Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

«Год литературы должен продолжаться 15 лет»

Своим опытом и соображениями делится Евгений Антоненков — один из наиболее востребованных и узнаваемых российских художников-иллюстраторов

Текст и фото: Ирина Варламова/РГ, Ростов-на-Дону, для «Года литературы»

Почему художники стали рисовать не сказки, а ужастики, а созданный ими мир порой — откровенная халтура? Об этом корреспондент «ГодаЛитературы» побеседовал на Чеховском книжном фестивале с известным художником-иллюстратором Евгением Антоненковым.

Художник Евгений Антоненков На фестивале в Таганроге, я, увы, не смогла подобрать ни одной хорошо оформленной детской книги. Издания яркие, пестрые и… одинаковые. Хотя в России всегда была отличная школа художников-иллюстраторов. Почему нет выбора?

Евгений Антоненков:  Продать книжку сейчас достаточно сложно. Резко упали тиражи. Семь лет назад напечатать 10 тысяч экземпляров — это считалось хорошо, сейчас речь идет о пяти, трех тысячах и сейчас на первом плане не воспитание вкуса, а экономика. Дешевые краски, дешевые художники… Чтобы не ошибиться печатают проверенную классику — Пушкин, Маршак, Чуковский, сказки Андерсена… Но и Пушкина можно так проиллюстрировать, что без слез не взглянешь. Подход к оформлению детской книги очень упростился. Рисуют, что для трехлетнего, что для 15-летнего, — одинаково. А когда нет выбора, покупают то, что есть. Ребенок растет с такой литературой. Какой у него вырабатывается вкус? Дурной.

Художник Евгений АнтоненковВы успешно сотрудничаете с зарубежными издателями. Чем их подход к иллюстративному ряду отличается от требований к художнику отечественных «книжников»?

Евгений Антоненков: Хорошие западные издательства очень подробно и грамотно расписывают макет книги. Это, с одной стороны, хорошо, с другой — плохо. Все зависит от степени свободы, которую предоставляет издатель. Я, например, не смог проиллюстрировать сказку Андерсена «Стойкий оловянный солдатик» по заказу одного канадского издательства. К техническому заданию они подошли очень дотошно — расписали все страницы с точным указанием, где, в каком углу и что должно быть нарисовано. Как в армии. Я промучился и отказался. В чем прелесть иллюстрирования? Перед тобой белое пространство и можно подобрать свою стилистику. Однажды была сложность с издательством из Японии. В той книге я иллюстрировал историю, которую сам сочинил. Это было условие издателя. Мне предложили придумать персонаж, который бы понравился детям. Я описал приключения ослика, у которого была мечта — научиться летать. Я иллюстрировал русский текст, а потом его перевели, и картинки перестали гармонировать с иероглифами.

В крупных издательствах выпуск книг поставлен на поток. Перед художником на выполнение иллюстраций ставятся жесткие сроки, но рисование — процесс неспешный, необходимо внимательно прочитать текст. Книжку надо облизать, выстрадать. А когда идет стандартизация процесса — начинается халтура. По картинкам сразу видно: этот художник текст читал невнимательно.

Как вы это определяете?
Художник Евгений Антоненков
Евгений Антоненков: Например, в описании сказано, что герой одет в красную кофту, а на картинке он в зеленой. Или где-то промелькнуло всего одно предложение: дед встряхнул бородой. И все больше про нее ни слова. А художник, читающий по диагонали, этого высказывания может не заметить и нарисует деда без бороды. А ребенок увидит несоответствие. Это я по своему опыту знаю. Читаю в отзывах, что с лупой мои рисунки рассматривают. Так что халтурить нельзя.

Художник Беломлинский, иллюстрировавший книгу «Туда и обратно» для издательства «Детская литература», хоббита Бильбо Беггинса срисовал со своего любимого актера Евгения Леонова. А вы как работаете над образом?

