Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
pic

Путь Тамерлана

Роман в рассказах Тамерлана Тадтаева «Иди сюда, парень!» — художественная хроника грузино-осетинского противостояния 1990-х

Текст: ГодЛитературы.РФ
Фото: south-ossetia.info
Обложка и фрагмент текста предоставлены издательством «Новое литературное обозрение»

Тамерлан Тадтаев родился в 1966 году в Цхинвале. И, как большинство его земляков и сверстников, с начала 90-х оказался вовлечен в мучительное размежевание двух живших бок о бок народов. Но в отличие от большинства смог об этом написать. Проза Тадтаева кажется безыскусной — это проза того времени и места, где нет нужды ничего изобретать и украшать: трагизма и героизма хватает и в жизни. Но это не просто очерки: на наших глазах Тама, лирический герой Тадтаева, проходит путь от задиристого мальчишки до поседелого мужчины. В 2008 году он стал лауреатом «Русской премии». Живет он по-прежнему в Цхинвале.

Тадтаев, Т. Иди сюда, парень! Рассказы / Тамерлан Тадтаев, предисловие О. Дарка. — М.: Новое литературное обозрение, 2017.

Картлос по кличке Блинди

Тамерлан ТадтаевБыл у меня друг один, Картлос по кличке Блинди. Почему Блинди? Потому что ужасно любил блинчики.

Жили мы в одном районе, за инфекционной больницей. Вместе купались в Лиахве, загорали и все такое. Иногда ребята постарше стравливали нас на берегу, и я бил ему морду, а он ставил фингалы на моей. Потом мы мирились и шли собирать окурки, если не было денег на сигареты. Или переходили вброд обмелевшую речку возле свалки бойни, где невыносимо пахло жженой костью и гниющими кишками забитых животных, и, босые, карабкались на противоположный берег. Там я, как самый шустрый, перелезал через заднюю, сколоченную из грубых досок калитку рынка, отодвигал ржавую щеколду, Блинди входил, и мы пробирались на базар воровать арбузы.

Картлос отвлекал продавца, я же хватал арбуз и со всех ног мчался к черному ходу. Но однажды продавец погнался за мной и швырнул вслед гирю — и она попала мне в спину. Я упал на арбуз, раздавил его и закричал так, будто меня резали на скотобойне. Люди вокруг бросились ко мне: «Убили! Убили мальчика!» — а я корчился на горячем асфальте и не переставая орал.

Продавец тоже подбежал и, увидев мой красный живот, схватился за голову. Он был уверен, что я сейчас умру, потому что гиря была тяжелая, а я маленький. И только сторож, собутыльник моего отца, спокойно подошел, поднял меня, хорошенько тряхнул и, поставив на ноги, дал пинка и велел убираться домой через черный ход.

Блинди я нашел возле свалки бойни, где он уплетал арбуз.
— Я думал, он тебя убил, — сказал он, осмотрев мою спину. — Болит?
— Нет. Откуда у тебя арбуз?
— Спер, пока ты ломал комедию. Но это еще не все.
Он повел меня за собой вдоль берега и, остановившись возле небольшой запруды, показал на два больших арбуза в воде.
— Один тебе, другой мне.

Повзрослев, мы разлетелись в разные стороны и снова слетелись в Цхинвал в восемьдесят девятом. К тому времени мы обросли волосами и уже брили свои еще молодые лица, и Блинди выкуривал по две пачки сигарет в день, если не больше. Обычно мы встречались в парке и говорили о всякой всячине, но тему войны не затрагивали, так как Картлос был наполовину грузин. Блинди восхищался Америкой и мечтал свалить туда. А война приближалась, и как‑то Блинди воскликнул: «Я родился один раз, и то не в Америке!»
Последний раз мы виделись зимой девяносто первого, когда грузинская милиция убралась из города. Мы вместе переходили старый мост, и Блинди, поскользнувшись на обледенелом настиле, схватил меня за руку, а я поддержал его и помог встать. Потом Блинди исчез. Одни говорили, что он поехал в Грузию к отцу. Другие утверждали, что он собрал деньги у наших и поехал в Гори покупать курево и скорей всего, прикарманил бабло.

Как‑то весной Коко, наш общий друг, пришел ко мне и сказал, что на стене МВД, где висят фотографии трупов для опознания, он увидел Блинди. Мы сразу же пошли туда, и я долго смотрел на черно-белое изображение изуродованного тела. Лицо замученного было нетронуто. Только одна дырка во лбу — видно, контрольный выстрел.

— Узнаешь его? — спросил Коко.
— Конечно, это Блинди, — сказал я, чувствуя тошноту.

Потом мы послали за его матерью, но она сказала, что это не ее сын.

Не знаю, почему она солгала.

А может быть, Блинди все-таки удалось уехать в Америку?

17.02.2017

Другие материалы проекта ‹Читалка›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