САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

На Дальневосточном фронте без перемен

В хабаровском университете издали шесть книг о Великой Отечественной войне — да не одни, а совместно с китайскими коллегами

В хабаровском университете издали шесть книг о Великой Отечественной войне
В хабаровском университете издали шесть книг о Великой Отечественной войне

Интервью и фото: Дина Непомнящая/РГ, Хабаровск

На фото (слева направо) авторы-составители книги Ольга Волкотрубова и Александр Пасмурцев, а также дизайнер проекта Елена Саморядова

Никто не мог представить, что отмечать 75-летие победы в Великой Отечественной войне нам придется, сидя по домам. А значит, как никогда важными стали книги о событиях тех лет — ведь каждый может прочесть их дома, в кругу семьи, отдав тем самым дань памяти героям. Таких книг каждый год выпускается множество: свой вклад в создание этой военной библиотеки внесли и сотрудники Тихоокеанского государственного университета (ТОГУ). Интерес их, разумеется, сосредоточен на боевых действиях, происходивших на Дальнем Востоке. И сейчас, когда из-за пандемии празднование Победы перенесли на осень, а днем окончания Второй мировой войны официально объявили 3 сентября, эта тема стала лишь актуальнее: ведь именно 3 сентября указом от 1945 года учреждался День победы над милитаристской Японией, и на Дальнем Востоке всегда с особым вниманием относились к этой дате.

О том, почему хабаровский вуз занялся этой работой и насколько сложно выпускать исторические книги, нам рассказал редактор издательских проектов, полковник запаса Александр Пасмурцев — а в конце мы приготовили для вас несколько "живых" документов времен той страшной войны.

Александр Владимирович, сколько книг о войне уже издано в университете?

Александр Пасмурцев: Если мы не будем сейчас считать многочисленные монографии наших профессоров-историков, а остановимся только на книгах, подготовленных в пресс-центре ТОГУ, то это уже пять изданий. Первое – «Великая Победа на Востоке» – появилось в 2015 году. Спустя два года вышли сразу две книги «Мы вместе строили новый Китай» и «Цветы Памяти: историческое наследие Великой Победы», которые стали тематическим продолжением «Великой Победы». В 2018 году выпустили «Цветы Памяти: поисковая работа продолжается». В 2019-м вышла книга «Краснознаменная Амурская флотилия: сражения, традиции, герои».

Есть еще одна книга, о которой стоит упомянуть, «Павшие живут, пока о них помнят потомки». Более чем 500-страничный мемориальный альбом, созданный на основе огромного массива информации, собранной членами Военно-мемориальной группы ветеранов Восточного (ранее – Дальневосточного) военного округа под руководством генерал-майора в отставке Юрия Мельникова во время поисковых экспедиций в Китай и Северную Корею. В электронном формате книга существует еще с осени 2018 года, презентовалась в Китае. Но, к сожалению, до сих пор не вышла в бумаге. Все упирается в деньги. Сейчас краевое правительство собирается выделить средства на ее печать к 75-летию окончания Второй мировой войны. Будем надеяться, что все сложится.

Получается, финансовый вопрос – это основная сложность, с которой приходится сталкиваться в процессе работы?

Александр Пасмурцев: Одна из них точно. Напечатать книгу бесплатно невозможно. Обычно нам помогают спонсоры, гранты. Пытаемся находить возможности.

«Великая Победа на Востоке» стала первым проектом университетской книжной серии. Расскажите о ней немного подробнее.

Александр Пасмурцев: Она была создана в научно-исследовательском и творческом содружестве с коллегами из Чанчуньского университета (г. Чанчунь, КНР), поэтому вышла сразу на двух языках: русском и китайском. Это оказалось удачным решением. Позже мы использовали этот формат и в других проектах.

