Текст: Ольга Лапенкова
Что делает современный человек, который родился где-нибудь в глубинке в самой обыкновенной семье, где живут от зарплаты до зарплаты? Либо смиряется с этой ситуацией — либо, наоборот, начинает делать всё, чтобы выбраться. Если это подросток, то старается хорошо учиться, чтобы после школы поступить хотя бы в колледж, — а в идеале, конечно, в институт. Если это взрослый человек, то устраивается на работу — и пусть она будет трудной, физически тяжёлой, где-нибудь на вахте, с немилосердным графиком, зато так можно будет накопить денег. А дальше — снять жильё в крупном городе, или открыть свой бизнес, или получить образование в хорошей сфере, или, или, или…
Вариантов, которые доступны современному человеку, — масса, причём не только оптимистичных, но и печальных. Конечно, в жизни бывает всякое, и кто-то под гнётом обстоятельств не справляется с новыми обязанностями, а мечта о лучшей жизни так и остаётся мечтой. И всё-таки людей, добившихся успеха вопреки обстоятельствам, в наши дни на порядок больше, чем когда-либо в мировой истории.
Чтобы снизить градус абстракции, обратимся к статистике. По данным Минобрнауки, в России сейчас открыто более 1200 вузов, и на 2026/27 учебный год в них выделено 620 500 тыс. бюджетных мест, причём больше 70% из них — в регионах за пределами столицы. При этом ребят, которые выпустились из 11 класса, во всей России в 2026-м году было около 700 000.
Значит ли это, что почти каждый поступил на бюджет? Нет, потому что ещё около миллиона ребят выпустились из колледжей — и многие тоже решили поступить в вуз. Наконец, не стоит забывать и про выпускников прошлых лет, которые не прошли в вуз, взяли gap year, пересдали ЕГЭ и снова пошли штурмовать приёмные комиссии. И всё-таки приведённая статистика доказывает: получение высшего образования не является чем-то недостижимым (при том, что кому-то, чтобы устроиться на работу, вполне хватает и среднего).
В XVIII веке — 300 лет назад — всё складывалось совсем иначе. Учебных заведений было очень мало, вариантов заработка — тоже, поэтому чаще всего человек рождался, вырастал, трудился и умирал в одном и том же месте. В общем, он жил так же, как жили его отец, дед, прадед… Но Михаилу Васильевичу Ломоносову (1711-1765), сыну самого обыкновенного крестьянина из Архангельской области, удалось разорвать эту цепь — и теперь его имя знают миллионы.
Сословная система
Мы уже говорили о том, что современные школьники зачастую не понимают, насколько обстановка в Российской Империи отличалась от нынешней. В современном обществе все люди имеют равные права и обязанности перед законом. А вот в XVIII и XIX вв. общество в России делилось на такие сословия, как:
- •дворянство;
- •купечество;
- •мещанство;
- •крестьянство;
- •духовенство.
Дворянство (~1–2% населения) было единственным сословием, которому разрешалось иметь крепостных. Увы, всего триста лет назад крестьяне — то есть простые труженики, которые занимались сельским хозяйством и ремёслами — были крепостными, то есть «закрепощёнными»: закреплёнными за каким-либо человеком и его поместьем. Если выражаться ещё проще, дворяне владели другими людьми как имуществом.
Крепостные трудились ради помещиков, засевая принадлежащие дворянам поля, разводя живность, собирая урожай, строя и ремонтируя сооружения, а в «свободное» время занимались тем же самым на собственных землях. (Впрочем, собственности как таковой у крестьян тоже не было: юридически всё имущество крестьян — дома, огороды, амбары и т.д. — считалось дворянским.) Принудительный труд назывался барщиной, то есть работой на барина. Некоторые помещики «разрешали» крепостным заниматься только своими делами, но взамен крестьяне должны были уплачивать хозяину какую-либо сумму, и чаще всего немаленькую. Эта повинность называлась оброком, и она была для крестьян легче, чем барщина, что подтверждают строки из романа «Евгений Онегин»:
- Ярем он барщины старинной
- Оброком легким заменил;
- И раб судьбу благословил.
