07.09.2016

Коты Сергея Юрского и дождь в искусстве

11 самых необычных книг, без которых не уйти с книжной ярмарки на ВДНХ

Текст: Клариса Пульсон/РГ

Фото: АСТ

Синтия Барнетт. «Занимательное дождеведение. Дождь в истории, науке и искусстве»

Его проклинают, о нем молятся, его изучают, ему посвящают песни. А ведь первые полмиллиарда лет на новорожденной Земле стояла великая сушь. Постепенно колыбель человечества обзаводилась атмосферой, в которой была вода, но на поверхность ни капли не попадало, влага испарялась на подлете. Зато потом прорвалось. Ученые утверждают, что нескончаемый ливень шел несколько тысячелетий и постепенно остудил горячий нрав младенца. Только тогда — ну, сами понимаете... всё тут у нас и началось. Дождь стоит того, чтобы ему посвятили целую книгу. Экологический журналист Синтия Барнетт, привлекая самых авторитетных специалистов, рассказывает о том, как потоки воды, льющиеся с небес, влияют на все, что нас окружает: природу, погоду, настроение, творчество, экономику, политику.


И конечно, о всевозможных странностях — дождях разноцветных, лягушачьих, рыбных, кислотных.


Колин Эллард. «Среда обитания. Как архитектура влияет на наше поведение и самочувствие»

Есть места, где мы начинаем размышлять о высоком и вечном, есть места, где можно думать только о деле, не глядя по сторонам, и бежать со всех ног, как только закончится рабочий день, а где-то мы расслабляемся, забывая все тревоги... Жизнь в городе, особенно в мегаполисе — толпы людей, потоки машин, острые углы, стекло, бетон, прямые линии, — неизбежно провоцирует тревожность, депрессию.


А плохая архитектура портит не только вкус и пейзаж, но и провоцирует агрессию.


В книге нейробиолога и экспериментального психолога Колина Элларда прослеживаются тонкие связи между архитектурой, дизайном пространств, естественными и рукотворными ландшафтами и психологическим состоянием человека. Выразительные примеры — исторические и современные — помогают понять главное: человек по-прежнему существо природное, его опасно переделывать, отсюда и родилось новое направление «адаптивная архитектура», которая учитывает особенности нашего восприятия.

Питер Акройд. «Альфред Хичкок»

Человек, который напугал мир, сам, по всей вероятности, был трусоват. Как минимум закомплексован, мнителен и подвержен всяческим странным фантазиям.


При этом сын торговца рыбой из лондонского предместья, которого не отправили на Первую мировую из-за «лишнего веса и неназванной болезни», стал богат и знаменит на весь мир.


А все потому, что сумел превратить свои странности и комплексы в источник творческой энергии. Питер Акройд, знаменитый британский писатель, сам уже почти классик, относится к своему герою с иронией. Такое впечатление, что в архивах не сидел, особенно в первоисточники не углублялся, складывает биографию режиссера из фактов известных. Скажем, история о том, как отец, наказывая малолетнего Альфри за позднее возвращение домой, попросил полицейского запереть мальчишку в камере на пару минут. Отсюда страх перед полицией, который режиссер испытывал всю жизнь, и постоянный интерес к вопросам вины и кары. Рассказы, байки выстроены и переплетены так умело, что образ получается, возможно, и не самый глубокий (сюда бы хорошую дозу психоанализа, тонкости визуального ряда, эстетику страшного), зато яркий.

Юваль Ной Харари. «Sapiens. Краткая история человечества»

Мировой бестселлер со шлейфом исключительно лестных отзывов. Его уже сравнили с «Краткой историей времени» Хокинга, за пять лет после выхода перевели на три десятка языков, Билл Гейтс с Марком Цукербергом под впечатлением и очень рекомендуют. Чем она так поразила интеллектуалов? Парадоксальным взглядом на прогресс. Вот несколько ключевых соображений. Аграрная революция — одно из самых противоречивых событий в истории. Некоторые ученые твердят, что она вывела человечество на путь прогресса и процветания. Другие уверены: на той развилке человечество выбрало тропу, ведущую в бездну.


Homo sapiens отрекся от родства с природой и устремился навстречу алчности и отчуждению.


Люди стали доминирующим видом, потому что они способны придумывать «фикции», которые скрепляют общество, такие как религия, деньги и идея прав человека, которые не имеют под собой биологического основания. Капитализм — не экономическая теория, а самая успешная из всех современных человеческих религий. Книга читается как триллер с открытым финалом.

Иаков Ворагинский. «Золотая легенда. Апостолы»

Эта книга несколько столетий в Европе была второй по популярности — после Библии. В начале века ее хотел перевести на русский язык Осип Мандельштам. Ее автор вступил в орден святого Доминика в 1244-м, в один год с Иоанном Златоустом. Оставил о себе добрую память: «В служении проявил себя ревностным пастырем и миротворцем. Жил скромно, был милосердным к бедным». Ровно двести лет назад был канонизирован в лике блаженных. В том числе и за эту книгу. Иаков Ворагинский, или, как его еще называли, Якопо да Варацце, берясь за дело, великих целей не ставил, и уж конечно, не предполагал, что его труд станет, как бы мы сейчас сказали, европейским бестселлером. Он, человек исключительно образованный, написал Legenda sanctorum — «Легенду о святых», о житиях святых, мучениках и христианских праздниках — пособие для собратьев-монахов, которое помогало бы им в повседневном служении. Книгой неожиданно стали зачитываться обычные люди, миряне, там не было излишнего морализаторства, назидательности, зато много фактов, ярких деталей, чудес — чтение и душеспасительное, и увлекательное.  «Золотая легенда» — название благоприобретенное, знак уважения и восхищения. Все жития в книге располагаются примерно в хронологическом порядке.