В хабаровском университете издали шесть книг о Великой Отечественной войне

«Великая Победа» вышла в свет одновременно в России и Китае к 70-летию разгрома милитаристской Японии, освобождения Советской армией Северо-Восточного Китая и окончания Второй мировой войны. Первый ее раздел посвящен истории японской оккупации Северо-Восточного Китая, национально-освободительной борьбе китайского народа в 30–40-е годы ХХ века, а также тесному взаимодействию китайских патриотов с советскими Вооруженными силами. Второй раздел включает воспоминания российских и китайских ветеранов, участников сражений Второй мировой войны на Дальнем Востоке, фронтовые репортажи и заметки корреспондентов газеты «Сталинский воин», печатного органа 1-го Дальневосточного фронта. Третий раздел рассказывает о современности, о патриотическом воспитании студентов в российских и китайских вузах, в частности, об экспедициях в рамках историко-патриотической акции «Цветы Памяти». На протяжении нескольких лет участники студенческих поисковых групп «Поиск» и «Патриот», работающих при Музее истории ТОГУ, собирают данные о войне. Совершили несколько поисковых экспедиций в КНР и в ходе поездок исследовали и описывали мемориальные сооружения, воинские кладбища и могилы советских воинов, погибших в августе – сентябре 1945-го при освобождении Северо-Восточного Китая от японской оккупации. Параллельно приводили в порядок памятники и захоронения.

Как вообще пришла идея создания такой книги?

Александр Пасмурцев: Проект наш в некоторой степени официальный. Он осуществлялся под эгидой АВРИК – Ассоциации дальневосточных российских и Северо-восточных китайских вузов, а кроме того, генеральных консульств наших стран в Шэньяне и Хабаровске.

Все началось с российско-китайского форума ректоров, который проходил в 2014 году. Тогда профессор Ван Цзиньлин из Института международного образования при Чанчуньском университете предложила совместный проект и «заразила» идеей нас. Правда, поначалу всем, и мне в том числе, задача показалась неподъемной. Но обсудили, посоветовались, какие российские и китайские организации мы можем привлечь – и решили попробовать. Госпожа Ван собрала команду со своей стороны, я – со своей. Быстро нашли полное взаимопонимание, наладили четкое взаимодействие. Как два руководителя проекта взяли на себя всю ответственность и любые вопросы решали напрямую, а значит максимально быстро. На все про все, от идеи до ее воплощения в тяжелый бумажный фолиант, ушло чуть больше семи месяцев. Это весьма короткий срок для подготовки такого издания.

Книгу можно где-то купить?

Александр Пасмурцев: В продаже ее, к сожалению, нет и никогда не было. Она вышла ограниченным тиражом в 350 экземпляров в России и чуть больше – в Китае. Часть из них получили участники издательской команды, в том числе некоторые из студентов, наиболее активно участвовавшие в работе. Еще часть отправилась в российские и китайские библиотеки. Оставшиеся иногда преподносим гостям как дорогой сувенир. Но прочитать книгу все же может каждый и в любой точке мира. Она размещена в свободном доступе на различных электронных площадках. В том числе на сайте ТОГУ.

Почему вы считаете важным издавать такие книги?

Александр Пасмурцев: Память о ветеранах не сохранить, если не фиксировать ее в книгах, дневниках, репортажах. Все эти источники содержат примеры того, как надо жить, служить Родине и как действовать, если возникнет необходимость ее защищать. Даже сейчас, спустя 75 лет после окончания войны, многие факты о ней остаются неизвестными. Постепенно рассекречиваются документы, в ходе кропотливых поисков обнаруживаются новые персональные данные большого числа погибших воинов, которые требуют уточнения. Поэтому поисковая, военно-мемориальная и книгоиздательская работа должна и будет продолжаться.

Фрагменты книги «Великая Победа на Востоке»

Из воспоминаний Клипеля Владимира Ивановича:

В хабаровском университете издали шесть книг о Великой Отечественной войне

«…Мои заботы о будущем отошли на задний план после известия о Победе. Утром подполковник Свиньин неожиданно спросил меня: «Как думаешь, почему командарм вдруг пожелал, чтоб оркестр исполнил вальс ‘‘На сопках Маньчжурии’’?» – «Надо бы спросить у него». – «Ты думаешь, это прихоть?» – «Нет. Зачем-то его вызывали в Москву...»

