Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

«Лицей»-2020 — проза. Голосование

Предлагаем читателям «Года Литературы» определить, кто из финалистов больше других достоин победы в нынешнем сезоне

Текст: ГодЛитературы.РФ
Фото: сайт премии

Уже 6 июня мы узнаем, кто же в этом году взойдет на лицейский пьедестал — но пока этого не случилось, предлагаем вам кое-какую интерактивность. Ниже вы найдете отрывки десяти текстов, пробившихся в финал «Лицея»; чтобы все авторы были в равных условиях, мы, не мудрствуя лукаво, выбрали «стартовые» кусочки, но ссылку на полный текст тоже оставили. Правила, ежели вы с нами, такие: читаем все десять отрывков, прислушиваемся к своему сердцу и голосуем за самого классного молодого писателя. Бюллетень вы найдете в конце страницы, но перенестись к нему можно и с помощью кнопки «голосовать», которая притаилась в конце каждого отрывка.

Анастасия Володина. Часть картины

Открывает глаза. Темные волосы, запорошенные ранним снегом, кажутся совсем седыми. Кажутся ли? Кто знает, что еще произошло за эту ночь?

Правый кулак сжимается и разжимается, а губы шевелятся, повторяя одно и то же:

Это все я.

Потряхивает: нельзя так долго сидеть на холодном! Упрямые инстинкты продираются даже под наушники, в которых оглушительно ревет музыка, перекрывая отчаянный треск и долетающую издалека истерику сирен.

Непослушно-озябшими руками вытаскивает из кармана пальто телефон и судорожно ищет так нужный сейчас номер. Слишком распространенное имя не упрощает задачу. Все же она справляется и набирает.

Кулак сжимается и разжимается: только держись!

— Вы сказали, можно позвонить вам, если случится что-то… что угодно. Вы не могли бы приехать за мной? Я кое-что натворила.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Алина Гатина. Нимфалиды

На то, чтобы мы стали людьми, нам отводилось три месяца.

На исходе мая мы грузимся в старый проржавелый пазик, похожий на буханку, и думаем о том, о чем и должны думать, — вот и лето.

В те несколько минут, пока наш завхоз, временно ставший водилой, свесившись из шоферского окна, о чем-то говорит с директором, завязывается потасовка — обычная незлая грызня за места впереди; потом в автобусе появляется заведующая, завхоз-водитель нажимает на кнопку, двери схлопываются, и мы катим. Заведующая еще пару раз гаркает для устрашения, обернувшись к нам вполоборота, и принимается за бумажки.

Стамеска бесцеремонно глядит в них через ее плечо. Он стоит так до тех пор, пока заведующая, подскочив на сиденье, не стукается головой о его подбородок.

— Чего тебе? — злится она.

— Читаю, — нахально парирует Стамеска, — не против?<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Сергей Кубрин. Мирный житель

Тюрьма его не исправила.

За шесть лет он лишь дважды нарушил порядок (курил в неположенном месте), но принципиально не подавал на условно—досрочное. Дома никто не ждал, а просить не любил. Не умел. Вот и просидел от звонка до звонка простым мужиком.

Во время сидки Шамиль сварганил, наверное, тысячу полицейских шапок и сколько-то парадных кителей. Руководство МВД заключило с дружественной ФСИН контракт, и теперь заключенные заботились о внешнем виде следователей и оперативников.

— Они нас садют, мы их надеваем, — возмущался то один, то другой.

«Садют», «надеваем», — бурчал Швей. Он много читал, прежде чем стал замечать безграмотность заключенных. Было дело, поправил одного блатного, но получил под дых. Хорошо, не в почки.

— Ты не воруй — садить не будут.

— А я, может, не ворую. Беру и забираю.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Илья Нагорнов. Небо хочет нас назад

— Если ты не против, я продолжаю. Пришла весна, майские…

— Майские?

— Да: флаги, жуки, и можно без шапки.

