САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ МИНИСТЕРСТВА ЦИФРОВОГО РАЗВИТИЯ.

Кузьма Михеев. Все как всегда

Публикуем тексты, присланные на конкурс «Детектив Достоевский»

pixabay.com
pixabay.com

Пока мы отбираем шорт-лист нашего конкурса, мы решили опубликовать еще несколько самых ярких работ наших участников.

Текст: Кузьма Михеев

«Где я? Почему я здесь? Что я забыл на этом склоне? Грязь, две пары следов... Значит, кроме меня был ещë кто-то? Но зачем я пришëл сюда? Мы подошли к обрыву, а вернулся только я... Значит... я кого-то убил? Наверное, это так. Наверное, скинул его без проблем, скорее всего, напал неожиданно. Но кто это был?»

Я начал ощупывать карманы в поисках блокнота. Как только я его нашëл, начал читать записи:

«Всë как всегда.

Всë как всегда.

Познакомился с человеком – кудрявые, рыжие волосы, родинка над правой бровью, зелëные глаза, рост – 176, худой, Никита, отношения доверительные, но не перегибать палку, не любит, когда разговор заходит о его личной жизни. Помимо этого – всë как всегда.

Всë как всегда.

Всë как всегда.

Всë как всегда.

Нужно убить высокого, в меру упитанного, бородатого, со светлыми волосами и синими глазами человека – любит говорить о себе, высокомерный (ты поймëшь, о ком я говорю, когда встретишь его).

Сбросил его с обрыва, людей поблизости не было, спустись и проверь труп. Приехали сюда на машине (вдвоëм), она находится на севере, компас в правом кармане».

Теперь я знал, что всë в порядке.

Спуск был довольно простым – гора была будто предназначена для того, чтобы по ней ходили. «Стоит ли мне бежать с места преступления, или оставить это дело следующему? Если же бежать мне не нужно, то как убить время?»

А вот я уже и подхожу к...

«Что это? Это лицо! Помню эти глаза, волосы...». Ноги не устояли, колени воткнулись в камни… Невероятно! Я так мало помнил о своей прошлой жизни, которая была двадцать минут назад, но это... Я не помню, кто это, не знаю, как его зовут и как мы связаны, но чувствую холод, ненависть и злобу на это существо. Неужели ненависть к нему так вбилась в моë подсознание? Думая об этом, я не заметил, как на моë лицо наползла улыбка. Я радовался тому, что незнакомое мне тело лежит на камнях в луже крови.

«Неудивительно, что я решил его убить. Мне нужна лишь спокойная, тихая жизнь. Я не стремился к успеху, не желал любви, не завидовал другим – моей целью было просто передать эстафету следующему. Но этот человек, он... портил моë существование... каждый раз... на протяжении долгих лет он... пытал меня? Кто он?»

Я сел на камни и начал всматриваться в его лицо, я не знал, что мне делать дальше. По какой-то причине, мне стало интересно, как так оказалось, что мы пришли сюда, зная, что ни капли не нравимся друг другу. Где мы с ним познакомились? Почему продолжали общаться?

Я всегда крепил самые важные листы с записями в начало блокнота, но даже там об этом человеке ничего не говорилось. Я рассмотрел его одежду, тело, но у него не было ни татуировок, ни наколок – ничего, что мне хоть немного бы помогло. Рядом не было рюкзака или сумки, а содержимое карманов – фантики и немного мелочи. Где-то должны были быть его права, паспорт – хоть что-то, что раскрыло бы его личность. Но времени оставалось очень мало, я не мог бежать к машине, что же делать? Хотя... Мне всë равно нужно избавиться от тела, почему бы мне не сжечь его?

Я пошëл к машине, но, не пройдя и двухсот метров, увидел канистру с бензином – это упрощало задачу. Но неужели прошлый я вместе с тем, кто лежит мëртвым, взяли еë с собой? Зачем? Или же я был здесь после того, как совершил убийство? На обратном пути я не переставал размышлять на эту тему.

«Очень странно. Как она оказалась здесь? Наверно, я продумывал всë на несколько шагов вперëд, поэтому притащил еë туда – просто, чтобы облегчить себе задачу в будущем.

Придя к трупу и надев резиновые перчатки (они были рядом с канистрой), я начал поливать его бензином. Меня всë ещë не покидало волнение… Почему? Может быть, есть кто-то третий? Или же я убил не того?

«Секундочку... А если я убил не того, кого нужно было?»

Я открыл блокнот, ещë раз прочитал описание. Всë сходится, это точно он.

