Наш сайт обновляется. Мы запустили полностью новый сайт и сейчас ведется его отладка. Приносим свои извинения за неудобства и уверяем, что все материалы будут сохранены.
САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

И. А. Бунин. «Господин из Сан-Франциско» (1915). 11 класс

В помощь школьнику. Вторая неделя сентября

Текст: Ольга Разумихина*

Фото: Иллюстрация О. Г. Верейского

В середине сентября одиннадцатиклассникам везёт: объёмных произведений читать не приходится, одолеть нужно только рассказ «Господин из Сан-Франциско». Но и в этом небольшом произведении столько интересных моментов, что обсуждение может получиться на редкость насыщенным

Мы обсуждали пьесу А. Н. Островского «Гроза», где столкнулись с любопытным феноменом: вместо того, чтобы «поселить» героев в каком-нибудь реальном городе, автор выдумал мифический Калинов — и сделал это, чтобы указать на типичность явлений, там происходящих. И. А. Бунин пошёл ещё дальше — и создал персонажа, которого ни разу не назвал по имени, при том, что у ряда других героев рассказа имена есть. О чём это говорит? Тоже о том, что таких «господ», как делец из Сан-Франциско, на свете пруд пруди? Может, и так, но вряд ли: всё-таки миллиардеров в подлунном мире ограниченное количество. Что же, приглядимся к тексту повнимательнее — тем более что достоинство бунинского рассказа не столько в интриге, сколько в атмосфере, а также многочисленных деталях, отсылающих то к библейским преданиям, то к мифологии.

Сомнительное прошлое

По традиции напоминаем сюжет для тех, кто читал «Господина...» летом и уже не слишком ориентируется в перипетиях. Вот — с некоторыми сокращениями — первые три абзаца рассказа:

Господин из Сан-Франциско — имени его ни в Неаполе, ни на Капри никто не запомнил — ехал в Старый Свет на целых два года, с женой и дочерью, единственно ради развлечения.

Он был твёрдо уверен, что имеет полное право на отдых, на удовольствия, на путешествие во всех отношениях отличное. Для такой уверенности у него был тот довод, что, во-первых, он был богат, а во-вторых, только что приступал к жизни, несмотря на свои пятьдесят восемь лет. До этой поры он не жил, а лишь существовал, правда, очень недурно, но всё же возлагая все надежды на будущее. Он работал не покладая рук, — китайцы, которых он выписывал к себе на работы целыми тысячами, хорошо знали, что это значит! — и наконец увидел, что сделано уже много, что он почти сравнялся с теми, кого некогда взял себе за образец, и решил передохнуть. <...>

Маршрут был выработан господином из Сан-Франциско обширный. В декабре и январе он надеялся наслаждаться солнцем Южной Италии, памятниками древности, тарантеллой, серенадами бродячих певцов и тем, что люди в его годы чувствуют особенно тонко, — любовью молоденьких неаполитанок, пусть даже и не совсем бескорыстной; карнавал он думал провести в Ницце, в Монте-Карло <...> ; начало марта он хотел посвятить Флоренции, к страстям Господним приехать в Рим, чтобы слушать там Miserere; входили в его планы и Венеция, и Париж, и бой быков в Севилье, и купанье на английских островах, и Афины, и Константинополь, и Палестина, и Египет, и даже Япония, — разумеется, уже на обратном пути... И всё пошло сперва прекрасно.

Уже в этих абзацах наблюдаются пассажи, проникнутые горькой, почти ядовитой насмешкой над главным героем.

Во-первых, мы узнаём, что господин из Сан-Франциско «вписывал к себе на работы» тысячи китайцев: это именно они, бедолаги, трудились не покладая рук, пока их повелитель заключал сделки, расширял производство и занимался прочими организационными моментами, а также пытался «примелькаться» в высшем обществе. Сан-Франциско — это Америка, другой континент; соответственно, несчастные китайцы трудились в США примерно в таких же условиях, как нынешние гастарбайтеры, которые готовы выполнять любую, даже самую опасную, работу без выходных, надбавок и «социального пакета», лишь бы прокормить семью.

