Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

«Чтобы вернуться и целовать…»

Учительница из Иркутска вписывает еще одно имя в список бессмертного полка поэтов

Текст: Дмитрий Шеваров/РГ
Фото: На школьной выпускной фотографии Моисей Рыбаков — четвертый слева в последнем ряду/РГ

Дорогая редакция!
В вашем списке погибших на войне поэтов нет имени Моисея Рыбакова, выпускника нашей одиннадцатой школы. После поездки лучших учеников в Крым и на Кавказ он написал цикл стихов о Лермонтове. С 1936 по 1941 год учился в иркутском университете. Подавал надежды как талантливый ученый-математик.
Вместо московской аспирантуры было военно-инженерное училище, эвакуированное в Иркутск. Рыбаков принимал участие в летнем наступлении 1942 года, в боях на подступах к Сталинграду, в наступательных боях на южном фронте весной и летом 1943 года.
Моисей Рыбаков пал смертью храбрых 17 июля 1943 года при форсировании реки Миус в Ростовской области. Ему было 24 года. Похоронен в братской могиле у села Русское.
Довоенные публикации единичны. А цикл «Фронтовые дороги», опубликованный по черновикам, — пример замечательной лирики, созвучной лирике Майорова, Кульчицкого, Когана. Рыбаков был из «лобастых мальчиков революции» — живым, подвижным, насмешливым. В его архиве есть и эпиграммы.
В 1971 году благодаря сестре Доре Александровне и поэту Александру Гайдаю (старшему брату кинорежиссера Леонида Гайдая) была издана книжечка стихов «Грань».
Архив Рыбакова хранится в фондах Музея истории города Иркутска. Но фронтовых стихов в нем нет, а добраться до архива А.И. Гайдая мне сложно. Может быть, у меня появится такой ученик, с которым мы сможем это сделать.
Недавно изданы письма, которые Рыбаков писал с фронта в родной город.

Анна Садовская, педагог-краевед
Иркутск

ИЗ СТИХОВ МОИСЕЯ РЫБАКОВА

Опять бои… И, двигаясь упрямо,
По снежным селам,
средь гремящей тьмы,
в часы затишья с детским словом «мама»,
с таким родным не расстаемся мы.
И каждый вспомнит о своем, о дальнем,
о летнем зное, стуже ледяной,
о светлых днях,
о детстве беспечальном,
о шумных играх
и о ней, родной…

Стучит метель обледенелой рамой.
В чужом дому,
за тридевять земель
два русских слова: РОДИНА и МАМА
к нам прилетают в холод и метель.
Как близнецы, они неотделимы,
они — одно, и нам без них не жить.
Бесценный клад их в сердце сберегли мы
с тех пор, как научились говорить.
За каждой кочкой,
рытвиной и ямой
мы бьемся, стиснув зубы,
до конца…
Два русских слова —
РОДИНА и МАМА
отвагой вдохновляют нам сердца.

* * *

Честное слово, что горевать!
Жить — через все бои.
Губы соленые целовать,
Жаркие губы твои.
Даже не знал, как счастливо мы
Жили тогда, до войны.
Горести — мимо. Потоку тьмы
Нас не согнуть. Мы сильны.
У каждого что-то свое позади:
Горы, река, тайга,
Русые косы на крепкой груди,
Свет и тепло очага…
Честное слово — что горевать!
Жить — через все бои.
Яростней, злее с врагом воевать,
Чтобы вернуться и целовать
Нежные губы твои.

ФРОНТОВОЙ ТРЕУГОЛЬНИК
27 октября 1941
Здравствуйте, мои дорогие! Помаленьку продвигаемся к западу. Сейчас пять часов утра, за окнами полутьма, проехали мост через Енисей. Вот остановились в Красноярске. Сегодня во сне видел вас всех — будто сижу дома, и пишу, пишу, пишу — исписываю горы бумаги, а вы их куда-то относите.
Ни скучно, ни весело. Больше всё грустят, поют песни, а я читаю, тоже пою… Многие подпевают. Ведут характерно лейтенантскую жизнь. В Челябинске будем тридцатого числа утром. Все время у меня одна мысль — о том, доведется ли с вами встретиться снова. Но об этом лучше пока не думать.

9 августа 1942
Добрый день, мои родные.
Подумать только — вчера в сводке бои севернее Котельникова и у Армавира, значит, очередь за Краснодаром, а это потеря хлеба и нефти. Какое чудо опрокинет сейчас гитлеровцев и отбросит их? Или наш народ и на этот раз найдет в себе силы? Или этим чудом будет второй фронт, открытый в самой Германии…

12 августа 1942
Опять попал в Сталинград. Сейчас здесь горячее место. Сталинградцы готовятся к обороне, но все идет по обычному, по будничному. Хороший город мужает и надеется победить. Я живу сейчас скитальцем, почти не вылезаю из машины. Но скоро надеюсь выполнить интересное поручение, и тогда снова — в батальон.

15 ноября 1942
Здравствуй, милая сестренка!
Обо мне не беспокойся. Я, во-первых, привык, во-вторых, притерпелся, в-третьих, приноровился и, last but not last, смирился и, в общем, прозябаю неплохо.

14 февраля 1943
Сегодня у меня как раз некоторая перемена судьбы — получил новое назначение.
Не знаю к лучшему или наоборот.
Живем мы по-старому: пока на том же хуторе. От нечего делать, что ли: пошло у меня понемножку писание. Хочу написать книгу.

15 апреля 1943
Здесь тоже весна, и почки набухли, и птицы резвятся промеж «мессеров». Все признаки уже на лицо. По вас скучаю сейчас, весною, особенно остро. Выйдешь вечером: в нашей стороне полярная звезда светит, и так тебя в лирику и ударяет.

11 мая 1943
Мама, милая, здравствуй!
Ты все хочешь, чтобы я писал тебе побольше о себе — изволь, пишу. Я жив, здоров, крепок — внешне похудел и подтянулся против университетских времен вдвое, лысеть стал. Таков я сейчас. Жаль — сфотографироваться негде.

6 июля 1943
Сестренка, милая, привет!
У меня сегодня хороший день — выписали из госпиталя, пролежал там три недели и заскучал. А теперь дела поправились и снова можно танцевать. Ранен я был легко осколками мины в левую ногу. В мягкие ткани — они быстро заросли и все полностью восстановились. В госпитале я даже поправился.

Июль 1943
Здравствуйте, мои дорогие!
Пишу опять с нового места. Вчера перебрались в село недалеко от Михайловки, всего 12 километров. Деревушка маленькая, на голой степи, с заколоченными окнами. Снова обосновались: разместили людей, разместились сами и с утра уже начали работу. Завертелась машина.
О стихах не может быть и речи…

Оригинал статьи на сайте «Российской газеты»

03.09.2015

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