Примечание. «Ярмо» — это «ноша», «тяжесть». Изначально это слово обозначало деревянный хомут, который надевали на животных, чаще всего — на волов, чтобы они пахали поле и никуда не разбегались. Штука эта, разумеется, была жутко неудобная, поэтому слово быстро стало использоваться в переносном значении. А потом исчезло из языка, потому что волов для сельскохозяйственных работ, по крайней мере в России, не используют уже давным-давно.
Неудивительно, что дворяне, у которых не было необходимости работать (по крайней мере — настолько усердно), имели и время, и средства для того, чтобы получать образование, заниматься науками, искусствами и ещё тысячами интересных дел. Кто-то распоряжался досугом с умом, а кто-то предавался развлечениям. Причём были такие люди — но, конечно, только из числа мужчин, — кто проводил в праздности всю жизнь. Но если помещик всё-таки заводил семью, за своих детей он мог быть спокоен: дворянство в большинстве случаев передавалось по наследству.
Ещё одно примечание. В ряде случаев дворянство было не потомственным, а личным, то есть НЕ передающимся по наследству. Однако в XVII веке большинство дворян, рождённых в законном браке, всё-таки имело право наследовать привилегии, которыми обладали их предки.
Казалось бы, при наличии множества свободных рук о деньгах можно было даже не задумываться. Но на самом деле далеко не все дворяне были богатыми. Более того, очень и очень многие помещики жили в долгах — потому что не жалели денег, чтобы произвести впечатление на окружающих и устроить, например, роскошный бал. Кто-то в итоге разорялся, а кто-то поправлял положение, выходя на службу или женясь на дочери богатых родителей.
Купечество (~1% населения) было престижной, но менее привилегированной прослойкой общества. С одной стороны, представители этого сословия чаще всего располагали немалыми средствами: даже купец третьей гильдии, то есть самый «бедный» по меркам XVIII века, должен был иметь капитал в размере 500 рублей, а в наших реалиях это примерно миллион. С другой стороны, ни один купец не имел права приобретать крепостных. Во времена правления Петра I был небольшой период, когда купцам разрешалось покупать деревни, — но даже тогда живущие там люди закреплялись не за человеком, а за предприятием. (Купцы, как это и следует из названия сословия, занимались в основном всем, что связано с производством, распространением и куплей-продажей товаров.)
Ещё ниже купечества на социальной лестнице располагалось мещанство (~4% населения) — сословие свободных, но не особенно богатых людей. Мещане имели право сами выбирать, где им жить и на кого работать. Но, в отличие от купцов, они платили больше налогов, а также были обязаны служить в армии. Кроме того, по отношению к провинившимся мещанам могли применить телесные наказания, а в случае с дворянами и купцами об этом не могло идти и речи.
Наконец, крестьянство (~90% населения) было самым многочисленным сословием. Эти люди, в большинстве своём малограмотные, проводили жизнь, занимаясь тяжёлой работой. Некоторые крестьяне, которые особенно хорошо себя зарекомендовали на службе у барина, получали вольную — документ, который освобождал их от всех повинностей. Ещё можно было накопить много денег и у барина выкупиться. Но даже в таком случае гарантий не было — всё зависело от щедрости помещика, а расставаться с работниками, особенно очень хорошими, хотели немногие. Кстати, многие крестьяне принадлежали не какому-либо барину, а самому государству. И хотя таким крестьянам было позволено несколько больше (вплоть до открытия собственного бизнеса), в их случае вырваться на волю тоже было очень-сложно, а потерять эту волю — легко: порой государственных крестьян по воле властей дарили помещикам.