Именно «Легенда» стала источником вдохновения для многих поколений художников и поэтов, сокровищницей сюжетов и образов.


Почему ее в России не переводили? У нас были свои житийные сборники. Так что нынешняя премьерная публикация — общекультурное событие.

«Москва: Место встречи»

Это неправда, что Москва слезам не верит. На самом деле Москва — большая деревня. Те, кто в ней родился или живет достаточно долго, начинают испытывать прочную связь со своей «маленькой родиной». Тут знаешь все проходные дворы, подворотни, приватные магазинчики, соседей, местных героев, сумасшедших.


По такой Москве — доброй, сердечной, сентиментальной, по конкретным ее адресам мы отправляемся в ностальгическое путешествие в сопровождении самых известных российских литераторов.


Они поделятся семейными тайнами, впустят в свой мир и откроют Москву такой, какой вы ее не знали.

Сергей Юрский. «Я кот»

AnimalBooks — это серия книг о животных. Их авторы — известные люди, творческие и остроумные, ведь рассказывать о зверях им приходится от первого лица. Кот достался Сергею Юрскому, знаменитому артисту и котолюбу. Достался по справедливости, коты у него с 1944 года, и каждого он до сих пор помнит по именам. «Я кот» — маленькая энциклопедия кошачьих секретов. Какие бывают породы и чем отличаются? Почему видят в темноте? Мешают ли когти ходить? Зачем усы? Сколько мышей может поймать?


И специально от автора — что коты думают о людях, — об этом Сергею Юрскому сообщил любимый рыжий кот Сатик, который десять лет назад добровольно пришел к нему на дачу.


Добрые сказки в рисунках А. Савченко

Про сказки ясно, но кто такой А. Савченко? Стоит взглянуть на рисунки — и все понятно. Малыш и Карлсон, Вовка из Тридевятого царства, Коза-дереза, Гуси-лебеди, блудный попугай и десятки других сказочных и мультинациональных персонажей придуманы Анатолием Михайловичем Савченко. Стиль узнаваемый: даже Волк и Баба-яга у него добрые. Иллюстратор книг для маленьких как врач, всегда должен помнить врачебную заповедь — «не навреди» — не напугай, не потревожь...


Обидно, что книжные художники почти всегда в тени, читатели за редким исключением их не знают. Сборник начинает большую серию «100 лучших художников — детям». Уже вышел том, посвященный Сутееву.


Ольга Буткова. «Музеи Москвы. Искусство. Раскраска-путеводитель»

Чтобы научить ребенка любить музеи, надо полюбить их самим. Если с этим у родителей все в порядке, остается слегка подтолкнуть чадо в соответствующем направлении. С помощью оригинального путеводителя маме с папой сделать это будет проще. Тут — три в одном. Слова — коротенькая история музея и что в коллекции. Картинки — живопись из Третьяковской галереи, доспехи из Оружейной палаты, керамика из Кусково, куклы из Музея уникальных кукол, интерьеры из Палат бояр Романовых и другие экспонаты: из лучших московских музеев.


И наконец, возможность поучаствовать — раскрасить картину, разрисовать игрушку, придумать, какого цвета стены в музее.


Павел Майоров, Ольга Любич. «Рифмоазбука»

Все дети — поэты. Если только взрослые не помешают, поддержат и помогут развить врожденное чувство языка. Объяснить ребенку, что такое рифма, ритм, стихотворный размер — дело техники, которой владеют авторы «Рифмоазбуки». Инструкция прилагается. Подобрать рифму к словам, закончить стихотворение, сочинить свое, нарисовать картинку в дополнение к той, что уже есть на странице. И записать туда же свой вдохновенный труд можно с помощью родителей.


В итоге получится уникальный поэтический сборник собственного сочинения. Его можно поставить на полку, подарить любимой бабушке и начать сочинять что-нибудь новенькое.


Очаровательные иллюстрации в книге выполнены в лучших традициях отечественного книжного искусства.

Кир Булычев. «Бумажные герои»

Новая книга Кира Булычева — звучит странно, писатель ушел из жизни более десяти лет назад. Но книга и правда новая, потому что раньше не издавалась, о ее существовании знали единицы. Когда Кир Булычев работал над созданием «Тайны Третьей планеты», он придумал еще одну историю и принес ее на «Союзмультфильм».


Это была сказка в непривычном для Булычева жанре — сказка для самых маленьких.


О девочке Маше, потерянной красной бусинке и отважных бумажных героях, которые помогли ее отыскать. Сюжет киностудии понравился, но что-то не сложилось, и рукопись осталась в архивах. Ее недавно нашли, как ту самую драгоценную бусинку, проиллюстрировали и выпустили в свет.

Ссылки по теме:

Любить, лежать, читать: книги в отпуск

Все в саду, или Сказки города Сударушкина