— Прости, в каком году?

— В любом.

— Флаги? Неужели красные?

— Не помню, красные, зеленые… Флаги, как флаги, так важно? Не сбивай, пожалуйста. Говорю: весна, май, и жарко так, что все удивляются. Неделю назад удивлялись, как холодно, будто в первый раз. В общем, весна та…

— Последнее, в какой стране?

— В любой!

— Извини и продолжай, пожалуйста.

— Так, весна, жуки… Да, жуков курткой хлоп — как орехи падают. Мальчишки кричат про какие-то мессершмитты, а нам — жуки как жуки, хотят нежных листочков. С черными усами — цыган, с коричневыми — русский. Это тоже мальчишки придумали, мы бы никогда. Цыгана я, кстати, ни разу не видела, одни русские. Полный коробок, скребут и нехорошо пахнут, если забыть. А подложишь березового салата, протянут подольше. Выпустишь — без желания к жизни волочатся, крылья из-под хитина выпростались. Грустно, не жильцы, а ведь сама в коробок-то, сама.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Вера Богданова. Павел Чжан и прочие речные твари

Одним пасмурным мартовским утром Павел Чжан спешил через Москву. Он не опаздывал, нет, но что-то внутри него подпрыгивало в нетерпении, раззадоривало ехать быстрее, чтобы оказаться на месте раньше назначенного срока. Чтобы поздороваться, выпить стакан воды, прочесть утреннюю почту, занять место в первом ряду, откуда будет хорошо его, Павла, видно, когда он встанет, благодаря за оказанную честь. Обычно от внимания аудитории ему становилось не по себе, но сегодня он хотел видеть удивление на лицах и слышать шепотки.

Сегодня можно. Сегодня он наконец получит то, что заслужил, как лучший из лучших, как фанат своего дела, и все увидят его в новом свете. Теперь не просто Павла — Павла Шэнюановича, и плевать, что это непроизносимо.

С неделю назад Павел очень удачно завершил проект — несколько месяцев плохого сна, переработок, заварной лапши вместо обеда, вдохновения и следовавшей за ним апатии. Заказчик был крупным, проблемным, но тем не менее остался доволен сроками и созданным модулем шифрования. После Виктор Михайлович позвал Павла в курилку и прямо там, в густом дыму, оставшемся после делегации китайцев, предложил вести другой проект, уже государственного масштаба. Очень важный, совместный с Китаем, пока без подробностей, потянешь ли? Гостендер Павлу, под его ответственность, — конечно, он потянет, вопроса даже не стояло.

Павел не мог упустить такой шанс.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Аурен Хабичев. Панический блог

Плохи мои дела. Уже во второй раз теряю начало своего романа. Ранее мной было написано два вордовских листа замечательного, израненного текста. Очень искреннего. Куда делись — неясно. Я писал про маму. Я не сплю уже третьи сутки.

Раз в неделю, а то и чаще, иногда реже, я просыпаюсь среди ночи с криками:

— Мама, мама!!

Но мама еще жива. Просто лет десять как она превратилась в тень самой себя. Проклятый Альцгеймер. Сейчас он у всех. Даже у молодых. Наша врач, Елена Пономарева из Центра изучения болезни Альцгеймера НИИ Психиатрии говорила, что у них есть 25-летние пациенты. Обезуметь в 25 лет, представляете? А мама моя обезумела в пятьдесят с небольшим.

