Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Я читаю. Юлия Рутберг

Актриса Юлия Рутберг читает Тонино Гуэрру

Текст: Наталья Соколова/РГ
Фото: Владимир Вяткин/РИА Новости, ria.ru
На фото: Юлия Рутберг

Юлия Рутберг: Я сейчас читаю по следам моей поездки в Италию — зачитываюсь Тонино Гуэррой. Его «Одиссей Тонино», «Семью тетрадями жизни», «Парадизом», «Стаей птиц». И параллельно читаю Франциска Ассизского, которым так увлекался и у которого черпал вдохновение Гуэрра. Обращаясь к миру, знаменитый итальянский святой Франциск Ассизский говорил так: «Сестра-вода, брат-солнце, брат-воздух…» Гуэрра, как и Ассизский, мечтал о восстановлении гармонии природы и человека. Я провела семь дней в доме и музее Тонино Гуэрры, была в Сан-Лео, в Сан-Марино, в Урбино и Болонье. Я смотрела, жила, переживала. Конечно, все слова Тонино Гуэрры воспринимаются по-другому, истории из его книг будто оживают после того, как побываешь в Пеннабилли, где находится его дом-музей, или в Сантарканджело-ди-Романья, где он родился. Мне кажется, что человек, вернувшись из любого путешествия обязательно должен читать книги, посвященные тем местам, где он побывал.

ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ ТОНИНО ГУЭРРЫ «СТАЯ ПТИЦ»:
Восемь или девять месяцев мы прожили как обычно. За это время мне удалось хорошо поработать в Сардинии. Месяца два я потратил на розыски одной старухи. Мне говорили, что живет она в горах Оргосоло. Я знал, что ей девяносто лет. И только — ни имени, ни фамилии. Я изъездил Сардинию вдоль и поперек, разыскивая ее, как иголку в сене. Меня знакомили со многими старухами, некоторым из них было под сто. Но песни, сохранившиеся в их памяти, были заурядным фольклором. Все это пригодилось бы для изысканий, которыми я давным-давно не занимаюсь. Но наконец я нашел ту старуху. Она жила в каменной сторожке посреди загона для лошадей. Вокруг кучи навоза и рой мух, залепляющих лицо и глаза. Старуха лежала на козьих шкурах в каморке без окон. Она пережила множество детей и осталась с внуком, который раз в день кормил ее сыром и хлебом. Старуха ничего не говорила — быть может, не понимала, чего от нее хотят, — и даже казалась слепой. Тогда мне стал помогать внук, подстегивая ее вопросами. Одними и теми же, но всякий раз поставленными по-иному. Мы долго ждали от нее отклика. Тогда я стал расспрашивать внука, не слышал ли он «тех напевов, что я ищу». В жизни он не слыхал ничего подобного. Может, их слышал его отец, но отца убили. Я искал былину, но былину особого рода — без слов, из одних лишь звериных кличей. И вдруг, как будто из пещеры, изо рта старухи один за другим стали вырываться нечленораздельные звуки, нечто такое, что должно быть фоном доисторического сказания, когда люди пели, подражая животным.
Я вернулся в город, принялся за работу. Спокойно прожил с женой вплоть до ее последнего исчезновения. На этот раз я искал только в сквериках, расспрашивая пенсионеров и нянек. Затем заперся дома и стал ждать ее возвращения. Возле двери я поставил стул и часто сидел на нем, прислушиваясь к шуму спускающегося и поднимающегося лифта. Часто мне казалось, что жена возвращается, особенно когда лифт останавливался на пятом этаже. Я даже вставал и брался за ручку, чтобы быть наготове и вовремя открыть дверь. Но это были жильцы с нашей площадки, возвращавшиеся домой или спешившие на работу. Много раз мне звонили люди, из добрых побуждений советовавшие, куда обратиться. Человек десять по крайней мере находились в том же положении: каждый из них утратил свою половину. Я понял, что люди теряются, как теряются ключи от автомобиля. И возникают те же проблемы и те же трудности. Никакой разницы. Но я теперь решил не трогаться с места.
Много лет я собираю отрывки напевов, передаваемых из уст в уста. Собираю, как говорится, с миру по нитке. Особенно много материала на Сицилии. Это протяжные жалобы, срывающиеся с уст старых пастухов, загоняющих в овчарню заблудших овец, и заунывные плачи женщин, вкладывающих в них всю свою скорбь. Чем больше женщина закрепощена, тем жалобней ее колыбельные песни. А в Венето, например, сохранились звуковые реминисценции со времен нашествий варваров и даже воинственные кличи первобытных охотников. В общем, есть что записывать на пленку, и я с удовольствием занимаюсь поисками звуковых памятников в разных частях Италии. Великие исторические события оставили акустический след, который века донесли до нас наряду с камнями — свидетелями давно прошедших времен.

Отрывок печатается по книге: Тонино Гуэрра. «Стая птиц». Библиотека иностранной литературы. — «Известия», 1983.

25.09.2015

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Я читаю›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