Текст: Марианна Смирнова
Всю прошлую неделю портал «Лаборатория фантастики» гудел как растревоженный улей. «Фантлабораторную работу» впервые выиграла нейросеть.
Fantlab.ru – крупнейший в Рунете ресурс, посвященный фантастике во всех ее формах. В этом году он в двадцать девятый раз стал платформой для проведения «Фантлабораторной работы» – сетевого конкурса фантастических рассказов. Конкурс хорошо известен в среде любителей фантастики, хотя не так легендарен, как «Рваная грелка», где в свое время блистали Сергей Лукьяненко, Шимун Врочек, Дмитрий Колодан.
Строго говоря, это не первый раз, когда ИИ побеждает в литературном конкурсе. Здесь мы писали о том, как нейро-Исса состязался с людьми в искусстве хайку. А вот свежий пример из мира англоязычной литературы: британский журнал «Granta», где в свое время издавались Салман Рушди и Кадзуо Исигуро, опубликовал рассказ Джамира Назира «The Serpent in the Grove». Автор получил премию «Commonwealth short story prize». Сразу вслед за этим в публичной сфере разгорелся скандал – уж не ИИ ли писал текст? Автор каяться не стал, жюри тоже, а вот журнал просто отказался в дальнейшем публиковать победителей конкурса.
Чем же примечателен случай с «Фантлабораторной работой»? Почему он вызвал бурную дискуссию среди любителей фантастики? Только ли потому, что победитель – не человек? Нет. Просто конкурс стал ареной чужого перфоманса. Или пранка, если уж называть вещи своими именами.
Конкурсная тема звучала так: «Спасибо, мы сами» (мир детей без взрослых). Соответственно, в текстах обязательно должны были фигурировать дети, которые остались одни. Одни в мире, одни на планете или одни дома – на усмотрение автора. Как и проблемы, которые «детям без взрослых» предстояло решать на страницах рассказов.
Сразу после подведения итогов «автор» рассказа-победителя сделал, так сказать, шокирующее признание: текст от начала и до конца сгенерирован нейросетью Claude Fable 5 (Max). Правда, в качестве ориентира ему скормили десяток рассказов-победителей предыдущих сетевых конкурсов.
Цитата:
Разумеется, это дешевый эпатаж. Но он сработал. Шалость, как сказали бы близнецы Уизли, удалась. Последовал взрыв – тридцать страниц новых комментариев за день, бурные споры о литературных достоинствах «Родительского комитета» (так называется рассказ), предложения снять его с конкурса задним числом, «луддиты» против «прогрессоров». Спор сторонников и противников нейротворчества сводился к двум равно небеспристрастным аргументам. «Писать надо лучше!» – «Нет, это читать надо лучше!».
Был ли победивший рассказ безупречен? Абсолютно нет! Но безупречных текстов в финале не оказалось вовсе – это автор статьи может сказать на правах одного из финалистов, бесславно проигравших нейросети. Чем же взял жюри «Родительский комитет»?
Суммировать впечатления спорщиков, сломавших в пост-конкурсных дискуссиях не одно копье, можно одним словом: эмпатия. Несмотря на логические нестыковки и своеобразный слог, который режет глаз тем, кто по роду занятий постоянно сталкивается с нейротекстами, но считывается как художественное своеобразие теми, кто еще не успел устать от оных, рассказ очень грамотно и совершенно безжалостно жмет на болевые точки хомо сапиенс: дети-колонисты на чужой планете, самопожертвование ради младших, рождение первого ребенка в колонии, родители, долетевшие до собственных отпрысков спустя двадцать лет, когда те уже давно выросли…
А точно ли это первая генерация без всяких правок? Сказать, как известно, можно что угодно – убедительных скриншотов и логов автор перформанса не предоставил.
Поэтому участники конкурса решили провести собственный эксперимент: как можно точнее воспроизвести заявленные условия и посмотреть на результат. Техзадание то же: дети без взрослых, ключевая фраза «Спасибо, мы сами». В качестве ориентира для ИИ – некоторое количество рассказов-победителей сетевых конкурсов фантастики. Исполнитель – Claude более старой версии (5.0 против 5.1).
С первой же попытки получился текст, весьма близкий по стилистике к рассказу-победителю, но более рваный. Вместо фантастики вышла мистика: дети живут на территории приюта с яблоневым садом, где время словно бы остановилось, но едва на чьей-нибудь персональной яблони вызревает плод, как ребенок навсегда покидает зачарованный сад, возвращаясь в мир взрослых. Идея и метафора, что характерно, выбраны Клодом.
Начало экспериментального ИИ-рассказа с минимальными редакторскими правками:
Ясна учуяла это раньше, чем увидела, — плотный, чуть хмельной запах спелости, какого не должно было быть ещё месяца два. Она села в темноте, вслушиваясь в дыхание тринадцати спящих в дортуаре, и поняла: если не встанет прямо сейчас, тогда прозвенит колокол, и станет поздно.