Вот такой у нас произошел разговор, и мы поняли: нам предстоит перемещение с запада на восток...

В штабе появились книги А.Н. Степанова «Порт-Артур», Г.К. Жукова «Халхин-Гольская операция 1939 г.», труды по экономике и географии Маньчжурии. Догадок, зачем нас перебрасывают на Дальний Восток, больше не осталось. Едем на войну! Но странно, после всего пережитого это нас мало тревожило. За плечами – огромный опыт. Не знаю, как воевали американцы на островах и в океане, а нас японцам не сдержать...

И вот мы в Монголии.

Десять суток шли мы безлюдными пустынями. Оказалось, что солдаты не приучены к строгому питьевому режиму, что стеклянные фляги часто бьются. Особенно досаждали нам солнечные удары. Страдали от них не только люди, но и трофейные битюги, вывезенные нами из Восточной Пруссии. Даже опытные сержанты и солдаты за время перехода потеряли по семь-восемь килограммов своего веса...

Точно в четыре часа ночи (9 августа) танки рванули вперед, за ними, на ходу выстраиваясь в колонну, последовали машины с пехотой, орудиями на прицепе, самоходки. Наш «виллис» держался сбоку от боевых машин: не так пыльно, да и меньше риска попасть под гусеницы. Все в напряжении: вот-вот раздадутся выстрелы! Но по ту сторону границы нас встретила тишина, и туго натянутые нервы расслабляются, напряжение спадает...

Уже за полдень. Наконец впереди, в распадке, показалась глинобитная фанза-мазанка, возле нее – перевернутая арба-двухколеска, в такие повозки запрягают верблюдов. Это застава. Сами пограничники вовремя удрали. Вхожу в жилище. В нос ударяет зловоние. На стенах висят сырые тарбаганьи шкурки. Эти зверьки считаются разносчиками чумы, но местное население находит их жирное мясо целебным. В углу – очаг из неотесанных камней, без дымохода, поэтому фанза пропиталась запахом дыма; стропила, трава, которой покрыта крыша, черны от сажи. Через оклеенное бумагой оконце слабо пробивается свет. Все, как было прежде в нанайских фанзах, только намного хуже. Там спали на теплых каннах, а тут – на земле, и нет ни стола, ни скамеек. Невозможно даже представить себе, что так могут жить люди...

На пятые сутки войска начали выходить на Маньчжурскую равнину. А ведь, честно говоря, многие уже засомневались: не заблудилась ли армия в этом огромном каменном лабиринте? Но командир 17-й гвардейской дивизии генерал Квашнин, в двадцатые годы служивший в Забайкалье, хорошо представлял себе будущий театр боевых действий. Когда солдаты его дивизии увидели, наконец, первую китайскую деревушку, от радости закричали «Ура!».

14 августа мы были уже в Ванъемяо (ныне Улан-Хото) – небольшом городишке. Большой Хинган остался у нас за спиной. Половина города была сожжена японцами при отходе, мост через речушку взорван. На станции Балтай танкисты нашего передового отряда разгромили воинский эшелон противника. Прошел слух, что Япония капитулировала, но японские войска уклонялись от встреч с нашими частями и упорно продвигались на восток.

Генерал Людников с группой офицеров оперативного и разведывательного отделов остановился в Ванъемяо, на зеленом холме в палатке. Днем к нему прибыл командир японо-баргутского 47 кавалерийского полка, чтоб узнать об условиях сдачи в плен. Он долго сидел у палатки, ожидая решения своей судьбы...

Наши танки дошли до Таонаня и встали – кончилось горючее. Где именно встали, сведений в штабе не имелось. Командующий послал меня – отыскать их и уточнить обстановку. Летели над дорогой, всматриваясь в заросли гаоляна, стоявшего стеной по обе стороны ее. Вот и городок Таонань, а ни одной машины мы так и не заметили. Может, танки прошли дальше, за город? Как все китайские небольшие города, Таонань был обнесен глиняной стеной и сверху напоминал правильный квадрат. Летчик сделал круг над домами. Китайцы, заслышав шум мотора, разбегались и прятались в отрытые заранее щели. Японцев мы не увидели и решили сесть у западных ворот.

