САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

У каждого Гамлета своя Story

На Главной сцене фестиваля сыграли спектакль о современных шекспировских страстях

Музыкальный спектакль «Гамлет STORY» на Книжном фестивале 'Красная площадь' / Пресс-служба Книжного фестиваля 'Красная площадь'
Музыкальный спектакль «Гамлет STORY» на Книжном фестивале 'Красная площадь' / Пресс-служба Книжного фестиваля 'Красная площадь'

Текст: Андрей Васянин.

Вечером в субботу на «Красную площадь» пришли большие музыканты – и артисты. В 16.30 на главной сцене фестиваля драматические версии романсов Даргомыжского исполнила актриса Елена Морозова под не дающий скучать аккомпанемент трубы Вячеслава Гайворонского, контрабаса Владимира Волкова и рояля Андрея Кондакова. А через два с лишним часа отмечать свое 50-летие на ту же сцену поднялся Алексей Айги – композитор, скрипач, сын поэта Геннадия Айги и лидер группы «4:33».

Вместе с которой в составе «Содружества актеров, музыкантов и…» (сокращенно – САМи) он участвует в Гамлет Story, спектакле, играть который на фестивале вышли трое актеров – Сергей Чонишвили, Сергей Кравченко и Владимир Шнырев.

- Гул затих, я вышел на подмостки, - Чонишвили, читая Пастернака, поднялся со стула за оркестром и протиснулся на авансцену, отталкивая тромбониста «4:33» Эркина Юсупова. Тот возмутился, что-то сказал по-восточному, Чонишвили в ритм ответил, и оба затянули друг друга в пляс, напевая что-то вроде «йорик-йорик, хала-бала…». А потом Юсупов поднес к губам тромбон...

Гамлет Story - это музыка и поэзия, причем Бродского, Самойлова, Тарковского, Кенжеева, Рыжего там много больше, чем Шекспира.

Актеры в черных двойках – Гамлеты наших дней: бизнесмен, шоумен и офицер спецназа

(на экране-заднике промелькнут ролики из их жизни), ходят по сцене, поочередно читают стихи, размышляя о жизни, примеряя на себя вечные маски шекспировского героя, рефлексируя, задавая себе шекспировские вопросы, неизменно присутствующие в стихах настоящих поэтов.

«По стенам хвойные венки. / На сердце тоненькой тоски / дрожит предпраздничный ледок. / Глоток вина. Еще глоток», – озирает окружающее словами Владимира Гандельсмана «бизнесмен» Шнырев.

«Бей же, Гамлет! / Бей без промашки! / Не жалей загнивших кровей! / Быть — не быть — лепестки ромашки, / Бить так бить! Бей, не робей!» - это «спецназовец» Кравченко. «Я добрый, красивый, хороший / и мудрый, как будто змея. / Я женщину в небо подбросил — / и женщина стала моя…»: «шоумен» Чонишвили звучным баритоном читал нам Еременко, а потом устами Гамлета в переводе Злобинского говорил Офелии «не надо было верить – я не любил вас».

И после этих слов подал свою реплику расположившийся слева от артистов еще один полноценный Гамлет, ансамбль «4:33» – многоголосую, страстную реплику на духовых, струнных и барабанах. Инструменты вступали в дело, едва умолкали артисты, подхватывая поэзию на ее накале, выдавая свои мини-сюиты и каждый скрипичный «запил» Айги и проход тромбона Юсупова звучал на уровне строки Кенжеева.

У каждого современного Гамлета была своя Story, каждый решал, быть ему – то есть, одному из нас! – или не быть

И вот, уже почти финал, Гамлеты - 1, 2, 3 - в баре, на экране. Каждый пьет свой крепкий напиток и думает о своем. А говорят за них те, что на сцене. Говорят о вечном – и актуальном. Самое актуальное выбросил в этот вечер в зал Сергей Чонишвили.

«…Не выходи из комнаты! То есть дай волю мебели, слейся лицом с обоями. Запрись и забаррикадируйся шкафом от хроноса, космоса, эроса, расы, вируса!»

Последнее слово было сказано заслуженным артистом РФ через паузу, с нажимом и яростью.