Текст: Евфросиния Капустина/РГ (Лопшеньга, Архангельская область)
Чего, школу-то в этом году закрывают или в следующем? Ответ: не знаем...
Мы и вправду не знаем наверняка, никто. Среди прошлого учебного года пролетел слушок, что, мол, все - последний год Лопшеньгская основная школа дорабатывает. Но нет, ошиблись, слава богу. Так что 1 сентября снова выходим на работу - продолжим учить. Сколько нам остается продолжать - не знаем.
- Вон в Летней Золотице восемь учеников оставалось, и то школу закрыли! Так что и нашу не в этом, так в следующем году всяко закроют.
В общем, да, все к этому идет. Детский садик уже с этого года переводят на половину рабочего дня - видно, решил кто-то там, что как-то больно много целый рабочий день воспитательнице оплачивать за догляд над двумя девчушками. И не важно, что она с ними одна за всех: за воспитательницу, за нянечку, за уборщицу, за прачку... Все равно смысл один - мало детей, значит, и часов меньше, и оплаты меньше. Оп-ти-ми-за-ци-я. Так говорят, заумно.
- Вот придумают же слов всяких, прости, Господи! Совестно напрямую сказать - сокращаем вас, вот и прикрываются умными словечками, как будто мы дураки тут.
Это тетя Света возмущается. Она возмущается не за себя даже - за внуков. Не станет школы, значит, не станет рядом и дочки Кати - уедет она с мужем и детьми в Архангельск, не сможет остаться в Лопшеньге, как бы ни хотела.
- Школу закроют - придется уезжать в город. Не хочется, совсем не хочется, но скоро придется... Не знаю только когда, сей год или следующий...
Катя грустно вздыхает. Она здесь родилась, выросла, вышла замуж, родила троих детей, живет. Весной этого года Андрей, старший сын Кати, окончил девятый класс и улетел в город - поступать в училище. Средний сынишка Костя идет в четвертый класс, ему до окончания девятилетки еще шесть лет остается. Ему точно не доведется выпускаться в Лопшеньге - школу здесь столько держать не станут.
- Понятное дело, что придется ехать в город - детям же нужно учиться: и Костику еще несколько лет, и Настеньке потом в школу идти... Не хотелось бы уезжать, ведь в деревне сильно легче растить детей, но без учебы их оставить тоже нельзя. Вот и получается, что переедем не потому что сами так захотели, а вынужденно...
Так не только у Кати, так у всех родителей, чьим детям еще несколько лет до окончания хотя бы средней школы остается. Так у учителей, которым еще несколько лет до пенсии доработать нужно, тоже придется переезжать, искать новое место. Так вообще у всех, чья работа в школе и на пришкольной территории: у кочегаров, у поварихи, у уборщиц... Школа - не только место получения знаний маленькими лопшарями, но и единственное место работы для добрых двух десятков человек. Для меня тоже, пока что тоже.
Я готовлю к сентябрю новый стенд школьного лесничества и ставлю на нем знак вопроса, напротив окончания года своей работы как руководителя. Я тоже, как и все наши педагоги, не знаю, когда там появится финальная цифра.
Но кое-что я все ж таки знаю. Я продолжу учить ребят. Сколько бы их ни осталось и сколько бы нам ни отвели на это времени - я продолжу. Таким школам, как наша Лопшеньгская, с маленьким количеством учеников - нам сложнее во многих задачах. Нам сложнее получить поддержку на что бы то ни было, потому что "ну вам же недолго осталось, доработайте с тем, что есть". Нам сложнее претендовать на получение каких бы то ни было грантов, потому что "ой, у вас детей совсем мало, если бы хотя бы человек пятьдесят было, мы бы могли, а так нет".
У нас нет пятидесяти детей. И сорока, и тридцати, и двадцати тоже нет. У нас есть вот эти вот наши: двое в садике, десять в школе. И сколько бы их ни было, мы продолжим учить, продолжим, пока нам дают продолжать.
За прошедший учебный год у меня раз пятнадцать разные люди спросили:
- Зачем тебе это? Поехала бы в другую деревню, где хоть детей побольше, зарплата получше... Вот какой смысл?!
Я не помню, что я им отвечала. Зато я хорошо помню, почему такой вопрос никогда мне самой не приходил в голову. Потому что этот разговор - он про детей, про настоящих реальных живых людей. Про Веронику, про Женю и Сашу, про Тимошу и Варю, про Андрея и Лизу, про Костю и Сашу, про Дашу, про Аллочку и Настеньку. Они живые, они живут. И каждый их день имеет смысл. И пока их дни проходят в Лопшеньге, они имеют полное право на все, что доступно детям в менее труднодоступных местах. Они имеют это право просто по факту своей жизни и не могут его лишиться из-за своего якобы небольшого количества на территории. И пока я здесь, я хочу всеми возможными способами давать им эти возможности, любые, до каких только смогу дотянуться.
Хочу, чтобы они выезжали куда-то. Хочу, чтобы у них была праздничная елка. Хочу, чтобы они получали новогодние подарки. Хочу, чтобы у них случались кинопоказы на большом экране. Хочу, чтобы они встречались с людьми из других мест и непривычных профессий, хотя бы онлайн. Хочу, чтобы они помогали развешивать таблички с именами своих родных на свои же дома к майским праздникам.
Не хочу, чтобы они чувствовали себя обделенными. Не хочу, чтобы они вздыхали по интересной жизни, которая где-то там далеко.
Хочу, чтобы они гордились местом, в котором они родились. Хочу, чтобы они чувствовали в нем свою силу. Хочу, чтобы они в него возвращались.
Я не знаю, сколько у меня получится. Никто не знает. Но все делают, и я тоже буду. Я не знаю, когда у всех этих ребят случится самый последний урок в Лопшеньгской школе. Но я знаю, что каждый педагог здесь до последнего будет делать свою работу. Это единственное, что мы все тут знаем. А боле нам и не нужно.
Евфросиния Капустина приехала в маленькую Лопшеньгу сама по себе. Но с 2020 года в России действует программа "Земский учитель". Это когда педагог переезжает в небольшой поселок или городок (с населением до 50 тысяч человек) и устраивается там в школу. Государство поддерживает такой выбор и платит учителю миллион рублей. А те, кто решится переехать на Дальний Восток, в ДНР, ЛНР, Запорожскую и Херсонскую области, получают по 2 миллиона рублей.
С 2020 по 2025 год в школах сел и малых городов по программе было трудоустроено почти 7 тысяч учителей. Больше всего среди них учителей родного и русского языка и литературы, и иностранного языка. На втором месте - преподаватели математики, алгебры, геометрии и информатики, на третьем - педагоги начальных классов. В тройке лидеров по числу участников - Сибирский, Приволжский и Дальневосточный федеральные округа.
В 2026-2028 годах по программе "Земский учитель" планируется замещение около 4 тысяч вакансий.