Летчик подрулил к городку. Навстречу нам, поминутно кланяясь, вышел пожилой китаец. Кое-как, с помощью жестов и изображений на песке, удалось выяснить, что «ниппон» – японцы – ушли два дня назад, а наших танков китайцы не видели.

На обратном пути я все же высмотрел замаскированный в гаоляне танк. Сели, подрулили к нему. Танкист сказал, что он шел во главе колонны, но у него в баках кончилось горючее. Остальные где-то сзади.

Снова взлетели и неожиданно увидели покинутый японский полевой аэродром: несколько кирпичных домиков, с десяток самолетов на стоянке, штабеля бочек. Бочки оказались с горючим, самолеты вроде бы целые. Генерал Людников сказал, что горючее весьма кстати, и решил утром осмотреть все сам.

Но на другой день, когда мы подлетали к аэродрому, пилот что-то стал медлить с посадкой. Сделал один круг над полем, другой... Я присмотрелся и ахнул: самолетов-то нет. Куда могли деться? Когда подрулили к стоянке, я увидел, что от самолетов остались одни каркасы. Это китайцы похозяйничали. Хорошо, что бочки с горючим не тронули, видно, оставили их на потом...

В Порт-Артур я прибыл 14 сентября, когда все офицеры штаба армии получили квартиры в японских домах в Новом городе. Был еще и Старый город, где обитало китайское население. Для меня тоже отвели полкоттеджа – две комнаты и кухня. Впервые за шесть лет я мог выспаться на чистой постели, а не в блиндаже с жердяными нарами или на хвойных ветках на снегу, завернувшись в шинель. В сотне метров от нас, в таком же коттедже, поселились подполковник Свиньин и другие офицеры оперативного отдела.

Вокруг города синели сопки, известные мне по роману А.Н. Степанова «Порт-Артур»: Высокая, Перепелиная, Золотая, Электрический Утес, Тигровый Хвост, вдали высился горный хребет Лаотэшань. Густо зеленели сады и парки, мирно плескалось море у набережной. Ничто больше не напоминало о войне...».

Клипель В.И. родился 28 июля 1917 года на станции Ин Дальневосточной железной дороги. В 1937 году поступил в Свердловское художественное училище. В 1939 году был призван в армию, в которой прослужил до 1946 года. Участвовал в советско-финской войне (1939–1940), в Великой Отечественной войне, в войне с милитаристской Японией. Службу закончил в звании гвардии майора, награжден двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны I степени, орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны II степени и многими медалями. Стал известным дальневосточным писателем. Является автором книг о Великой Отечественной войне («Медвежий вал», «Испытание на верность», «Солдаты Отечества», «Исповедь» и другие), о природе Дальнего Востока («Дебри», «Дневник летних странствий», «Лесные узоры», «Улыбка Джугджура», «Календарь Приамурья»). В 1992 году ему присвоено звание «Заслуженный работник культуры РСФСР», а 22 мая 1995 года — звание «Почетный гражданин города Хабаровска». Ушел из жизни 4 августа 2011 года.

Из докладной записки подполковника Чжоу Баочжуна Главкому Маршалу Советского Союза А.М. Василевскому (от 24 августа 1945 г.)

Я, командир 88-й отдельной стрелковой бригады, как подчиненный Вам и как член братской Коммунистической партии Китая, решил обратиться к Вам непосредственно о нижеследующем.

Вверенная мне 88-я бригада была организована в июне месяце 1942 г. по личному указанию товарища Сталина. В бригаде насчитывается около 4000 бойцов и офицеров и до 150 чел. находится вне бригады (кроме русского и нанайского состава). Почти все китайские товарищи являются членами Китайской коммунистической партии и Киткомсомола, бывшими руководителями и участниками партизанского движения в Маньчжурии против японских захватчиков. Бригадой непосредственно руководит Военный совет ДВФ. Бригаде было уделено большое внимание и ей придавалась особая роль и политическое значение как китайской национальной части (по примеру польской, чехословацкой и др. частей, бывших на территории СССР), и она должна была стать ядром подготовки военных и политических кадров. Как воинская часть бригада готовилась принимать активное участие вместе с Красной Армией в борьбе против японских империалистов за освобождение китайского народа.

