Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Мои-любимые-поэты-Жуковский-Василий

«Скажи мне, друг…» Василий Жуковский. 9 февраля

Когда Батюшков неизлечимо заболел и никого не узнавал, только имя Жуковского проясняло его рассудок. Самые мои поэты, или Мой «роман» со стихами

Текст: Дмитрий Шеваров
Коллаж: ГодЛитературы.РФ

Они писали слово «друг» с прописной — Друг. Но друг друга они оценили не сразу. Поначалу Батюшков называл Жуковского «сыном лени». Зато уже вскоре — «трудолюбивым Жуком».

Быстро оценив на себе бескорыстное участие Василия Андреевича, Батюшков проникся к своему старшему товарищу почтительной любовью. «Дружество твое мне будет всегда драгоценно, — писал он Жуковскому, — и я могу смело надеяться, что ты, великий чудак, мог заметить в короткое время мою к тебе привязанность…»

Батюшков умел радоваться за друзей. После выхода нового сочинения Жуковского он всегда откликался радостным посланием: «Мой милый, добрый мечтатель!.. Твое новое произведение прелестно…»

Когда в декабре 1816 года Жуковскому была назначена пожизненная пенсия, Батюшков написал Гнедичу: «Не могу тебе изъяснить радости моей: Жуковского счастие, как мое собственное!..» Именно Батюшков дал самую краткую характеристику Жуковскому: «У него сердце на ладони».

Они испытывали друг к другу глубокое доверие. Много раз они могли поссориться, но всякий раз их добрые отношения спасала рассудительность Василия Андреевича — все-таки он был старше четырьмя годами и относился к Батюшкову как к младшему собрату. Ребячливые поступки Константина его порой удивляли, но он всегда находил их простительными.

Батюшков о Жуковском: "Он у нас великан посреди пигмеев..." / Жуковский о Батюшкове: "Сын неги и веселья, по музе мне родной..." Фото: РИА Новости

Батюшков о Жуковском: «Он у нас великан посреди пигмеев…» / Жуковский о Батюшкове: «Сын неги и веселья, по музе мне родной…» Фото: РИА Новости

В 1813 году Батюшков подшутил над Жуковским, вернее, над его «Певцом во стане русских воинов» — он написал пародию «Певец в Беседе Славянороссов. Эпико-лиро-комико-эпородический гимн». Уходя на войну, в зарубежный поход русской армии, Батюшков оставил свое произведение Александру Ивановичу Тургеневу. Тот показал его Вяземскому. Пародия быстро разошлась среди литераторов.

Наверное, и сам автор «Певца во стане русских воинов» улыбнулся, читая стихотворную шутку. Впрочем, вряд ли шутка его обрадовала. Василий Андреевич и сам был горазд на розыгрыши, но ведь всему свое время. Война еще продолжалась, и стоило ли потешаться над стихами, рожденными в те дни, когда решалась судьба Отечества?

Батюшков вскоре понял, что пошутил не совсем удачно. Но слово вылетело — не поймаешь.

Вернувшись осенью 1814 года с войны, Батюшков обнаружил, что его пародия до сих пор ходит по рукам. Он уже совершенно другими глазами смотрел и на жизнь, и на литературу, и категорически не хотел, чтобы в нем видели пересмешника.

10 января 1815 года он написал Вяземскому: «В отсутствие мое здесь разошлись мои стихи: «Певец в Беседе». Глупая шутка, которую я писал для себя…»

После этого он пишет большую статью «Нечто о поэте и поэзии», где воздает другу должное: «Жуковский, одаренный пламенным воображением и редкою способностию передавать другим глубокие ощущения души сильной и благородной — в стане воинов, при громе пушек, при зареве пылающей столицы писал вдохновенные стихи, исполненные огня, движения и силы…»

Жуковский прочитает эту статью лишь в 1816 году, когда она будет опубликована, но и без этого Василий Андреевич не держал на Батюшкова обиды. Весь тесный круг поэтов во многом держался на благодушии и самоиронии Василия Андреевича.

Правда, иногда Вяземскому удавалось выводить из равновесия даже Жуковского, и тому приходилось напоминать князю о том, что «нежная осторожность, право, нужна в дружбе…» Жуковский всегда ясно чувствовал границу между доброй шуткой и едкой насмешкой.

Когда придет тяжкая пора душевного недуга и почти все человеческие связи Батюшкова оборвутся, только имя любимого друга будет порой прояснять его рассудок. И прощальные батюшковские стихи тоже о нем: «Жуковский, время все проглотит, тебя, меня и славы дым, но то, что в сердце мы храним, в реке забвенья не потопит!..»

Переписка

В.А. Жуковский — К.Н. Батюшкову

О друг! доколе младость
С мечтами не ушла
И жизнь не отцвела,
Спеши любови сладость
Невинную вкусить.
Увы! пора любить
Умчится невозвратно;
Тогда — всему конец;
Но буйностью развратной
Испорченных сердец,
Мой Друг, да не сквернится
Твой непорочный жар:
Любовь есть неба дар;
В ней жизни цвет
хранится;
Кто любит, тот душой,
Как день весенний, ясен;
Его любви мечтой
Весь мир пред ним
прекрасен…
Май, 1812

К.Н. Батюшков — В.А. Жуковскому

Прости, отшельник мой,
Белёва мирный житель!
Да будет Феб с тобой,
Наш давний покровитель!
Ты счастлив средь полей
И в хижине укромной.
Как юный соловей
В прохладе рощи темной
С любовью дни ведет,
Гнезда не покидая,
Невидимый поет,
Невидимо пленяя
Веселых пастухов
И жителей пустынных,
Так ты, краса певцов,
Среди забав невинных
В отчизне золотой
Прелестны гимны пой!..
Июнь, 1812

Оригинал статьи: «Российская газета» 

09.02.2020

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Мои любимые поэты›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