Евгений Антоненков: Я долго не мог придумать царя Додона в «Сказке о золотом петушке». На мой взгляд, это одна из самых мистических сказок. Ее надо читать очень внимательно, пережевывая. И вдруг на рынке увидел мрачного человека — борода лопатой и нос крючком. То, что мне нужно! Образ Гвидона из «Сказки о царе Салтане» я угадал в случайном прохожем. Это был субтильный юноша с белыми прямыми волосами, тонким длинным носом. Вспомните, ведь Гвидон достаточно безволен — ходит грустный к морю и выпрашивает у царевны-лебеди то 33 богатыря, то белку с золотыми орехами и т. д. Когда образ придумываешь из головы, он получается не слишком живым. Поэтому моя формула — реальность плюс фантазия.

Какую литературу иллюстрировать проще, а какую труднее?
Художник Евгений Антоненков
Евгений Антоненков: Проще придумывать рисунки к литературе описательной. Например, у Корнея Чуковского все очень конкретно. Сложно было работать над иллюстрациями к книге Сергея Козлова «Ежик и медвежонок». Там нет действия. Ежик все время сидит, он ежик-философ. Здесь надо было показать душу персонажа.

Приходилось ли вам иллюстрировать книгу, которая вам категорически не нравилась?

Евгений Антоненков: Мне везло в этом отношении. Я иллюстрировал классику. Хотя сейчас появилось немало интересных российских авторов, с которыми я бы с удовольствием сотрудничал. Другое дело, что издатели, которые очень сильно зависят от конъюнктуры рынка, не хотят рисковать. Делают ставку на проверенных, топовых поэтов и писателей. Иногда авторы сами ищут спонсоров на издание своей книги. У меня однажды был такой заказ. Сказка была плохая, к тому же спонсор поставил условие — принцесса должна быть похожа на его дочь. А у меня персонажи, как правило, острохарактерные. Даже принцессы. Красивых героев мне рисовать неинтересно и скучно. В общем, от греха подальше отказался от заказа.
Художник Евгений Антоненков
Сейчас в детской индустрии активно эксплуатируется тема смерти. В мультиках — монстры, в магазинах — куклы в гробах. Детей просят нарисовать любимых героев, и они изображают мертвецов на кладбище. По-вашему, это нормально?

Евгений Антоненков: Во многих сказках присутствует тема смерти. Вспомните, «Сказку о мертвой царевне», сказки Андерсена. Но, как правило, все заканчивается хорошо. Ребенок иначе относится к смерти, более спокойно. Эта тема его увлекает. Плохо, когда на этом спекулируют, переходят тонкую грань, делают это неталантливо, и сказка превращается в ужастик. Мне кажется, что в огромном информационном потоке, свалившемся сегодня на ребенка, отделить зерна от плевел способна только семья.

2015 год объявлен Годом литературы. На ваш взгляд, такие масштабные культурные проекты способны что-то перевернуть в душах людей?

Евгений Антоненков: Для этого Год литературы должен быть растянут во времени. Продолжаться лет 15. А то все идет как по разнарядке. Это как с 8 Марта — в этот день надо дарить женщинам цветы, или только 1 июня — День защиты детей.
Художник Евгений Антоненков

СПРАВКА
Евгений Антоненков сотрудничает с издательствами Германии, Франции, Бельгии, США, Кореи, Японии, постоянный участник престижных международных выставок, в том числе биеннале иллюстрации в Братиславе, Словакии (BIB 1999, 2000, 2005, 2011) и биеннале европейской иллюстрации в Японии (BEIJ 2000 и 2001), лауреат конкурса «Белая Ворона» (Болонья, 2004), обладатель диплома «Книга года» (2008).

Иллюстрации к сказке Уильяма Теккерея «Кольцо и роза» были отобраны для участия во всемирной выставке иллюстраторов детской книги в Болонье (2002 год). Иллюстрации к книге «Двигайте ушами» Юнны Мориц были номинированы на премию Болонья Ragazzi Awards. В 2009 и 2010 году Евгений Антоненков номинирован на международную премию Астрид Линдгрен.

Ссылка по теме:
«Память. Леонид Викторович Владимирский»

22.05.2015

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