28.10.2017
Рецензии на книги

Маятник Фуке. Истоки коррупции

Почему историческая книга о «распилах» и «коррупционерах» при французском Короле-Солнце вызывает тревожные ассоциации с днем сегодняшним

Коррупция-при-дворе-Короля-Людовика-14
Коррупция-при-дворе-Короля-Людовика-14

Текст: Яков Лазарев, кандидат исторических наук, научный сотрудник Лаборатории эдиционной археографии Уральского федерального университета

На книгу американского франковеда Винсента Дж. Питтса «Коррупция при дворе Короля-Солнце: взлет и падениe Никола Фуке» (М.: Олимп-Бизнес, 2017) невозможно не обратить внимание, увидев ее хоть на книжной полке, хоть на странице интернет-магазина. И дело тут не в дизайне обложки или качестве бумаги (хотя и они прекрасны), а в самом названии. «Коррупция при дворе Короля-Солнце: взлет и падение Никола Фуке» — это попадание в десятку. Для современного (может, чуть политизированного) читателя — вернейший маркетинговый ход, активирующий до боли понятный ассоциативный ряд и желание поскорее разузнать, как в Европе происходили так называемые распилы. Более того, в процессе чтения возникают, вольно или невольно, ассоциации с некоторыми современными событиями, о которых мы здесь умолчим: слишком разные эпохи и контексты. Однако книга Питтса не совсем о коррупции. Правильнее ее следовало бы озаглавить, скажем, «Сдерживая абсолютизм: общественные институты и патрон-клиентские связи во Франции Старого порядка», «Социально-политические механизмы ограничения королевской власти на примере дела Николя Фуке» или «Суд во Франции Старого порядка: на примере дела Николя Фуке» и т. д. Согласитесь — скучно! Уже тянет зевнуть… Но это не позволяет сделать чтение самой книги.

Действительно, для Питтса первостепенной задачей является


подробное описание судебного процесса над одним из первых лиц государства


— суперинтендантом финансов Николя Фуке (1615—1680), т. е. человеком, контролировавшим практически все транзакции, связанные с обеспечением государственных нужд. Этот кейс становится исключительно важным для понимания того, как институты Старого порядка ограничивали королевскую власть (короля и его приближенных), как она смогла потерять (временно) монополию на изложение событий и столкнуться с серьезнейшими репутационными рисками. За этой внешне простой формулировкой скрываются как минимум две проблемы, которые читателю коротко и ясно должен объяснить автор: что такое государство во Франции Старого порядка и о каких институтах идет речь. Это в свою очередь заставляет автора объяснять специфику финансовой системы государства Франции XVI—XVII вв., механизмы изъятия ресурсов, занятия государственных должностей, а также формирования и функционирования патрон-клиентских связей и их влияния на систему государственного управления. Разъяснению этого посвящены первые три главы.

В первой трети книги в концентрированном виде дается описание того,


как финансовые потребности влиятельных персон (в том числе короля), олицетворяющих государство, приводят к восхождению незнатных коммерсантов и финансистов, а также формируют механизмы зависимости.


В первом случае это повышает социальную мобильность и приводит к формированию целых кланов судебной и королевской бюрократии, актуализирующих семейные связи для лоббирования собственных интересов. Среди таких семей были и Фуке. В другом случае — как эти потребности (а здесь редко проводилось разделение государственного и частного) формировали политические зависимости для королевской власти. При этом такие зависимости усугублялись тем, что в то время одна из основных статей дохода госказны — продажа должностей. Это важный механизм конвертации экономического капитала в политический для неблагородных, но состоятельных. Собственно, история клана Фуке, его дальнейшего аноблирования (включая семейно-брачные стратегии) — тому яркий пример. Отец Николя Фуке — Франсуа — человек Ришелье в Государственном совете. Сам Николя — важное звено в политической системе Мазарини. Кроме того, отец и сын (в большей степени) вкладывали свои финансовые ресурсы в различные доходные предприятия — и торговые, и криминальные (поддержка «приватирства», одной из форм пиратства). В годы государственной деятельности двух известных кардиналов Франция втянулась в долгую и дорогую геополитическую конкуренцию с английской короной, испанскими Габсбургами и немецкими княжествами. Именно в контексте изыскания ресурсов и раскрывается талант Николя Фуке как умелого посредника, переговорщика и поручителя. Из описания этих аспектов деятельности Фуке читатель понимает, что богатство влиятельного сановника дутое, большими частями закладывавшегося под государственные (королевские) кредиты. Это богатство удавалось сохранять и увеличивать в результате сложных (и не совсем законных) транзакций, на которых больше всего наживался влиятельнейший Мазарини. Как видно, использование термина «коррупция» в отношении Франции того времени ничего нам не даст для понимания социально-политических механизмов управления до эпохи гражданского общества, ведь


все вокруг — сплошная коррупция и злоупотребления, все там заслужили виселицу!


Попытки немного обуздать аппетиты недавнего патрона и благодетеля, в чьих операциях участвовал Фуке, привели к конфликту интересов. В нём важную роль сыграл Жан-Батист Кольбер, доверенное лицо Мазарини. Однако для самого Мазарини Фуке был важен не только как профессионал, а как тот, кто сможет привести под суд самого кардинала в случае ареста. После смерти влиятельного сановника, сохранившего свои космические капиталы, баланс был нарушен. Кольбер смог убедить Людовика XIV в великих злоупотреблениях Фуке. С арестом в 1661 году суперинтенданта финансов начался грандиозный процесс, поразивший всю образованную публику Франции. Шоком это станет и для самого Фуке, который, правда, задумывал план вооруженного выступления и/или побега.

Перипетии судебного процесса над Фуке — в главах с четвертой по восьмую. Публикации отчетов заседаний поражали публику описанием механизмов колоссальных хищений, где главный бенефициар — любимчик короля Мазарини. Друг и адвокат Поль Пелиссон в своих речах и анонимных памфлетах дискредитировал королевскую власть сильнее любого военного поражения. К этому добавлялось и то, что среди судей Фуке было мало тех, кто хоть каким-либо образом не был связан с опальным сановником. Кроме сфальсифицированных данных королевские обвинители не смогли предоставить весомых доказательств хищений, осуществлявшихся Фуке, а также обвинить его в государственной измене. Решение суда, оглашенное в 1664 году, должно было привести к изгнанию Фуке и конфискации его имущества. Однако для молодого короля Людовика XIV этого было недостаточно. Он использует свои экстраординарные полномочия и приказывает арестовать Фуке. Здесь в судьбе сановного арестанта появляется Шарль Д’Артаньян, чье имя обессмертит Александр Дюма-старший. Именно Д’Артаньяну было поручено арестовать Фуке, а затем сопроводить его к месту заключения. В далекой крепости Пиньероль окончит свои дни герой книги Питтса.


В этой книге каждый найдет свое.


Для кого-то она станет историческим справочником/словарем по Франции Старого порядка, поскольку автор объясняет огромное количество понятий и практик, иллюстрирующих специфику налогов и управления того времени. Для других — напряженным и увлекательным чтением: автор умеет сохранить интригу. Для вашего же покорного слуги это прекрасный образчик того перехода, который происходит в современной исторической социологии и исторической науке, когда на смену «государственническому» подходу (т. н. statism, особая роль государства как моно-актора в исторических трансформациях социума), приходит понимание того, что


государство — организация, которая состоит из определенных групп акторов, «преследующих сочетание общих и индивидуальных целей при помощи частичной координации поведения»


(Д. Норт, Д. Уоллис, Б. Вайнгаст).