На этом моменте остановимся и зададимся вопросом: если господин из Сан-Франциско в молодости был беден и потратил несколько десятков лет на то, чтобы выстроить финансовую империю, неужели он не осознавал, насколько тяжело приходится его работникам? Здесь возможно два варианта ответа. Первый лежит на поверхности: господин всегда славился человеком тщеславным и жестоким, готовым идти по головам ради собственного блага. Второй вариант такой: главный герой никогда и не был бедняком, потому что люди, прошедшие свой путь «с чистого листа», обычно всё-таки знают цену труду — своему и чужому — и, даже если и любят роскошь, не считают богемный образ жизни самим собой разумеющимся. Так что, вероятнее всего, господин из Сан-Франциско вырос в обеспеченной семье, получил хорошее образование и загорелся мечтой стать «самым-самым» на школьной скамье или в университете. Тем более что уже не одно и не два десятилетия существует понятие «американская мечта»: первоначально это словосочетание обозначало желание равенства и свободы, но впоследствии стало выражать скорее стремление к сытой, комфортной жизни — без особых потрясений, в кругу таких же успешных и ловких «коллег».

И вот юноша, который — скорее всего — отличался не только высокими амбициями, но и умом и расчётливостью, в общем, эдакий Чичиков на американский манер, — получает диплом и окунается в мир бизнеса… (Вполне возможно также, что он унаследовал дело отца: всё-таки «выбиться в люди», начиная с нуля, даже в Америке довольно сложно — ярким тому подтверждением в истории ХХ в. служит история Уолта Диснея, который хотя и прославился на весь мир, но до самой смерти не вылезал из долгов; однако это скорее домыслы, в тексте рассказа о прошлом господина ничего не сказано — и, опять же, не случайно). Что происходит дальше, Бунин описал прямо и недвусмысленно.

Что такое хорошо и что такое плохо

Теперь зададимся следующим вопросом: есть ли у господина из Сан-Францско какие-либо моральные ориентиры? Если совсем по-детски — понимает ли он, что такое хорошо, что такое плохо? И сразу увидим, что, очевидно, нет.

Многие люди, имеющие связи в обществе и/или благородное происхождение, часто надевают маску благочестия: они либо мнят себя праведниками, как, например, Иудушка Головлёв у Салтыкова-Щедрина, либо ратуют за нерушимость моральных норм, как Фамусов в комедии Грибоедова «Горе от ума» или та же Кабаниха из драмы Островского «Гроза». Но господин из Сан-Франциско даже не делает вид, что его беспокоят какие-то духовные ценности. Это следует из того, что главный герой намеревается «к страстям Господним приехать в Рим, чтобы слушать там Miserere».

Страсти Господни — это Страстная неделя, семь дней до Пасхи; именно в эти дни, согласно написанному в Евангелии, Христос был предан Иудой, приговорён Понтием Пилатом и затем распят. Для христиан эта неделя — время самого строгого поста, время, когда даже думать о развлечениях грешно.

Miserere («Смилуйся») — католическая молитва; у Бунина имеется в виду одноимённое произведение итальянского композитора Григорио Аллегри, написанное в XVII в. для исполнения в Сикстинской капелле. Его исполняют в четверг, пятницу и субботу Страстной недели — то есть в те дни, когда, опять же согласно преданию, Христа распяли, а затем он спустился в Ад и освободил заключённые там души. Но главный герой бунинского рассказа вряд ли испытывает благоговение, задумываясь о евангельских событиях. Зачем же тогда господин из Сан-Франциско отправляется в Рим, чтобы послушать это произведение?

