Текст: Михаил Визель
Новый "Буратино", снятый Игорем Волошиным, чей предыдущий фильм, "Волшебник изумрудного города", возглавил российский кинопрокат 2025 года, вышел ровно через 50 лет после выхода всем известного советского фильма. Его можно было бы уверенно поставить в бесконечный и не слишком блестящий ряд сказок и/ли римейков последнего времени, порицаемых старшим коллегой Валерием Семеновичем Кичиным. "Продолжается паническое бегство кино от все более сложной реальности - и прежде всего в безопасную сказку", - подводит российского киногода он. Но есть одно важное отличие: "Приключения Буратино" - это изначально комедия дель арте.
«Запомни, – поучает Карабас Дуремара. – Основа театра дель арте – импровизация. Без неё ничто невозможно». Это истинная правда, известная вот уже 500 лет. Актёры площадного театра дель арте не следуют писаным ролям, а импровизируют на основе своих характеров, которые они играют всю жизнь и с которыми сроднились.
Этот принцип, кажется, лёг в основание нового «Буратино» Игоря Волошина. Есть знакомые всем с детства типажи: Базилио и Алиса, Карбас и Дуремар, голубоволосая Мальвина и усыпанный мукой поэт Пьеро, папа Карло и, наконец, сам наивный деревянный мальчик Буратино. И на основании этих известных всем и каждому типажей-масок заново смешивается и разыгрывается по-новому новый сюжет, чтобы почтеннейшей публике не наскучила уже известная пьеса.
Начать с того, что труппа Карабаса-Барабаса – это уже не дети-актёры, а взрослые и уже известные молодые актёры. Кукла Буратино им чуть выше пояса, а вот дон Карабас (так нынче зовут директора театра) с ними одного роста. И держит они их в подчинении не тем, что в наказание вещает на гвоздики в чулан, и даже не столько побоями, сколько пассивной агрессией – вбивая в них убеждение, что они сами виноваты: не всегда прилежно учат роли, не всегда стараются на сцене и т.д. И только деревянный (наивный?) Буратино в состоянии вывести их из этого порочного круга. Хотя и сам усилиями сценаристов комплексов отнюдь не лишен.
Прочие сюжетные повороты и отвороты от классического сюжета мы пересказывать не будем, чтобы не «спойлерить» (ещё одно слово, неизвестное во времена советского «Буратино»), заметим только, что фильм, как и полагается современному высокобюджетному фильму, прошит «пасхалочками». Светлана Немоляева – Тортилла не только с удовольствием «вступает в диалог» с легендарной Риной Зеленой, но и, кажется, с капитаном Немо в подводной лодке. Папа Карло – конечно, типический папа Карло, но отчасти и Паганель из советских «Детей капитана Гранта», а кога надевает новенькую кожаную куртку, вообще со своими бакенбардами и круглыми очочками становится похож на Рэя Манзарека, но это, возможно, уже моя личная фантазия - как и "опознание" в Базилио сценического имиджа итальянской рок-звезды Дзуккеро. Сцена с детьми перед школой, кажется, отсылает к спорному «Пиноккьо» Роберто Бениньи (2002), а один из самых эффектных мошеннических трюков Алисы и Базилио (избавившихся на сей раз от зооморфных атрибутов) отсылают прямо к бесспорному фильму «Бархатные ручки» (Le mani de velluto), за роль в котором Адриано Челентано получил итальянскую национальную кинонаграду «Давид Донателло» в 1979 году.
Подозреваю – до рождения не только большинства зрителей, но и большинства обозревателей, которые об этом фильме будут писать и способны опознать отсылку. Но это и не столь важно. Важнее гораздо более широкая отсылка в этом фильме к Италии как таковой. Создатели нынешнего «Буратино» способны не только задействовать цифровую куклу, основанную на «захвате движения» 14-летней Виталии Корниенко, не мучаясь и не мучая сложным гримом актера-мальчишку, но и сделать нечто более важное для атмосферы: перенести съёмку ключевых уличных сцен непосредственно в Италию (или выстроить "итальянский городок так, что я, в маленьких итальянских городках бывавший неоднократно, подвоха не заподозрил). Несмотря на то, что в открывающей песенке рифмуется «Палермо» и «наверно», съёмки это явно происходили в маленьких городках Тосканы – которые, собственно, и имел ввиду Карло Лоренцини, уроженец маленького тосканского городка Коллоди, у которого и позаимствовал свой ставшее всемирно известным псевдоним и чей 200-летний юбилей ждет в наступившем году. Что, конечно, придаёт сказочной истории правдоподобности, подкрепляющейся ещё и вставляемыми к месту итальянскими словечками типа ragazzi, buon giorno и даже менее очевидноe «аndiamo» («пойдем»).
Главная «пасхалочка» – неожиданно грамотно переведённая на итальянский песня Алисы и Базилио. Создатели справедливо рассудили, что обойти «какое небо голубое» в фильме про Буратино совершенно невозможно, но перепевать её после Ролана Быкова и Елены Санаевой не хотелось. Не рэпом же, в самом деле, перепевать! – это совершенно выпало бы из натуралистической «итальянской» атмосферы сказочного фильма. И создатели нашли удачный ход: Алиса – Елена Исаева – поёт оперным голосом по-итальянски песню с несколько отличающимся словами, но совершенно тем же посылом: “e non ci troverà nessuno!” – «и никто нас не найдёт». Appunto.
Подытоживая, можно сказать, что новый «Буратино» не затмит советского шедевра музыкального кино пятидесятилетней давности, но и не ставит такой задачи. Это самостоятельное произведение – да, использующее тех же героев и ту же заводную музыку Алексея Рыбникова, чей главный хит как бы рождается на наших глазах под пальцами Пьеро, но компонующее их совершенно по-новому, как и подобает настоящей комедии дель арте. Комедия эта порой бывает грубовата и дидактична, но в целом добра: все злодеи перевоспитываются, добро торжествует и царит общий карнавал, в который вовлекается стар и млад, вор и солдат. А чего ещё нужно для новогодних каникул, к началу которых с мудростью, достойный говорящего сверчка, старшего в фильме русским тараканом Антоном, подгадали премьеру.