Помимо перечисленных выше сословий, существовало ещё духовенство (священники и монахи, ~тоже 1% населения) — они в основном были выходцами из крестьянской среды. А ещё совершенно особенный жизненный уклад был у казаков (~1% населения). Казаки, жившие на юге России и на Урале, были народом, уклад которых подходил под определение «государство внутри государства». Эти люди держались особняком, и государство позволяло им жить в соответствии с их традициями и обычаями. Впрочем, казаки не были абсолютно свободны: они должны были участвовать во всех военных конфликтах, куда бы их ни призвали, и несли ряд других повинностей.
Читатель уже понял, что перейти из одного сословия в другое в XVIII веке было невероятно трудно. Кроме того, жизнь, которая ждала новоиспечённых мещан, чаще всего была не легче, чем раньше.
Если крестьянину нужно было совершить настоящий подвиг, чтобы выбиться в мещанство, то что говорить о других сословиях? «Перепрыгнуть» из крестьянства в купечество считалось практически чудом. А уж крестьян, ставших дворянами, в Российской Империи были единицы. М.В. Ломоносов оказался одним из них.
Ломоносов, сын Ломоносова
Будущий великий учёный и писатель, Михаил Васильевич родился в 1711 году в Архангельской области. Он был сыном крестьянина Василия Дорофеевича, который — по деревенским меркам — считался достаточно зажиточным человеком. Несмотря на это, Ломоносов-старший был практически неграмотен. А ещё, не имея возможности нанимать рабочих, он день за днём — и зимой, и летом — сам отправлялся на промысел, чтобы наловить рыбы на продажу. Учитывая, что Белое море каждый год на протяжении шести-семи месяцев покрыто льдом, можно представить, с какими опасностями приходилось сталкиваться отцу и сыну, как усердно им нужно было трудиться.
Будущий писатель помогал отцу в этом нелёгком деле с десятилетнего возраста — и при этом успевал учиться. К счастью для всей отечественной науки и для самого Ломоносова, священник, служивший в ближайшей к их дому церкви, оказался человеком не просто грамотным человеком, но и талантливым педагогом. Под его наставничеством Михаил Васильевич выучил грамматику и арифметику. Однако спокойно учиться у Ломоносова не получалось. Помимо тяжёлого труда рука об руку с отцом, будущего классика отвлекали скандалы с мачехой, которая высмеивала пасынка за любовь к книгам.
Обстановка в семье стала невыносимой в 1730 г., когда будущий классик вырос настолько, что отец нашёл ему невесту и уже назначил дату свадьбы. Этого Ломоносов не выдержал: он сначала притворился больным, чтобы не идти под венец, а потом сбежал из дома. Он примкнул к рыбному обозу, который шёл в Москву. Затем он подделал документы, выдал себя за дворянского (а как же ещё!) сына — и благополучно поступил в Славяно-греко-латинскую академию. Как одного из самых старательных учеников, Ломоносова отправили учиться в Киев, потом в Санкт-Петербург, а потом — в Германию. И, хотя в какой-то момент обман раскрылся, способного юношу решили не отчислять.
Долго ли, коротко ли, с — в 1745 году Михаил Васильевич стал профессором… и получил дворянский титул. На то, чтобы перейти из крестьян в дворяне, Ломоносову пришлось потратить «всего» двадцать пять лет. И добился он этого исключительно собственным умом и прилежанием.
Став представителем самого привилегированного сословия, Ломоносов уже не скрывал, что происходит из крестьянской семьи. Наоборот, он гордился тем, какой путь прошёл. Не случайно, прочитав сочинения древнеримского поэта Горация и решив кое-что оттуда перевести, он остановился на этом стихотворении:
- Я знак бессмертия себе воздвигнул
- Превыше пирамид и крепче меди,
- Что бурный Аквилон сотреть не может,
- Ни множество веков, ни едка древность.
- Не вовсе я умру, но смерть оставит
- Велику часть мою, как жизнь скончаю.
- Я буду возрастать повсюду славой,
- Пока великий Рим владеет светом.
- Где быстрыми шумит струями Авфид,
- Где Давнус царствовал в простом народе,
- Отечество мое молчать не будет,
- Что мне беззнатной род препятством не был,
- Чтоб внесть в Италию стихи эольски
- И перьвому звенеть Алцейской лирой.
