30.11.2018

Попали к Драгунскому в сети

На ярмарке Non/fiction известный писатель представил свой «Автопортрет неизвестного» и рассказал, что думает о Прусте

Денис Драгунский
Денис Драгунский

Текст: Мария Воронова/РГ

Фото: Сергей Михеев/РГ

В рамках юбилейной книжной ярмарки Non/fiction писатель Денис Драгунский встретился с читателями и представил свой последний роман «Автопортрет неизвестного». Автор признался, что он — «сетевой писатель»: он любит публиковать свои рассказы в фейсбуке, получать комментарии и общаться с читателями. По его словам, от последней правки на компьютере до публикации произведения в социальной сети проходит пять-восемь минут. Однако слово «блогер» не вызывает у него особенных чувств, ведь, по мнению писателя, сегодня это такой же журналист-частник. Стоит отметить, что живые презентации своих книг Драгунский любит не меньше.

«Этот роман можно было бы запихнуть в рассказ на пять страниц. Однако бывают такие ситуации, когда писательские издержки слишком высоки. Несмотря на то, что роман писать дольше, процесс все равно в каком-то смысле легче, ведь роман не нужно сокращать и обрубать целые куски — такое произведение требует иного мазка и дыхания», — поделился Драгунский.

Писатель признался, что он больше любит читать рассказы. «Мы действительно помним сюжеты «Анны Карениной» или «Преступления и наказания», а не рассказики. Однако даже после прочтения таких монументальных произведений в голове все равно остается короткий сюжет, то есть рассказ. Ведь мы помним сюжет не ради сюжета, а ради эмоций, которые тот вызывает», — заметил Денис Драгунский и добавил, что исключением из этого правила, пожалуй, стал Пруст, произведения которого совершенно лишены истории, но наполнены тягучими, как зефир, размышлениями.

Новый роман Дениса Драгунского представляет собой как бы «роман в романе»: финансист решает приобрести квартиру в центре Москвы, чтобы было, куда пригласить гостей для переговоров, а его молодая жена с писательскими амбициями, взяв себе в помощники популярного писателя и начинающего автора, хочет написать роман об истории людей, которые некогда жили в этой сталинке. Оказывается, там жил академик, потом художник, потом министр, потом его сын — начальник секретной лаборатории. Судьбы этих людей окутывают интриги, преследования, истории об изменах и незаконнорожденных детях, об исчезновениях и возвращениях…

«Литература требует большого мастерства. Невозможно представить, что у экономиста есть такое хобби: по субботам он проводит операции на открытом сердце. Так и писательство должно быть не просто занятием «для себя», а настоящей профессией. Молодые писатели не хотят учиться, хотя немногие из них приносят стоящие произведения». Писатель отметил, что для него важна самоцензура. «Я никогда не стал бы писать о том, что меня не волнует, и фиглярстовать с языком и излишними метафорами», — подчеркнул Драгунский.

Писатель добавил, что внешняя цензура бывает зачастую необъективна и чересчур предвзята. Пример привела читательница, посетившая презентацию книги, которую из-за содержания ненормативной лексики отвергли сорок издательств. «В этом есть что-то эпическое, гомерическое», — отметил Драгунский.

«К цензуре у меня только одно замечание: на книжках, где есть ненормативная лексика, пишут «содержит нецензурную брань». Это писал безграмотный человек, правильно было бы написать «содержит нецензурную лексику», пояснил писатель. По его мнению, у цензоров зачастую нет оснований запрещать тому или иному герою выругаться. А три нецензурных слова в толстом интеллектуальном романе, закатанном в целлофан, не повлияют на общественную нравственность.