Она вышла босиком, придерживая подол рубахи, чтобы тот не шуршал. Сад встретил её мокрой от росы травой и той особенной, ватной тишиной, что бывает только перед самым рассветом, когда даже серые за стеной устают выть. Дерево Мотьки стояло третьим в ряду, между вербиной купой и старой, треснутой пополам ничейной грушей. На нижней ветке висел один-единственный плод — крупный, тёмно-бордовый, будто налитый вином, а остальные, ещё зелёные, словно отодвигались от него.
И его финал:
Ворота Отрады заскрипели, когда она толкнула их сама — без чьей-либо помощи, без Обряда, без колокола, — и утренний... нет, вечерний свет по ту сторону оказался обычным светом, просто светом заката где-то за стеной, которого она не видела четыре года.
Что-то в этом есть до боли знакомое. Съесть яблоко и навсегда покинуть зачарованный сад, где нет времени и тягостей земного мира… Ах, да. Это же изгнание из рая. Один из древнейших образов мировой культуры, вывернутый нейросетью наизнанку.
Исключительно яркий – даже более яркий, чем собственно конкурсный рассказ! – пример того, как коллективное бессознательное человечества отражается в нейроконтенте.
Конкурсы, подобные «Фантлабораторной работе», нужны в первую очередь начинающим авторам. Бонусы очевидны: возможность официальной публикации, активное сообщество единомышленников. И тут – представитель арт-группы «Новиопъ» со своими нейрошуточками…
С одной стороны, перфомансер явно имел целью хайпануть как следует, и поощрять его не стоило бы. С другой стороны, прямого запрета на использование ИИ в регламенте нет. Остроты ситуации добавляет тот факт, что лучшие рассказы конкурса должны войти в сборник юношеской фантастики «Спасибо, мы сами», работа над которым ведется прямо сейчас. Его составители – Тимур Максютов и Сергей Удалин – входили в состав жюри.
Да, можно изменить результаты конкурса задним числом (чего организаторы предпочли не делать). Можно ввести драконовские меры по борьбе с ИИ. Этим путем пойдут многие, опасаясь лавины нейрослопа. Например, на конкурсе «Новая фантастика-2027» уже ввели обязательную проверку заявок на сгенерированность – и, возможно, зря, потому что выбранный организаторами Яндекс-детектор уже пропускает тексты от нейросетей последнего поколения.
Но как быть со сборником? Ведь, по логике вещей, рассказ-победитель должен войти в его состав – наравне с человеческими текстами. Или нет?
На этот вопрос отвечает Тимур Максютов – писатель-фантаст, председатель секции фантастики Союза писателей Санкт-Петербурга, член редколлегии альманаха «Полдень» и один из составителей планируемой книги.
ГЛ: Как возникла идея книги о детях без взрослых, какой хочется видеть юношескую фантастику вообще и на его страницах?
ТМ: Как сформулировал мой коллега, писатель, переводчик и составитель сборников рассказов Сергей Удалин, от взрослых мы уже ничего не ждём, они разочаровали окончательно. В этом можно убедиться, взглянув на сегодняшний мир. Поэтому мы решили собрать рассказы про детей, которые обходятся без взрослых. И, мы уверены, дети вполне могут справиться, на них одна надежда и осталась.
ГЛ: В конкурсе победил пранкер, выдав ИИ-текст за свой. Планируете ли вы включить этот текст в сборник (при условии, что не возникнет юридических сложностей)?
ТМ: Да, есть такая мысль, так как рассказ хорош в литературном плане и отлично соответствует основной идее сборника. Действительно, есть проблемы с юридической стороной, да и некоторые авторы уже категорически отказались участвовать в одном сборнике с нейросетью. Но это меня не смущает:
ГЛ: Считаете ли вы неизбежной конкуренцию человека и машины в литературе? Это проигранная битва или новый виток эволюции?
ТМ: Есть очень важный нюанс: машина всего лишь рабочий инструмент, ничего не создаёт сама, она пользуется наработками человека. Рассказ «Родительский комитет» был создан на основе обработки лучших рассказов – победителей Фантлабораторной работы. То есть человек поучаствовал не только в тщательно продуманном задании для нейросети, но и в её обучении. Получается, я, как неоднократный победитель и призёр ФЛР, тоже опосредованно поучаствовал в написании этого рассказа. Так что конкуренция просто уберёт с поля плохих авторов, «килобайтников», гонящих тексты без глубокого смысла, без литературных находок, без творчества, так как ксерокс всегда сделает работу лучше, быстрее и точнее, чем перерисовщик от руки. А настоящим творческим людям, создающим новое, бояться нечего.
ГЛ: В чем лично вы видите разницу между ИИ-текстами и человеческими? Чем отличается, на ваш взгляд, рассказ-победитель?
ТМ: В моих глазах – ничем не отличается, если речь о небольшом рассказе на любительский конкурс. При создании нового направления, нового поджанра, новых литературных методов и сюжетных ходов ИИ шансов не имеет и может только использовать чужие наработки.
Примечание: до объявления состава сборника автор статьи не вправе обнародовать текст ИИ-рассказа «Родительский комитет».