САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

Андрей Вознесенский об Эрнсте Неизвестном

«Неизвестный — реквием в двух шагах, с эпилогом»

Фото: Александр Невежин, 01.12.1961/РИА Новости, ria.ru

И. Вирабов. Из истории стихотворения, посвященного подвигу Неизвестного

Неизвестный - реквием в двух шагах, с эпилогом

Памяти лейтенанта Советской армии

Эрнста Неизвестного, павшего

в атаке 2-го Украинского фронта

Лейтенант Неизвестный Эрнст.

На тысячи верст кругом

равнину утюжит смерть

огненным утюгом.

В атаку взвод не поднять,

но сверху в радиосеть:

"В атаке - зовут - твою мать!"

И Эрнст отвечает: "Есть".

Но взводик твой землю ест.

Он доблестно недвижим.

Лейтенант Неизвестный Эрнст

идет

наступать

один!

И смерть говорит: "Прочь!

Ты же один, как перст.

Против кого ты прешь?

Против громады, Эрнст!

Против -

четырехмиллионнопятьсотсорокасемитысяячвосемь-

сотдвадцатитрехквадратнокилометрового чудища

против, -

против армии, флота,

и угарного сброда,

против -

культургервышибал,

против национал-социализма,

- против!

Против глобальных зверств.

Ты уже мертв, сопляк?..

"Еще бы", - решает Эрнст

И делает

Первый шаг!

И Жизнь говорит: "Эрик,

живые нужны живым.

Качнется сирень по скверам

уж не тебе - им,

не будет -

1945, 1949, 1956, 1963 - не будет,

и только формула убитого человечества станет -

3 823 568 004 + 1,

и ты не поступишь в Университет,

и не перейдушь на скульптурный,

и никогда не поймешь, что горячий гипс пахнет

как парное молоко,

не будет мастерской на Сретенке, которая запирается

на проволочку,

не будет выставки в Манеже,

и 14 апреля 1964 года не забежит Динка и не положит на

гипсовую модель мизинца с облупившимся маникюром,

и она не вырвется, не убежит

и не прибежит назавтра утром, и опять не убежит,

и совсем не прибежит,

не будет ни Динки, ни Космонавта (вернее, будут, но не

для тебя, а для белесого Митьки Филина, который не

вылез тогда из окопа),

а для тебя никогда, ничего -

не!

не!

не!..

Лишь мама сползет у двери

с конвертом, в котором смерть,

ты понимаешь, Эрик?!

"Еще бы", - думает Эрнст.

Но выше Жизни и Смерти,

пронзающее, как свет,

нас требует что-то третье, -

чем выделен человек.

Животные жизнь берут.

Лишь люди жизнь отдают.

Тревожаще и прожекторно,

в отличие от зверей, -

способность к самопожертвованию

единстенна у людей.

Единственная Россия,

единственная моя,

единственное спасибо,

что ты избрала меня.

Лейтенант Неизвестный Эрнст,

когда окружен бабьем,

как ихтиозавр нетрезв,

ты спишь за моим столом,

когда пижоны и паиньки

пищат, что ты слаб в гульбе,

я чувствую,

как памятник

ворочается в тебе.

Я голову обнажу

и вежливо им скажу:

"Конечно, вы свежевыбриты

и вкус вам не изменял.

Но были ли вы убиты

за родину наповал?"

1964

Ссылки по теме:

Фрагмент книги Игоря Вирабова об Андрее Вознесенском «Были — идеалы. Были — искренние принципы»

«Возвращение Набокова в СССР и другие писательские розыгрыши»

«Я убийца и злодей?» - о Пастернаке и Нобелевской премии