Текст: Михаил Визель
Самый первый и самый главный вывод: супериздательство АСТ-Эксмо упрочило свои позиции. Из 15 строк двух коротких списков – пять нон-фикшн и десять – фикшн, оно заняло 2/3 мест – 10. Причем в этом «золотом бренде» восемь из этих десяти относятся к «бриллиантовому бренду» современной русской прозы – Редакции Елены Шубиной. Которая с одинаковой успешностью действует и в том, что категоризируется как фикшн, и в том, что нынче относится к нон-фикшн – по четыре позиции в каждом.
Главный «конкурент» (в кавычках, потому что мы всё-таки говорим о литературе, а не о бегах) РЕШ последних лет – «Альпина проза» сильно отстала: всего три их «гонца» добежали до короткого списка: один – в нон-фикшн и два – в фикшне. Правда, этот единственный «добежавший» в нон-фикшн, на взгляд вашего любителя статистики – абсолютной фаворит: Лев Данилкин с «Палаццо Мадамы».
И безнадёжно отстали два издательства, которые можно классифицировать как независимые. Московский издательский дом «Городец», представивший сборник рассказов Елены Долгопят «Черты лица» и единственное немосковское издательство, петербургская «Литературная матрица» с «Закрепщиком» Сергея Колесникова.
Не густо в нынешнем коротком списке и с новичками. В коротких списках Большой книги за 21 год их ведения не оказывались ранее из 15 только пятеро: Алексей Колесников, Елена Долгопят, Анна Лужбина, Андрей Плахов и Маргарита Симоньян. Причём при этом истинный новичок – только Колесников. Долгопят и Лужбина фигурировали уже в длинных списках; а кинокритика Андрея Плахова и медианачальника Маргариту Симоньян новичками в медийном поле можно назвать только в насмешку.
Оглашение имени этой последней, с книгой «В начале было Слово — в конце будет Цифра», вызывало самые скупые аплодисменты у собравшихся на парадный обед сотни разбирающихся в литературе людей. Впрочем, кулуарные разговоры несколько корректирует это «акустическое впечатление», показывая, что у сего вольного футурологического опуса имеются своеобычные достоинства и собственная аудитория. И уж в умении почувствовать "остроту момента" главреду «Россия сегодня» сомневаться не приходится.
Впрочем, поскольку по реформированному в прошлом году Положении о премии в Большой книге не трое призёров, а один победитель в каждой из двух номинаций, эти нюансы не столь значительны, потому что в номинации «художественная литература» по мнению вашего обозревателя фаворит столь же несомненен: это «Тума» Захара Прилепина: роман о русском XVII веке если не на века, то очень надолго. При этом, что интересно, вышел этот бестселлер в АСТ, но не в РЕШ.
Говоря о жанровых особенностях этого сезона, стоит отметить два сочинения. Относящийся к развивающемуся поджанру автофикшн «Царствие мне небесное» Веры Богдановой и ставшее тиражной публичной книгой изначально делаемое по частному заказу семейное расследование Александра Снегирева «По линии матери». А еще «Колокольчики Достоевского: записки сумасшедшего литературоведа» Сергея Носова, зависшее между жанрами, как их герой – между безумием и гениальностью. Именно этому ни на что не похожему сочинению ваш обозреватель отдал бы премию, если бы мы жили в идеальном мире. Но Демонстрационный зале ГУМа, где прошёл парадный обед, как и Пашков дом, где в декабре традиционно подводятся итоги «Большой книги», оба близки к Кремлю – и страшно далеки от гамбургского трактира из бессмертной притчи Шкловского.