Текст: Андрей Васянин
Остаётся ли Высоцкий живым автором для новых поколений — или постепенно превращается в историческую фигуру и символ своего времени? Судя по аншлагу на дискуссии «Высоцкий: вне времени», прошедшей на площадке Союз писателей России, фигура поэта и актера остается актуальной
— …насущной, нужной, важной и действительно вневременной, потому что вечной, — уточнил в самом начале разговора его модератор, писатель Александр Шаргунов. И сразу переадресовал гостей к сентябрьскому номеру возглавляемого им журнала «Юность», где только что вышли воспоминания лечащего врача Высоцкого Леонида Сульповара.
Воспоминания об актере и поэте, свидетельства о встречах с ним, малоизвестные, а то и вовсе неизвестные прежде видео и аудиозаписи с его участием продолжают отыскиваться сегодня в общественном пространстве. Продолжается и непростая работа литературоведов и текстологов с наследием Высоцкого.
Даниил Духовской, поэт и исследователь «неофициальной» поэзии, примером малоисследованности поэзии Владимира Семеновича выбрал знаменитую песню «Я не люблю». У которой, по словам Даниила, последний вариант диаметрально противоположен первому. В ранней редакции Высоцкий пел «Я не люблю, когда стреляют в спину, но, если надо, выстрелю в упор», а позже меняет конец фразы на «…я также против выстрела в упор». Дальше в той же песне «я не люблю насилие и бессилие, и мне не жаль распятого Христа» сменилось на «вот только жаль распятого Христа».
— Повзрослел, «помудрел» с годами, наверное, — размышлял вслух Духовской.
И таким примерам в случае с Высоцким несть числа, это все-таки были не просто стихи, а песни, и записывались они не ручкой по бумаге, а на пленку, и Владимир Семенович, разрывая «серебряные струны», мог и забыть куплет, на ходу вспомнить старый вариант, спеть некогда сокращенное... И что же в итоге считать последним вариантом?
— Не все, положенное на бумагу представляется мне столь ценным, как то, что поется и звучит, — добавлял масла в огонь Шаргунов.
В случае с Высоцким многие списывают его воздействие на умы и души — на артистизм. В том числе — смысловые притягивания, сделанные иногда ради рифмы, «по стиху». Но все вместе — это работает.
— Этот тот самый случай, когда артист в России больше, чем артист, — говорил главный редактор «Юности».
Участники дискуссии много и со вкусом разбирали те самые случаи обнаружения раритетов, связанных с именем Высоцкого. Режиссёр, автор документальных фильмов о Владимире Семеновиче Олег Васин поведал собравшимся о бывшем студенте-вгиковце, который монтируя из обрезков старой пленки сюжет о московских кинофестивалях, обнаружил и принес Олегу трехсекундный кадр с Высоцким, появляющимся из-за спины японской актрисы. Даниил Духовской в киножурнале 60-х годов «На Волге широкой» в репортаже о гастролях Театра на Таганке отыскал несколько романтических кадров с Высоцким, плывущем на пароходе и поющем что-то в дождь — с целлофановым пакетом на голове. А еще в Югославии в 70-х снимали фильм о Владимире Семеновиче, из которого пока «всплыло», по словам Духовского, фрагмент на 1 минуту…
— Любые архивы должны работать, поэтому долгое время, собирая фото и видеоархив, посвящённый Высоцкому и его современникам, я понял, что это нужно не просто хранить у себя дома, но и показывать зрителям, — говорил Олег Васин.
Напоследок он же пересказал нам фрагмент записи, в котором на репетиции спектакля «Пугачев» в 1967 Высоцкий общается с драматургом Николаем Эрдманом. А тот — а слегка заикался: «Высоцкий: Николай Робертович, а вы что-нибудь сейчас пишете — пьесу, сценарий? Эрдман: А вы, Володя? Высоцкий: Пишу. На магнитофоны. Эрдман: А я, В-Володя, — на века… Высоцкий: Да я, честно говоря, тоже кошусь на эти века. Эрдман: К-коситесь, В-Володя, коситесь. У вас получается…»