Бедная мама. Знала бы она, что я пишу, что она «обезумела». Всю жизнь именно этого она и боялась — обезуметь. Почему почти обезумел в связи с ее болезнью я, непонятно. Маму мы кормим, моем, кормим лекарствами, выгуливаем, как домашнего питомца, по улицам.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Екатерина Какурина. Маркетолог от Бога

Вообще, я не думала менять работу. Мне нравилось работать дома, вставать без пяти десять утра. Включать компьютер, причёсываться одной рукой, а другой застёгивать все пуговицы на белой рубашке и так садиться за стол: сверху выглаженная рубашка, снизу — розовые пижамные шорты в белый горошек. Так я выходила в скайп на связь с директором и с серьезным лицом обсуждала задачи на день. Мне нравилось оформлять по телефону сделки на двести тысяч, сидя на кухне в носках и трусах. И завтракать с одиннадцати до двенадцати мне тоже нравилось. И потягиваться полчаса. Красить глаза по часу каждый, а потом набрасывать одежду и бежать на склад. Направлять движением руки в зону отгрузки огромные фуры, набитые мебелью, и командовать грузчиками. Я считала на тот момент, что жизнь удалась. На работе меня любили, потому что я ни разу не назвала клиента лохом и не послала в пень. Учитывая уровень сервиса наших конкурентов — других интернет-магазинов — этого было достаточно. И всё было хорошо. Но.

— Знаешь, что я думаю? — спросила Соня.

Я не знала.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Ринат Газизов. Отправление

— Мне пришло извещение: посылка готова к выдаче.

— Так-с… По базе нету.

— Проверьте, посылка покинула сортировочную двенадцатого числа (я слежу по трек-коду), а в это отделение доставлена вчера.

— По базе нету.

— Проверьте, пожалуйста.

— Молодой человек, не задерживайте очередь, по базе нету.

Редкие дни мы называем особенными.

Недостаточно выделить их в календаре иным цветом по праздничным обстоятельствам. Отметить очередной взятой высотой, будь то продвижение по службе, свадьба, увеличение семьи. Нет, нам думается, особенный день — тот, что поражает спонтанной соразмерностью. Обстоятельств внешних — состоянию внутреннему. Когда ровен отклик мира на каждое твоё действие, и, значит, благое найдёт благой ответ, а дурное — дурной. Когда независимость, упорство твоего духа укрощают шумные и срамные сборища. Разум умножает разум, а сердце зажигает сердце.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Борис Пономарёв. Тринадцать месяцев

Губернатора Калининградской области арестовали в день весеннего равноденствия, двадцатого марта 2028 года. В этом ощущалось нечто от языческих жертвоприношений древности, когда земледельческие народы по-своему отмечали прохождение солнца через небесный экватор.

Саша ещё не проснулся, потому что встать с кровати, умыться, покормить кошку и заварить утренний чай с лимоном – ещё не означает проснуться. Звонок мобильного телефона раздался в тот момент, когда Саша стоял перед холодильником и тщетно хотел понять: для чего же он открыл этим утром белую дверцу с магнитиками? Что он пытается обнаружить там, внутри?

– Чинарина взяли, – сообщил Саше главный редактор Антон. – Арестовали полчаса назад. Через двадцать минут нужно быть у Следственного управления. Успеешь добраться? Адрес знаешь?

– Да… То есть, нет. Куда ехать?<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

Татьяна Шевченко. Богова делянка

За окнами стояло глухое белое марево, в котором утоп привычный вид на городское кладбище. Я открыл окно и высунулся по пояс наружу. Вблизи туман выглядел совсем иначе: не чистый лист, а клоки смерти, вмешавшиеся во время и пространство. Я сделал вдох, и эти клоки устремились в лёгкие, заполняя их запахом болота.

Из-за приступки за окном показалась птичья голова. Голубь тянул шею и подслеповато таращил на меня встревоженный глаз. Я сказал ему:

— Я тебя вижу, подлец.

Голубь с гуканьем расправил крылья, снялся с места и уселся на карниз по правую руку от меня. Белый, как символ мира.

— Ты б тут не рассиживался. Соседи жалуются, что ты всё обосрал.

Голубь на миг прикрыл глаза прозрачной плёнкой век.<…>

Читать полностью на сайте премии

голосовать

* Голосовать

 

29.05.2020

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Премия «Лицей»›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