Во-первых, ради эстетического наслаждения, а во-вторых, для того, чтобы лишний раз продемонстрировать свой статус и при случае в разговоре произнести: «Да, я был в Сикситнской капелле!» Увы, за долгие годы, в течение которых главный герой «раскручивал бизнес», он так привык носить маску преуспевающего человека, что теперь при всём желании не мог бы её снять. Да и желания у него такого нет и не предвидится, ведь «он почти сравнялся с теми, кого некогда взял себе за образец».

Итак, история господина из Сан-Франциско — это не тот случай, когда человек всю жизнь гоняется за деньгами и славой, а затем сокрушается, что упустил лучшие годы. Этот герой, напротив, всем доволен: он «собрал» все атрибуты славы, в том числе обзавёлся женой и дочерью, которых всю жизнь осыпал золотом (опять же, не из любви к ним, а потому что того требовали приличия). Теперь дело за малым — устроить дочке «счастливую встречу» с миллиардером или наследным принцем, и можно вообще ни о чём не беспокоиться. И всё бы хорошо, но…

Ужасное происшествие

...но вскоре господин из Сан-Франциско попадёт в очень, очень неприятную историю. Как обычно, мы избегаем спойлеров, скажем только, что к этой ситуации идеально подходят строки из стихотворения Г. Р. Державина «Властителям и судиям»:

И вы подобно так падёте,

Как с древ увядший лист падёт!

И вы подобно так умрёте,

Как ваш последний раб умрёт!

 

Воскресни, Боже! Боже правых!

И их молению внемли:

Приди, суди, карай лукавых

И будь един царем земли!

Разница в одном: Державин призывает Господа «карать лукавых» — Бунин же считает, что они и так в достаточной мере наказаны. И имя этому наказанию — забвение.

Падение атлантов

Как мы уже говорили, в рассказе И. А. Бунина есть множество деталей, отсылающих к мифологии. Немногие замечают, как называется корабль, на котором путешествует господин из Сан-Франциско, — а называется он «Атлантида». Атлантида — это, согласно греческому преданию, затонувший материк, который представлял собой почти что рай на Земле. Климат был идеальным — каждый год население собирало два урожая; помимо этого, местные обитатели добились невероятного технического прогресса, жили в роскошных домах и могли позволить себе самые изысканные развлечения. Однако выходцы из Атлантиды перестали знать меру — и решили пойти войной на Элладу, дабы уничтожить единственного почти равного соперника. И Греция бы погибла, ведь оружие островитян было непревзойдённым; однако в дело вмешались боги — и буквально за один день Атлантида погрузилась под воду. Никто не спасся, так что имена даже самых талантливых военачальников, конструкторов и дельцов, некогда рождённых на острове, уже никто не вспомнит.

Вот и господина из Сан-Франциско постигла та же участь: он основал великую финансовую империю и, несомненно, пользовался почётом у вельмож по всей Америке — но имя его так и осталось неизвестным (в отличие от имён его прислужников, которые, хотя и были также не самыми симпатичными людьми, но хотя бы зарабатывали на хлеб в поте лица своего). И это не считая того, насколько большое значение имени придаётся в христианстве: оно даётся ребёнку при крещении — и в тот же момент малыш «получает» своего ангела-хранителя. Что же до господина из Сан-Франциско, до поры до времени судьба его, конечно, берегла: мало ли — вдруг одумается? Но — не одумался. За что и поплатился.

*

Ольга-Лапенкова
Ольга Разумихина — выпускница Литературного института им. А. М. Горького, книжный обозреватель и корректор, а также репетитор по русскому языку и литературе. Каждую неделю она комментирует произведения, которые проходят учащиеся 9—11 классов.

Колонка «В помощь школьнику» будет полезна и тем, кто хочет просто освежить в памяти сюжет той или иной книги, и тем, кто смотрит глубже. В материалах О. Разумихиной найдутся исторические справки, отсылки к трудам литературоведов, а также указания на любопытные детали и «пасхалки» в текстах писателей XVIII—XX вв.