- Взгордися праведной заслугой, муза,
- И увенчай главу Дельфийским лавром.
Вообще-то это стихотворение Гораций писал про самого себя. Про то, что у себя на родине он тоже был не особо знатным — но всё-таки смог выучиться и стать признанным поэтом. (И именно поэтому в стихотворении так много непонятных слов: все они описывают реалии Древнего Рима.) Но наверняка Ломоносов, впервые читавший этот текст в оригинале, подумал: «Ага! Вот кто меня по-настоящему понимает!» И, скорее всего, именно поэтому Михаил Васильевич и перевёл именно эту оду — хотя вообще-то у Горация их очень много.
Итак, реалии XVIII века были намного более суровыми, чем нынешние. И всё-таки даже в Российской Империи с её системой сословий оставалось место чуду — возможности начать совершенно другую, интересную, насыщенную, роскошную жизнь. Впрочем, можно ли назвать произошедшее чудом, если герой этой истории, с одной стороны, был от природы наделён удивительными способностями, а с другой — неустанно трудился десятки лет?
Бонус: крестьяне, чьи имена навсегда вошли в историю России
Н. Д. Демидов (1656 -1725). Сын тульского кузнеца. Рано остался сиротой и, чтобы прокормить себя, начал торговать железом, а затем обнаружил в себе талант оружейника. Случайно встретился с Петром I, который обратил внимание на способности молодого человека и, согласно одной из версий, заказал ему 300 ружей. Впоследствии Демидов получил в своё распоряжение целый завод, добился невероятной производительности и за эти заслуги получил дворянский титул. Сыновья Демидова продолжили дело отца.
А.Н. Воронихин (1759 – 1814). Родился в Казанской губернии в семье грамотного крепостного крестьянина. В юности учился в иконописной мастерской. Помещик, владевший всей семьёй Воронихиных, обратил внимание на художественный талант молодого человека и отправил его учиться в Москву. Воронихин реставрировал фрески в Троице-Сергиевой лавре, а спустя много лет именно по его проекту был возведён Казанский собор — одна из главных достопримечательностей Санкт-Петербурга.
М.С. Щепкин (1788–1863). В семилетнем возрасте увидел спектакль, который поставили в крепостном театре, и страстно захотел стать актёром. Помещик отпустил Щепкина учиться в Курск, и в 13 лет крепостной стал суфлёром, а в 17 лет исполнил первую роль в «настоящем» театре. Невероятно талантливый и трудолюбивый, Щепкин стал популярным актёром, и благодарные зрители собрали 10 000 рублей, чтобы выкупить его у помещика.
Л.П. Никулина-Косицкая (1827–1868). Росла в многодетной крестьянской семье и постоянно сталкивалась с жестокостью. И родители, и помещики ужасно обращались с девушкой, но она не сломалась, потому что мечтала стать актрисой. Отец, благодаря упорному труду сумевший выкупить у помещика самого себя и всю семью, осудил решение дочери. Однако Косицкая совершила немыслимый по меркам того времени поступок: она ушла из дома и поступила в Московское театральное училище. Впоследствии она стала играть в Малом театре и стала музой А.Н. Островского.
О.И. Комиссаров-Костромской (1838 – 1892). Выходец из Костромской губернии, занимавшийся изготовлением головных уборов. После отмены крепостного права перебрался в Петербург и в 1866 г. случайно оказался рядом с человеком, который покушался на жизнь Александра II. Увидев, что нападающий достал пистолет, Комиссаров оттолкнул его руку и тем самым спас императора. В тот же день ремесленника пригласили в Зимний дворец, где ему пожаловали дворянство. Таким образом, Комиссаров проделал путь от крестьянина до дворянина меньше чем за сутки.
Список использованных источников
- В.И. Федорченко. Сословия, государственная служба и органы управления Российской империи.
- Е.Н. Лебедев. Жизнь замечательных людей. Ломоносов.
- М.Ковынёва. Правда ли, что среди людей искусства были крепостные?