Наш сайт обновляется. Мы запустили полностью новый сайт и сейчас ведется его отладка. Приносим свои извинения за неудобства и уверяем, что все материалы будут сохранены.
САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

«Не верю!» Картонные персонажи, разоблачающие автора

Журналист, переводчик и писатель Александр Беляев почитал тексты, присылаемые на литературные конкурсы, в том числе на наше «Лето любви… по Фаренгейту», и пришел к неожиданным выводам

Текст: Александр Беляев

Фото Екатерины Гольдовской из фейсбучного аккаунта Александра Беляева

 

Обожаю читать опусы, присылаемые на литературные конкурсы. Обычное жюри должно выискивать в них жемчужные зерна, а мне как раз негодность, некондиционность этих текстов очень нравились. На определённом этапе твоего развития как журналиста (или вообще литератора) плохое оказывается полезнее, чем образцовое. Нагляднее.

Есть такие любимые графоманами типажи. Например, Рассеянный учёный, который вдруг влюбился. Или Грозный директор завода, который при этом жутко застенчив с молодыми женщинами. И, конечно, Страшный продюсер, который спит с Молодой певицей/актрисой, а она его всею душою ненавидит. Это всё три разных примера из трёх разных источников, но суть у них одна: не из жизни. Не психологично!

Почему?

Максим Горький оценил талант молодого Бабеля по нескольким рассказам. Потом прочитал ещё несколько и послал в люди. Так родился автор «Конармии». Горький, к слову, сам из самоучек, литературных институтов не кончал, да и вообще высшего образования не имел. Но мы-то можем не наступать на грабли, верно?

Я, конечно, не преподаватель Литературного института, не был его студентом и даже никаких курсов creative writing не проходил, но читаю и редактирую много. Скрывать не стану – всегда выискивал смешные ляпы. Но стилистические ляпы – ерунда, это как раз можно поправить. Нельзя исправить штампованного персонажа. В одном рассказе недавнего конкурса «Года Литературы» «Лето любви по Фаренгейту» меня триггернул, выражаясь модным языком психотерапии, такой сюжет: учёный тридцатилетний, плотской любви не знавший, обращает внимание на одиноко сидящую под дождиком девушку, у которой сломался мобильный телефон, и тут вдруг гром-молния, и молодому учёному… присылают телефон далёкие потомки. Ну понятно, что сюжетный ход неоригинальный – тут тебе и Марти Макфлай, и Джон Коннор из «Терминатора», только в тех картинах временнàя петля, ошибка в прошлом – это пружина, двигатель сюжета, а в указанном рассказе это ни для чего, просто для умиления. Но триггернуло, повторюсь, другое. Шёл такой задумчивый молодой учёный, который, конечно же, весь в себе, и ничем, кроме науки, не интересующийся, и вдруг – женщина живая его привлекла. С чего бы вдруг? То есть всякое, конечно, бывает, но я как читатель хотел бы узнать: почему именно сейчас, причина какая психологическая?

Вообще по опыту: все мегаумные и суперинтеллектуалы не обзаводятся парами/семьями в одном случае: если им это не надо. Пока не надо. А когда становится надо – очень даже нормально женятся на пятикомнатных квартирах в центре, дачах и машинах.


Помню, один родственник-ученый рассказывал про своего коллегу-историка, который тоже был убеждённый холостяк: статьи-монографии-премии-домработница, а в предпенсионном возрасте взял да женился. Причём не в Москве, где работал в институте, а где-то на периферии, куда на раскопки ездил. Почему? А потому что летом ты там весь день копаешь, а вечером уже хочется, чтобы был и нормальный ужин, и подушки с простынями, а не палатка. Наука – главное? Конечно! Ради неё и жениться можно. Вот так это работает.


Сейчас, как говорится, все пишут, и это прекрасно. Для русского языка и литературы.

У пирамиды чем шире основание – тем выше вершина, в культуре то же самое.

Все более или менее грамотные люди выстраивают посты в соцсетях по классическим моделям короткого рассказа: закольцованная композиция, яркие детали, неожиданная развязка, ружьё в первом и последнем акте и так далее. Та начальная литературная теория, которую проходят в школе – то есть впроброс учитель все эти принципы проговаривает, – получает реальное воплощение. Люди хотят рассказывать истории, и хотят делать это так, чтобы было интересно. Круто! С этого, между прочим, литература-то и начиналась: рассказчик рассказывал об удивительных событиях необыкновенным языком (Лотман писал, что скорее всего первый литературный язык – не проза, а поэзия именно потому, что она резко отличается от разговорной речи). Но с реальными деталями. Так, чтобы поверили. Хороший блогер – он/она как тот древний сказитель у костра…

Героиня блог-сказительниц – замотанная жена, которая коня на скаку в горячую избу, и её муж, который лежит на диване. Вроде бы узнаваемые, мы все это видели… а, простите, где видели-то? Стены, что ль, в жилых домах РФ прозрачные? Это ж просто штамп про лежание на диване, диван – коннотация безделья, сам штамп. Я вот, например, эту заметку набираю, на диване лёжа, на планшете.

Была у меня во френдах психологиня… простите, психолог. Почти каждый день писала про своих пациентов в стилистике женской бульварной прозы: «Олечка была молодая красивая девочка, чьи дерзкие грудки и крепкая как яблочко попка неизменно вызывали оборачивание голов и цоканье языков пожилых респектабельных мужчин». Вроде бы собирательные образы, обобщённая практика, но штамп на штампе. Не верим! Ей читатели так и писали иной раз: а чего это у вас перед какой-то тёлочкой ничтожной оробел Толстый Директор Завода? Вы директоров заводов видели? Можете рядом с ними мысленно слово «робость» в облачке повесить? Если да, то это уже история про другое. Про, я не знаю, сумасшествие. Раздвоение личности. Вот был шеф такой, манипулятор, жук – а тут вдруг стал подростком лет четырнадцати, которому все эти прелести, сладости, грудки, яблочки и прочие ингредиенты как коту валерьянка (тоже штамп, простите).

Ещё есть такое: злой и страшный продюсер, который спит с молодой певицей, которую обещал раскрутить или вправду звездой сделал. И вот она, такая талантливая, ненавидит его, такого некрасивого, тупого, похотливого, жадного, алчного. В сериалах такие сюжеты часто оканчиваются убийством в состоянии аффекта или банальным «заказом».

Только вот какая штука. Я двадцать лет пишу о музыке. Общался с разными людьми из этого мира. С кем-то и дружил. С кем-то ссорился. Там знаете какой материал для клинического психолога? От созависимых отношений до настоящего насилия, до полного неразличения, кто палач, кто жертва. Как в той песне: «...от лютой ненависти до святой любви», – именно так. Вот бы разобраться! Я не могу: мастерства не хватает. А самодеятельные авторы не хотят.

Почему?

А вот в этом-то и корень проблемы: графоманское сознание не отражает/преломляет реальность. Оно отражает и бесконечно размножает клише массовой культуры. Оно не увеличивающее зеркало, оно – ксерокс, копирка. Но деятели массовой культуры тоже ведутся на это: ага, все думают, что попса и кино – это про спать с продюсером за роли и концерты, так давайте сбацаем очередной сериальчик на эту тему. Хотя никакая это не тема.

Плохо не то, что массовая культура описывает реальность схемами. Плохо то, что потребитель культурной попсы видит живую жизнь через мутные призмы масскульта. Примеры выше.

На ярмарке Нон/Фикшн-2020 издательство "Время" представит документальный роман Александра Беляева "Человек в бандане"