06.03.2024
В этот день родились

90 лет со дня рождения Михаила Жванецкого

Воспоминаниями о нем делится писатель и режиссер Андрей Максимов

«Дежурный по стране» — ежемесячная телевизионная программа Михаила Жванецкого совместно с Андреем Максимовым/ Заставка телепередачи  / 
Creative Commons
«Дежурный по стране» — ежемесячная телевизионная программа Михаила Жванецкого совместно с Андреем Максимовым/ Заставка телепередачи / Creative Commons

Текст: Андрей Максимов (писатель, телеведущий, режиссер)/РГ

6 марта исполняется 90 лет со дня рождения Михаила Михайловича Жванецкого. Если не считать членов моей семьи, то это единственный человек в мире, с которым на протяжении четырнадцати лет я встречался ежемесячно, чтобы на глазах у всех поговорить с ним про умное в программе "Дежурный по стране".

Судьба подарила мне долгое общение с гением - именно так я относился к этой работе. Да, Жванецкий был человек нелегкий, но как-то это все закуталось в туман прошлого и исчезло почти, а выступает все больше восторг от общения с невероятным человеком.

А началось наше знакомство в стародавние времена, когда была такая программа "Ночной полет", и, более того, вели ее в ту пору несколько человек. И вот Жванецкий пришел к ведущему - хорошему, кстати, человеку и профессионалу, - но тот ему не понравился, потому что позволил себе шутить. Ведущий рассудил, что если с ним в кадре Жванецкий - надо говорить весело. Это было неверное рассуждение: Михаил Михайлович - абсолютный солист.

И когда он пришел ко мне впервые, я решил, что вообще не буду задавать вопросов, а просто начну произносить слова, а Жванецкого попрошу рефлексировать по их поводу. "Молодежь", "работа", "старость" и так далее... Игра классику понравилась.

Программа "Дежурный по стране" в рамках "Ночного полета" выходила раз в неделю, и в ней были самые разные гости, которые могли с юмором посмотреть на происходящее вокруг. Когда руководство ВГТРК решило, что это может быть отдельной передачей, Жванецкий согласился, однако с одним условием: никаких коллег по юмористическому цеху рядом не будет, ежемесячная программа с ним. Так и повелось.

Задача, стоявшая передо мной в передаче, была невероятной сложности. Мои вопросы не являлись поводами для ответов, но лишь для рефлексии Жванецкого. И делал он это блестяще. Мне оставалось придумывать вопросы, которые были бы интересны сами по себе, а не как повод к ответам. Я старался. Наверное, мы были неплохой парой, если так долго продержались.

Некоторые всерьез считали, что Жванецкий дежурит по стране, а я дежурю по Жванецкому. Это не так. Мы никогда не были близкими друзьями, никогда не были друг у друга в гостях. Между программами встречались редко. Но работали, как мне кажется, слаженно.

Готовился ли мэтр к программе или это был экспромт? Готовился. И это был экспромт. Как такое может быть? Да, он знал темы, над ними думал... Но ведь он не ведал, что я спрошу в процессе раскрытия темы, понятия не имел, что спросит зритель.

Жванецкий импровизировал виртуозно и всегда неожиданно. Помню, во время наших проходов по Красной площади я спросил его: "Если бы булыжники Красной площади умели думать, о чем бы они размышляли?" Ответ классика был мгновенен: "О том, как меняется мода на обувь". Так мог ответить только Жванецкий.

Поразительно, но перед каждой записью он волновался, как в первый раз, ей-богу, словно шел сдавать экзамен. Хотя его любили, встречали овацией, после программы долго не отпускали, просили автограф и "сфоткаться". И все равно нервничал.

Шел к зрителю, казалось, как на голгофу. Но как только видел зал - расцветал. Недаром так любил повторять: когда человеку плохо, - надо идти к людям.

Вообще, в Жванецком удивительным, парадоксальным образом перемешивалась невероятная самоуверенность и дикая закомплексованность. Он мог вдруг сообщить аудитории: "Вот сейчас хорошо скажу", и, действительно, произнести какой-нибудь замечательный монолог. Он понимал, что так, как он, не пишет больше никто, и при этом постоянно сомневался в том, что он - настоящий писатель. Признавался, что хочет написать что-то большое, но получается миниатюра.

Долгое время настраивался перед программой очень занятно: садился на корточки и подпрыгивал, как мячик. На самом деле, был весьма спортивный человек.

Во время съемок "Дежурного по стране" чего только не случалось. Однажды во время чтения Жванецким его монолога я услышал какой-то шум среди зрителей. Шум нарастал. Я сделал замечание. В ответ раздалось: "Тут человек умирает". И я увидел, как медленно сползает со стула смертельно белый мужчина. "Стоп!" Администраторы унесли несчастного, вызвали "скорую". Представляете себе, какой настрой был в этот момент у зрителей юмористической программы? А надо продолжать снимать. И надо улыбаться всем, а главное, Жванецкому, на которого происходящее тоже произвело впечатление нерадостное.

Он собрался. Хлебнул коньяка с кока-колой (всегда стоял перед ним на столе), отдышался и продолжил читать рассказ с того места, где остановился. Смотря программу, вы никогда бы не догадались, в какой именно момент произошло то, что произошло. Кстати, человека, которому стало плохо, откачали в "скорой"...

Через четырнадцать лет я Жванецкому надоел, и он от меня отказался. На мое место пришел замечательный ведущий Алексей Бегак. Было ли обидно? Ну, во-первых, меня очень поддержал телеканал. Во-вторых, обиднее всего было то, что Жванецкий не позвонил мне сам, не сказал добрых слов...

Но потом я понял: все это суета.

Михаил Жванецкий - выдающийся писатель, умеющий замечать то, что другие не видели; объяснять то, что для других всегда было загадочно; находить такие слова, которые никто больше отыскать не мог.

Спасибо судьбе, которая дала возможность столь долгого общения с одной из самых ярких личностей, рожденных в прошлом веке.