САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Английский как родной?

Александр Беляев рассказывает, почему стоит хотя бы немного интересоваться «механикой» изучаемого языка и как преподаватели относятся к желанию освоить английский «без скучной грамматики»

Фото: pixabay.com
Фото: pixabay.com

Текст: Александр Беляев

Мы уже писали, почему рекламные призывы «учить английский без грамматики» суть шарлатанство и выкачивание денег, но тема эта, конечно, гораздо шире.

Я в той колонке пообещал, что для достижения нормального результата, то есть вашего любимого «болтать непринуждённо», придётся пройти через боль, труд и переформатирование мозгов. Сегодня скажу ещё более неприятную вещь: надо также углубляться хотя бы изредка в историю и устройство изучаемого языка.

Есть такая дурацкая присказка у недоучек, дескать, английский – примитивный язык, там у них you это и ты и вы, ахаха. По сути это, конечно, бред, потому что you – множественное число, это видно даже по спряжению с are. Но и «тыканье» тоже есть, хоть и выражается лексически, а не грамматически: грамматическое, которое thou art, thou shalt и прочее, действительно осталось в истории и пьесах Шекспира.

В чем сложность «примитивного» английского? Грубо говоря, что там вообще учить после «хелло» и «май френд»?

Навскидку: предлоги, сочетаемость слов.

Несколько простых примеров. Переведите не задумываясь «танцевать под музыку/двигаться в ритме/в такт». Меня интересует предлог. Если у вас проскользнул under, поздравляю: ваша база равна нулю и вы до сих пор не поняли, что дословно переводить нельзя ничего, а предлоги в русском и английском «играют» по-разному. Правильный ответ: “Dance to the rhythm/move to the beat”.

Ещё вам сейчас приятное сделаю. Скажите быстро: «Я бывал в Нью-Йорке». Если предлог in – кол, садитесь. Потому что правильно: “I’ve been to New York”. Вот, блин, правда, почему to? Мозг сломаешь (я в институте ломал). Да потому, что тут в to be некое старое значение доигрывает, не был, а ездил. Просто запомните: если речь о поездке в крупный город/страну – то это I’ve been to, т.е. скорее ездил, бывал. Но вот если провёл какое-то время – то, конечно, I lived in New York. Это надо в сознании разделить, и всё, будешь – hopefully – звучать как native.

Третий пример. Как перевести «Я родился в богатой семье»? Если думаете, что in – получите в ухо. Потому что “I was born into a rich family”. Into – предлог к, с дополнительным значением «внутрь». Какая связь, как может быть «я родился к…»? Никак. Дело в том, что русское «родился» = «родил себя». Где? В такой-то семье. Логично. Но английское born – это такая форма от bear («нести»), которая означает «принесён». То есть дословно: я был принесён в такую-то семью. Тогда всё сходится, верно? И зубрить не надо. Просто понять. Но при самостоятельном изучении вы эту тонкость либо проморгаете и будете всю жизнь говорить типа “I’ve been in London” и “I was born in intelligent family”, либо просто не запомните. Нужен препод, который конкретно вас ткнёт в это.

Люди, выучившие десяток бытовых фраз для курорта, любят отмазываться словами «я чувствую язык». Да ничего вы не чувствуете, в том-то и дело. После четырёх лет – всё, чуйка отключается, дальше только учить и понимать.

Кстати, откуда вообще взялся страх перед этой самой пресловутой «скучной грамматикой»? Как вообще грамматика может быть скучной или весёлой? Вот таблица умножения – она какая, радостная или печальная? Какая б ни была, но как без неё на рынке еду покупать?..

Оказывается, у россиян, изучающих иностранные языки, есть ряд интересных особенностей. Преподаватель из Санкт-Петербурга Полина Кордик, учившаяся и работавшая в Европе, отмечает, что «мы как люди постсоветского пространства травматизированы grammar-translation методом: читаем-переводим-зубрим, в лучшем случае скобочки раскрываем. И просто плохим преподаванием, сопряжённым со стыдом, унижением и ощущением собственной ничтожности. Притом такие травмы есть не только у людей с неязыковым образованием, но и у выпускников инязов. По себе знаю: меня в институте мочили так, что я всю жизнь теперь живу, чтобы показать, что можно по-другому. Так вот, запрос на “разговорный” язык – это на самом деле часто запрос на нормальную коммуникативную методику и практически ориентированное обучение. Хотя столь же часто это запрос на “чтоб как-нибудь выучилось само/во сне/без зубрежки/без усилий”. И в этом случае надо работать с установками ученика: а как вы вообще себе представляете процесс изучения языка? Очень помогают параллели с игрой на музыкальном инструменте и спортом. Лучшие результаты в обучении как раз у тех, у кого был смежный опыт в спорте, музыке или чём-то подобном».