В бригаде имеется самостоятельная организация Китайской коммунистической партии и Киткомсомола, работающая в тесном контакте и при помощи ВКП(б) и под общим руководством политотдела бригады. Кроме того, работа парторганизации КПК исходит из общей политической линии ЦК Киткомпартии по вопросам Китая. В составе членов КПК в бригаде имеются бывшие члены четырех провинциальных комитетов КПК в Маньчжурии. Парторганизация КПК бригады до 1943 г. поддерживала связь с местными подпольными парторганизациями Маньчжурии и партизанами.

В течение более трех лет проводилась политико-воспитательная работа для всего личного состава бригады.

По военной подготовке была поставлена одна из задач – подготовить рядового бойца и сержанта, чтобы они справились на военное время с работой командира взвода, роты (отряда) и умели вести политическую работу среди китайского населения Маньчжурии, а из нанайцев рядовых подготовить командиров отделений. К июню месяцу 1945 г. эта задача была выполнена.

В течение более трех лет личный состав бригады воспитывался в духе беззаветной преданности Советскому Союзу, делу национально-освободительной борьбы китайского народа за свою свободу и независимость, в духе правильного понимания ленинско-сталинской национальной политики, в духе дружбы народов Китая и СССР.

Политико-моральное состояние личного состава бригады в хорошем состоянии, и в боевом отношении бригада подготовлена хорошо.

Бойцы, сержанты и офицеры больше трех лет готовились и ждали того дня, когда они смогут принять активное участие в борьбе против японского агрессора. 9 августа с. г. этот день наконец-то наступил. Советский Союз объявил войну империалистической Японии. Весь личный состав бригады, воодушевленный благородными целями войны, ждал боевого приказа выступить против японских самураев.

Однако через четыре дня после начала военных действий оперативный план бригады был отменен, а ее передислокация на территорию Маньчжурии была задержана, и до настоящего момента бригада не получала никакой боевой задачи. Мои неоднократные запросы к генерал-майору тов. Сорокину [генерал-майор Н.С. Соркин – начальник разведотдела штаба 1-го Дальневосточного фронта] и через него к командующему 2 ДВФ генералу армии тов. Пуркаеву об использовании бригады до сегодняшнего дня положительного решения не получили. Поэтому я вынужден обратиться к Вам, товарищ Маршал, с просьбой о разрешении вопроса об использовании бригады и изложить свои нижеследующие соображения:

1. Считаю необходимым передислоцировать бригаду в центральный город Маньчжурии – Чанчунь, где бы мы могли немедленно оказать помощь Красной Армии в установлении и поддержании порядка. Создать антияпонскую демократическую организацию, которая должна явиться основой для будущей демократической народной власти в Маньчжурии.

2. Провести подготовительную работу по созданию народной армии в Маньчжурии, ядром которой должна стать наша бригада.

3. Мы можем объединить всех членов Китайской коммунистической партии в Маньчжурии и развернуть работу по привлечению всех прогрессивных демократических групп и создать единый фронт народов Маньчжурии против японской агрессии. В то же время мы можем вести борьбу против всех реакционных элементов и течений, проводить повседневную работу в массах и воспитывать китайский народ в духе дружбы и любви к великому соседу – Советскому Союзу, к народам Советского Союза, к Великому Сталину.

Если Вы найдете невозможным принять мои вышеуказанные соображения, то я прошу разрешить китайскому составу бригады и русским товарищам отдельно действовать и прошу отдать нас в распоряжение ЦК Коммунистической партии Китая или командующего 8-й НРА тов. Чжу Дэ.

Командир 88-й отдельной

стрелковой бригады

подполковник Чжоу Баочжун