Текст: Виктория Васенкова, главный специалист РГАЛИ
Александр Петрович Штейн принадлежал к той когорте советских драматургов, чьи имена неразрывно связаны с историей страны. Родившийся в Самарканде в 1906 году, он прошел Гражданскую войну, службу в отрядах ЧОН (части особого назначения), а борьба с басмачами закалила характер. Но подлинное рождение Штейна как творческой личности произошло позже, когда в 1923 году он оказался в Петрограде. С этого момента начинается его путь в большую литературу: учеба в Ленинградском государственном университете, активная журналистская деятельность, пост главного редактора театрального журнала «Искусство и жизнь».
Великая Отечественная война определила главное направление творчества на десятилетия вперед. Служба старшим политруком на линкоре «Октябрьская революция» и работа специальным корреспондентом центральной газеты «Красный флот» в блокадном Ленинграде сблизили его со средой военных моряков. В интервью он вспоминал, как во время налетов гитлеровской авиации, когда корабли по 12–15 раз в день отражали атаки, он, назначенный комиссаром кормы, должен был с улыбкой прохаживаться по палубе на виду у зенитчиков, поддерживая их боевой дух. Война не оставила Штейну времени для больших литературных форм, но дала запас жизненных наблюдений и ту эмоциональную энергию, которая питала творчество долгие годы.
Первые шаги в драматургии — пьесы «Нефть» и «Утопия», созданные в соавторстве с Братьями Тур и Я. Горевым, — сам Александр Петрович называл не более чем драматизированными газетными очерками. Но уже в самостоятельной работе «Талант» проявилась его характерная черта — стремление к интеллектуальному наполнению и построению психологически сложных характеров.
Он искал себя в разных жанрах: работал над киносценариями, писал комедии, но наибольший резонанс получили его историко-революционные и военно-патриотические произведения. Пьеса «Флаг адмирала», удостоенная Сталинской премии, и последовавший за ней фильм «Адмирал Ушаков» закрепили за Штейном статус одного из ведущих драматургов страны. Однако желание быть современным, откликаться на злободневные проблемы иногда уводило в сторону, как это случилось с пьесой «Закон чести», втянувшей писателя в кампанию «по борьбе с космополитизмом».
Одной из лучших в творчестве Александра Штейна стала драматическая повесть «Океан». Это произведение ставилось по всей стране, а спектакль в Большом драматическом театре под руководством Г.А. Товстоногова, по мнению многих критиков, стал наиболее талантливым воплощением. Штейн не боялся сложных тем: его попытка осмыслить трагические события Кронштадтского мятежа в пьесе «Весной двадцать первого», а затем и в переработанном варианте «Между ливнями», где он ввел образ Ленина через его внутренние монологи, столкнулась с жесткой официальной критикой. Значимой для творческого «я» Штейна стала пьеса «Гостиница «Астория» — своего рода его визитная карточка. В ней отразилась не только живая память о войне, но и взгляд на нее с позиции человека, уже знающего о переломных событиях второй половины 1950-х годов.
Александр Петрович обладал редким даром — умением делать героями своих пьес людей с обыкновенными биографиями, но с необыкновенной силой духа. Как признавался сам автор, всю жизнь он писал, по сути, одного героя — человека с обостренным чувством честности. Менялись лишь исторические условия и обстоятельства, в которых действовали его персонажи: от адмирала Ушакова до капитана Платонова, от героев блокадного Ленинграда до жителей новых московских районов в комедии «Весенние скрипки».
Особое место в его наследии занимает драматическая трилогия «Художник и революция», в которую вошли пьесы о Всеволоде Вишневском, Борисе Лавренёве и Александре Блоке. Здесь Александр Штейн создал оригинальный жанр литературно-биографической драмы, где факты биографии писателей переплетались с судьбами героев их произведений. Этот творческий поиск логически завершился автобиографической пьесой «Жил-был я…». В последние десятилетия жизни он все больше обращался к документальной прозе, выпуская одну за другой мемуарные книги, которые он сам называл «Повестью о том, как возникают сюжеты».
Даже вступая в девятый десяток, Александр Петрович Штейн оставался в строю. Он продолжал работать над новыми пьесами, участвовать в общественной жизни, консультировать молодых драматургов и ездить в творческие командировки на флот. Его «тревожный чемодан» всегда был готов, а острота восприятия жизни казалась просто неистощимой. В разговоре с корреспондентом газеты «Красная звезда» драматург подчеркивал, что без конфликта нет драмы, но важен не сам ее факт, а пережитое и осмысленное. Сетуя на недостаток талантливых произведений о современной армии и флоте, Штейн видел свою задачу также и в том, чтобы передать опыт и понимание творчества молодым, видя именно в этом свою миссию.
***
Личный фонд Александра Петровича Штейна в РГАЛИ под номером 3141 насчитывает 878 единиц хранения, охватывающих период с начала XIX века по 1994 год. В этом обширном собрании представлены рукописи большинства его пьес — от ранней «Карты Кудеяри» (1932) до «Черного гардемарина» (1979) и «Потопа 82»; особого внимания заслуживают варианты «Между ливнями» (1939–1964), «Аплодисментов» (1967–1971), «У времени в плену» (1969) и других произведений, — всего около трехсот рукописей.
Помимо драматургии, в архиве хранятся сборники рассказов и очерков военных лет, а также множество статей и публичных выступлений драматурга.
Исключительную ценность представляет эпистолярное наследие: письма Штейна к современникам и ответные послания от почти трехсот корреспондентов — среди них Юрий Герман, Константин Симонов, Виктор Розов, Леонид Зорин, Всеволод Вишневский, Ольга Берггольц, Корней Чуковский и другие. Дополняют фонд афиши, программы, творческие договоры, фотографии Александра Петровича и кадры из спектаклей по его пьесам с участием известных актеров, а также эскизы костюмов и уникальная серия снимков блокадного Ленинграда.