Совсем отстранённый взгляд выражает итальянка Сидни Вичидомини, почти десять лет живущая и работающая в Москве. Она отмечает необычность мотивации и некую подмену целей: «Могу сказать, что 95% моих учеников <по итальянскому> <здесь в России> были ученицы. Это уже огромное отличие от студентов других языков. Понятно, что и другие языки, по моему опыту, чаще изучают женщины, чем мужчины. Но чтобы настолько... А почему так? Каникулы, дольче вита, иногда работа или учёба: несколько учениц успешно переехали в Италию, сдали экзамены и поступили в университет. Иногда ещё <есть> необходимость получить ВНЖ как собственник жилья, а чаще всего, мне кажется, желание <познакомиться> или общаться с уже знакомым итальянским мужчиной, получить ВНЖ по браку. В зависимости от этого отличается стиль обучения. Очень мало учениц, которые доучатся даже до уровня B2 (advanced), потому что когда появляются все времена глагола и условные предложения (я имею в виду то, что на английском называют 1st, 2nd, 3rd conditional) и стоит напрягать мозги, чтобы разговаривать на другом уровне, а не просто покупать сыр да шмотки, ученицы обычно начинают приходить на занятия как на тусовку. Не доделывают домашку, приносят вкусняшки, алкоголь, обсуждают темы, используя ту же грамматику и те же слова, которые уже давно проходили, как будто программа остановилась. Единицы сдают C1: это женщины, которые заставляют себя читать неадаптированную литературу, смотреть фильмы, переписываться. А основная масса учениц после второго года обучения бросают. Говорят "а" вместо "о" и путают вспомогательные глаголы, местоимение "ne" оставляют в тетрадке, и им достаточно: они красивые девушки, и плюс уровня A2 (который на не интенсивном курсе достигается за два года) вполне достаточно, чтобы получить ВНЖ.

Но! Очень занудная особенность русских учеников: им очень нужно переводить ВСЁ, дословно, даже когда это с педагогической точки зрения не имеет смысла. Они боятся делать ошибки, ужасно боятся – многие уверены, что сначала надо научиться правильно говорить, а только потом разрешено открыть рот (что совсем ошибочно!!!). Многие ещё раздражаются, если ты их не исправляешь каждые две секунды, а наоборот, даёшь закончить мысль и потом сосредоточишься только на самых главных ошибках. Это просто кошмар. Такое недоверие к современным подходам... И такой педантизм!

Зубрить? А мы и не зубрим всё равно: современный подход балансирует теорию и практику и даёт как раз теорию через практику».

Вот такие мы загадочные. Интересно, сами от своей уникальности не устали?

«Разговориться за два месяца, браток»

Как преподаватели иностранных языков реагируют на запрос потенциального ученика «дайте разговорный, без скучной грамматики и теории».

Людвика Пападопулу, Ялта. Преподаёт английский и русский. «Да плюнуть и растереть, любой каприз за ваши деньги! Не понимают необходимость и важность грамматики – ну, будем просто говорить. По ходу поймут, что разговаривать инфинитивами в стиле “I yesterday go on footbol” не есть вариант».

Александр Дербаремдикер, Москва. Преподаёт английский и французский. «Вообще у меня такое было весьма редко. Многим нужна была и грамматика. А на такой вопрос отвечаю: у меня всё идёт в комплексе. Ну или так: это все равно, что вы учитесь играть на скрипке и, не зная всех нот, хотите просто сыграть Моцарта!»

Анна Орлицкая, Москва. Преподаёт испанский. «Говорю, что работаю по учебнику с акцентом на развитие навыков общения в реальных жизненных ситуациях и что учебник – суперсовременный, результат работы испанских методистов за много лет. Потом просто преподаю как обычно, всё в комплексе то есть. Кто не осиливает – отваливается».

Екатерина Дафт, Лос-Анджелес. Переводчик, преподаёт русский и английский. «Что, без грамматики? Ага, щас! (Смеётся.) Я со всеми своими учениками беру какую-то тему, объясняю теорию, делаю упражнения. А потом мы применяем ее в наших длинных беседах. Вот тебе и грамматика, и разговоры. А кто приходит с такими запросами, тот сам не знает, чего хочет».

Татьяна Ченцова, Москва. Преподаёт английский. «У меня всё просто: занимаюсь только с теми, кто серьёзно мотивирован, кто хочет получить фундаментальную базу, чтобы использовать знания для работы, учебы за границей, для сдачи экзаменов и конечно же для общения».

Александр Гостюжев, Москва. Преподаёт английский и немецкий. «Я обычно стараюсь выяснить, что человек подразумевает под “говорением без грамматики”, <занятиями> без упражнений. Чаще всего какие-то внутренние проблемы за этим. Потом узнаю, что именно человек готов делать: выполнять д/з, учить слова и т д. Не даю никаких сроков, но, зная себя, <гарантирую, что> разговорю любого.

У меня были сложные кейсы. Например, ученик пятидесяти годиков, спортсмен, бизнесмен из 90-х, навыка учебы вообще нет. За пять лет мы с ним прошли от полного нуля до чтения неадаптированных книг. Притом что его первичный запрос был “разговориться за два-три месяца, браток”. На третий год занятий он заявил мне: чем дольше учится, тем больше понимает, что надо ещё».