«Но почему я не написал о его росте точнее? Да и вообще, светловолосый, в меру упитанный, высокий – если сравнивать с Никитой, то... как-то размыто, что ли? Хоть глаза-то голубые? Вроде да, но спорно... Может, я просто себя накручиваю?»

Я прекратил разливать бензин и теперь рассматривал глаза трупа. Нужно было лишь проверить цвет, но я начал размышлять... не знаю, как это сформулировать, но... мне показалось, что если я разогнусь, то порву нить мысли.

«Если я должен был убить не его? Но почему я убил именно этого человека? Потому что записи в блокноте не точны, но почему я написал так... неправильно? Почему я так плохо написал? Я написал плохо, чтобы убить не того кого нужно было…я… я… я… я….

А если записи сделал не я?!

Тогда... Если вдруг кто-то хотел убить кого-то, кого сильно не любил, и остаться незамеченным, то... Он мог просто написать об этом в мой блокнот и устроить нам встречу, тогда я бы совершил убийство, а у него не было бы никаких проблем с законом. Но зачем он оставил канистру? Возможно, он пользуется мной не в первый раз, и ему не хотелось бы терять такого «киллера», поэтому ему было важно оставить меня на свободе – он мог подумать, что я не догадаюсь сжечь труп. Но... Неужели он имеет ежедневный доступ к моему блокноту и каждый раз стирает мои подозрения о его существовании?»

Я перестал смотреть в глаза трупу и записал:

«НИКОМУ НЕ ПОКАЗЫВАТЬ, есть человек, который убивает тобой людей, записи в тетради можешь писать не ты! Скорее всего, так было уже много раз, и он научился копировать твой почерк!»

Мне стало жутко, очень жутко. Наверное, это было впервые за долгие годы, но…

Я смотрел на камни, большие камни, гладкие камни, холодные камни, камни, чуточку посыпанные землëй, испачканные кровью, лежащие друг на друге, или рядом… сколько камней? Некоторые камни были обгажены птицами, другие были длинными… настолько длинными, что если бы их поставили вертикально, они были бы с размером с…

Мой мозг будто распылялся. Неужели каждый раз, после того, как я шëл домой… а потом опять… и потом ещë… и опять…

Я понял, что теперь я буду раз за разом разыскивать убийцу-манипулятора, который может меня в любой момент посадить за решëтку. Перестану доверять всем, кого знаю. В моей жизни появился смысл – найти манипулятора.

«Стоп, я что-то упустил… убийца? нет-нет… смысл… манипуля… смысл жизни… кого знаю…

– Я знаю! Я знаю!

Я взял блокнот, и начал вырывать оттуда страницы с именами и пустые листы. Лишь записи об убийстве и догадки остались внутри блокнота, я должен был сохранить только то, что нужно!

Я поджëг труп – огонь горел слабо.

«Какой осëл! Идиот! – Я начал смеяться, это был безумный, громкий смех. – Как я мог!»

Я швырнул блокнот в огонь и рухнул на камни, по моим глазам текли слëзы.

«Как дважды два! – Я задыхался от хохота. – Ну конечно, я ведь хотел тихой, спокойной жизни, куда мне эти тайные заговоры! Я не хотел искать убийцу или бояться за свою свободу! Конечно, «заказчик» мог держать меня в подвале и избивать перед фотографией этого человека, чтобы я ощутил все те мерзкие ощущения, подходя трупу, но зачем ему это?»

Ну конечно же – раз у мертвеца нет никаких документов, они остались в машине, а я знал, что после потери памяти мне захочется узнать, кто этот человек, и почему он вызывает такие эмоции. Спокойная жизнь, без лишних переживаний оказалась под угрозой, и я поставил канистру с бензином по пути к месту убийства – не дал узнать о личности трупа. После сбросил его с вершины… как же всë просто! Мне действительно просто хотелось избавиться от человека, который портил мою жизнь! Я переиграл сам себя!

Я взял один из ранее вырванных, пустых листов, и написал: «блокнот закончился, нужно купить новый, помимо этого – всë как всегда».

Честно говоря, теперь мне не очень-то хотелось знать, кто это, зачем мы сюда пришли, куда мне ехать, догорит ли труп? Я просто пошëл к автомобилю.

«Что? Где я? Почему у меня канистра в руке? Бумажки?»

Блокнота не было, я прочитал что он закончился и нужно купить новый, а всë чужое в машине – выкинуть. «Ну, раз написано на листке, значит адресовано мне».

Я сел в машину, в ней лежали две сумки – открыл обе. Одна из них была моя, а вторая – моего старшего брата. Посмотрев на его фотографию, я ощутил одновременно страх и удовлетворение. Я не знаю, что я там делал, но раз всë как всегда... Я себе доверяю.