Текст: Анастасия Скорондаева/РГ
Сказки Салтыкова-Щедрина все мы помним со школьной скамьи. Про "Премудрого пискаря", который боялся жить свою рыбью жизнь. Про "Дикого помещика", который стремился избавиться от крестьян. И "Медведя на воеводстве" — о критике бюрократической системы управления, и "Конягу" — о тяжелом положении крестьянства в России в XIX веке. И многие другие, конечно.
В год 200-летия Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина мы затеяли всей страной прочитать одну из сказок. Остановились на "Повести о том, как один мужик двух генералов прокормил".
Памятуя о том, что Салтыков-Щедрин был единственным писателем, который занимал пост вице-губернатора в Рязани и Твери, записать эту мини-видеокнигу мы предложили губернаторам. Решительных чтецов среди глав регионов оказалось немного. Но мы искренне восхищаемся теми, кто принял этот вызов.
А еще Салтыков-Щедрин без малого два года служил председателем пензенской казенной палаты. Об одном случае, перешедшем в разряд литературных анекдотов и свидетельствующем о гуманности Михаила Евграфовича, нам рассказала генеральный директор Объединения государственных литературно-мемориальных музеев Пензенской области Наталья Полева. Будучи председателем казенной палаты, Салтыков-Щедрин поручил одному из служащих начисто переписать важный документ, написанный от руки. Бумагу необходимо было срочно отправить в Министерство финансов.
Почерк Салтыкова-Щедрина не был образцовым, поэтому работа с документом у сотрудника затянулась. Вечером глава казенной палаты проезжал мимо места работы и заметил свет в одном из окон. Решил заглянуть и обнаружил там спящего чиновника и переписанный лишь наполовину документ. Михаил Евграфович не стал будить подчиненного и сам переписал оставшуюся часть. Первая вышла идеальной, а вот вторая - малопонятной. Так бумагу и отправили в Министерство финансов, где она вызвала недоумение. А в адрес Салтыкова-Щедрина пришло строгое замечание. Председатель казенной палаты на обороте написал: "Угрозами не руководствуюсь". Подписал и отправил обратно в Министерство. Все со страхом ожидали последствий такой дерзости. Но реакции не последовало.
К слову, о Вятке в своих "Губернских очерках" еще никому не известный писатель Салтыков-Щедрин написал такие строчки: "В одном из далеких углов России есть город, который как-то особенно говорит моему сердцу. Не то чтобы он отличался великолепными зданиями, нет в нем садов семирамидиных, ни одного даже трехэтажного дома не встретите вы в длинном ряде улиц, да и улицы-то все немощеные; но есть что-то мирное, патриархальное во всей его физиономии, что-то успокоивающее душу в тишине, которая царствует на стогнах его".
В очерках писатель назвал город Крутогорском, но жители Вятки по описанию легко узнали свою родину.
Продолжение - в ближайших публикациях.
