина, пожар в Зимнем дворце, передача грекокатоликов Синоду, путешествие цесаревича по России, организация провинциальной печати и постройка железной дороги – как все вместе эти события в 1837 году направили целую империю по пути, на котором наше отечество встретило современную действительность. Шутка ли? найти предпосылки формирования эпохи в одном-единственном году, да ещё и во время николаевской консервации?
Как подготовка к завоёвыванию Хивинского ханства, так и премьера оперы Глинки «Жизнь за царя» – явления одного порядка: становление нации внутри империи, – об этом говорит Пол Верт в книге «1837». Книга поделена на восемь самостоятельных глав, обозревающих конкретные события в Российской Империи за этот многозначительный по версии автора год, – год не только литературы.
Владислав Борецкий. «Мобилизованные музы»
- М.: КоЛибри, 2026. – 432 с.
Кто-то скажет, что название книги – на грани фола; мы скажем, название подчёркивает актуальность темы. Вчерашние фельетонисты, авторы тонких лирических стихотворений, режиссёры комедий – равно как и деятели других искусств и жанров, творчество которых более или менее ассоциировалось с военной тематикой, – в 1941 году, по фигуральному выражению автора, мобилизовались: помогали соотечественникам выстоять.
Книга «Мобилизованные музы» не поделена на какие-либо части, у неё отсутствует оглавление. Связано это с тем, что Владислав Борецкий, радиоведущий «Культуры», собирал сюжет для радиопередачи, посвящённой 70-летию Победы в 2015 году. Это подтверждается правилами дикторской речи: небольшие выразительные эпизоды с краткими историческими выдержками. Несмотря на 10-летнюю переработку в литературное произведение, жанр повествования чувствуется: вовсе не раскидисто, книга запечатляет судьбы выдающихся композиторов, писателей и режиссёров на войне. Сюжеты не всегда бравые. Последние строки соавтора эпопеи о Бендере писателя Петрова посвящаются осаждённому Севастополю: «Возможно, что город всё-таки удержится. Я уже привык верить в чудеса...» Могущественный председатель Союза писателей Александр Фадеев «в течение семи дней... не выходя на работу, скрывая своё местонахождение...» крутит любовную интрижку, после раскаиваясь перед вождём.
«Мобилизованные музы» - название ещё и трагическое. Вспомним симоновское «Убей его!» - видимо, муза может быть и такой. В книге В. Борецкого судьба интеллигенции вписана в общее переживание и дело советского народа. Поэтому, когда читаешь, например, о том, как в руках поэта И.П. Уткина после авиакатастрофы в 1941 году нашли томик стихов Лермонтова, чувствуешь особый драматизм.
Возможно, потрясающая находка автора: повествование двигается от проливного дождя 22 июня 1941 года к такому же ливню стеной в День Победы: война как бы отделена от мирной жизни двумя затяжными дождями-кулисами.
Станислав Гридасов. Василий Уткин. «Книга Уткина»
- M.: Aльпина нон-фикшн, 2026. – 664 с.
Текст: Михаил Визель
Название этого громкого мемориального проекта, о котором мы уже писали, можно понимать двояко: с одной стороны, Василий Уткин действительно сам предполагал собрать свои разрозненные по разным местам статьи, колонки, блоги в единую книгу. С другой – сделать он этого не успел из-за преждевременной неожиданной смерти. Так что эту печальную и необходимую обязанность взвалил на себя его коллега, спортивный журналист и писатель Станислав Гридасов, привлекая к работе других личных знакомых и коллег титульного героя. Получилась книга, действительно передающая его своеобразную харизму – и оказавшаяся чрезвычайно успешной в коммерческом смысле. Издательство с гордостью отчиталось о том, что нешуточные для современного российского книгоиздания десять тысяч экземпляров первого тиража ушли ещё на стадии предзаказа.