Наш сайт обновляется. Мы запустили полностью новый сайт и сейчас ведется его отладка. Приносим свои извинения за неудобства и уверяем, что все материалы будут сохранены.
САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.
Поэты о поэзии: пять рукописей
«Нас мало. Нас, может быть, трое донецких…»

Текст: Дмитрий Шеваров

Фото: РГАЛИ, автограф М.И. Цветаевой

В честь Всемирного дня поэзии сотрудники Российского государственного архива литературы и искусства преподнесли бесценный подарок посетителям нашего портала и всем любителям поэзии. Они предоставили нам уникальную возможность увидеть автографы стихотворений знаменитых русских поэтов ХХ века: Иннокентия Анненского, Бориса Пастернака, Марины Цветаевой, Ольги Берггольц и Владимира Высоцкого. Все пять представленных стихотворений посвящены Поэзии как таинству и поэтам - как его загадочным вестникам.

Иннокентий Анненский

Автограф. [1899-1901]. Ф. 6, оп. 1, ед.хр. 27, л.47. РГАЛИ

Поэзия

Пусть для ваших открытых сердец

До сих пор это - светлая фея

С упоительной лирой Орфея,

Для меня это - старый мудрец.

По лицу его тяжко проходит

Бороздой Вековая Мечта,

И для мира немые уста

Только бледной улыбкой поводит.

* * *

Борис Пастернак

Автограф. 1921. Ф.379, оп.1, ед.хр.4, л. 1.РГАЛИ.

Нас мало. Нас, может быть, трое

Донецких, горючих и адских

Под серой бегущей корою

Дождей, облаков и солдатских

Советов, стихов и дискуссий

О транспорте и об искусстве.

Мы были людьми. Мы эпохи.

Нас сбило и мчит в караване,

Как тундру под тендера вздохи

И поршней и шпал порыванье.

Слетимся, ворвемся и тронем,

Закружимся вихрем вороньим,

И - мимо! - Вы поздно поймете.

Так, утром ударивши в ворох

Соломы - с момент на намете,-

След ветра живет в разговорах

Идущего бурно собранья

Деревьев над кровельной дранью.

* * *

Марина Цветаева

Автограф. 1923. 1190, оп. 2, ед. хр. 4, л.105об-106. РГАЛИ

Поэты

Поэт - издалека заводит речь.

Поэта - далеко заводит речь.

Планетами, приметами, окольных

Притч рытвинами... Между да и нет

Он даже размахнувшись с колокольни

Крюк выморочит... Ибо путь комет -

Поэтов путь. Развеянные звенья

Причинности - вот связь его! Кверх лбом -

Отчаетесь! Поэтовы затменья

Не предугаданы календарем.

Он тот, кто смешивает карты,

Обманывает вес и счет,

Он тот, кто спрашивает с парты,

Кто Канта наголову бьет,

Кто в каменном гробу Бастилий

Как дерево в своей красе.

Тот, чьи следы - всегда простыли,

Тот поезд, на который все

Опаздывают...

- ибо путь комет

Поэтов путь: жжя, а не согревая.

Рвя, а не взращивая - взрыв и взлом -

Твоя стезя, гривастая кривая,

Не предугадана календарем!

* * *

Ольга Берггольц

Автограф. Б.д. 2888, оп. 1, ед. хр. 17, л.7. РГАЛИ

И голос мой запечатлится наспех,

Минутная свинцовая краса.

Нас душит радость, строгая, как астма,

Нам перехватывает голоса.

О радости труднее, чем о горе

Сказать и спеть - до сыта, до пьяна.

Ведь надо петь, и прошлому не вторя

И песен будущего не узнав…

***

Владимир Высоцкий

Автограф. [1960]. Ф.3004, оп. 1, ед. хр. 38, л.5. РГАЛИ

«О поэтах и кликушах»

Кто кончил жизнь трагически, — тот истинный поэт!

А если в точный срок — так в полной мере!

На цифре 26 один шагнул под пистолет,

Другой же — в петлю слазил в «Англетере».

А в 33 — Христу (он был поэт, он говорил:

«Да! Не убий!» Убьёшь — везде найду, мол!)...

Но — гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,

И гвозди в лоб, чтоб ни о чём не думал.

С меня при слове «37» в момент слетает хмель.

Вот и сейчас вдруг холодом подуло —

Под этот год и Пушкин подгадал себе дуэль,

И Маяковский лёг виском на дуло.

Задержимся на цифре 37. Коварен Бог —

Ребром вопрос поставил: или-или!

На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо,

А нынешние как-то проскочили.

Дуэль не состоялась или перенесена,

А в тридцать три распяли, но не сильно,

А в тридцать семь — не кровь, да что там кровь! — и седина

Испачкала виски не так обильно.

Слабо стреляться?! В пятки, мол, давно ушла душа?!

Терпенье, психопаты и кликуши!

Поэты ходят пятками по лезвию ножа

И ранят в кровь свои босые души.

На слово «длинношеее» в конце пришлось три «е».

«Укоротить поэта!» — вывод ясен.

«И нож в него!» — но счастлив он висеть на острие,

Зарезанный за то, что был опасен!

Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр!

Томитесь, как наложницы в гареме:

Срок жизни увеличился — и может быть, концы

Поэтов отодвинулись на время.

Пользуясь случаем благодарим Ксению Демьяненко (РГАЛИ) за помощь в подготовке нашей ежедневно обновляемой рубрики «Строки дня».