Текст: Валерий Кичин/РГ
Среди новых лауреатов Государственной премии - Андрей Кончаловский. Режиссер кино и театра, сценарист, продюсер, теоретик искусств, общественный деятель. Человек, волшебным образом совместивший в себе черты новатора и традиционалиста, романтика и жесткого реалиста.
Он чуток к общественным запросам и меняется от фильма к фильму: трудно предположить, что "Сибириаду", "Романс о влюбленных", "Дворянское гнездо", "Грех" и "Дорогие товарищи!" снимал один человек. Он четко просчитывает свои фильмы - смелость и изящество их конструкции всегда восхищают. Интеллектуальная природа и полемичность творчества - одна из причин его успеха.
Он тяготеет к эпопее. "Романс" - два с половиной часа. "Одиссей" - около трех, "Сибириада" - четыре с половиной. "Хроники русской революции" - почти семнадцать. Звездные картины, где каждая роль - актерский шедевр. Самая драматичная судьба - у его ранней "Истории Аси-хромоножки…". Это эксперимент: рядом с Ией Саввиной снимались колхозники, принеся с собой невиданную в кино правду жизни. Картина много лет лежала на полке и вышла в изуродованном виде. Этот опыт наложил на его фильмы печать спокойной взвешенности: если и бунт, то солидный, непререкаемый - бунт мэтра. А еще точнее - изумление перед нелепостью мироустройства человека, знающего смысл более разумно организованной жизни. Его "Дом дураков" удостоился Гран-при в Венеции и ледяного непонимания на родине. К этому автор отнесся философски, но сюжет, снятый для альманаха к юбилею Каннского фестиваля, посвятил больной теме: на искусство мысли и чувства спроса больше нет.
В его характере ужились рационализм и бесстрашие: он идет в бой там, где безопаснее промолчать. Ия Саввина отказалась сниматься в сиквеле "Аси-хромоножки" "Курочка Ряба", сочтя ее обидной для российской ментальности. После вызвавших скандальные споры "Хроник русской революции" мэтр признался, что хочет переосмыслить фигуру Сталина. Без полемической энергии ему неинтересно - он все пробует на прочность и зовет необязательно соглашаться, но - думать.
Одна из неожиданностей - "Белые ночи почтальона Тряпицына", где жители северного села сыграли сами себя: автор спровоцировал некую историю, а потом рукой мастера придал ей форму драмы.
В статье для "РГ" "Победа рынка над искусством" он утверждает, что модный авангард - профанация, имея в виду художников знаменитых, культовых. В фильме "Глянец" он атакует гламурную Россию, вызвав раздражение тусовки. Но он выше тусовки - он сам по себе. Он хочет, чтобы мир взглянул на себя трезвыми глазами. Не добьется, конечно, но за попытку - спасибо.