Героический эпос калмыцкого народа «Джангар» складывался на протяжении столетий. Скорее всего, в нынешнем виде он звучал сравнительно позже, в XVII—XVIII веках, как воспоминание о славном героическом времени. В 1940 году в СССР отмечалось 500-летие эпоса – и это справедливо, потому что основа поэм о богатыре Джангаре существовала и в XV веке.
Именно в это время калмыцкий народ, соединившись в «Союз дербен ойратов», начал вести борьбу с иноземными угнетателями и создал свое государство. Такие обстоятельства подталкивают к созданию эпоса.
Изучать литературное наследие калмыцкого народа исследователи начали только в конце XVIII века, и в пушкинские времена русские историки словесности уже знали о Джангаре. А в середине XIX века замечательный монголовед Алексей Бобровников перевел на русский одну из песней поэмы. Перед читателями открылся целый мир древнего кочевого народа, который мечтал о мирном, благодатном существовании, но был вынужден сражаться, переходя от войны к войне. Действия эпоса разворачиваются в вымышленной стране Бумбе. Это счастливый край – Родина, о которой можно только мечтать. И богатыри, имя одного из которых стало названием эпоса, защищают ее от злых сил.
Для калмыков «Джангар» — как «Илиада» для греков, как «Песнь о Роланде» для французов, как сказания о богатырях киевских для русских. Вся жизнь строилась на постижении поэмы, которую знали назубок и вдохновенно рассказывали сказители — джангарчи. Канон поэмы донес до нас знаменитый Ээлян Овла (1857–1920) из поселка Ики-Бухус. В 1990 году в Элисте открыли памятник сказителю.
Перевести такой эпос на русский, сохранив обаяние калмыцкой героики, да так, чтобы стихи захватывали – задача почти неподъемная. Пожалуй, только один человек в середине ХХ века мог с ней справиться – это Семен Израилевич Липкин. Он родился 19 сентября 1911 года в Одессе, в семье портного-меньшевика. Учился в одном классе с Давидом Ойстрахом. Прошел войну, защищал Сталинград. «Свои» стихи десятилетиями писал в стол, но проявил себя как мастер стихотворного перевода, умеющий проникать в культурную ткань восточной поэзии и склонный – как мало кто – к эпическим мотивам. Важнейший культурный проект своего времени – перевод на русский эпоса народов Советского Союза. Липкин отдал этому начинанию не одно десятилетие. Помог нам увидеть мир Джангара художник Владимир Фаворский – столь же взыскательный мастер, как Липкин.
Почему именно нойон Джангар стал любимым героем эпоса? Кажется, он не самый сильный из ойротских богатырей. Савар Тяжелорукий сильнее. Алтан славен мудростью, он – ясновидящий. Но у Джангара есть драгоценная черта: он – справедливый и прозорливый правитель. К тому же он миролюбив и великодушен. Этим он и близок Липкину. Подобно любимым героям других народных сказаний, он многогранен, его характер, его судьбу трудно отделить от судеб народных.
ДЖАНГАР
Перевод Семена Липкина
Песнь первая
- Единственный в древнем роду,
- Джангар, ныне великий нойон,
- Был на пятом своем году
- Стариком Шикширги полонен.
- Изучив подробно дитя,
- Исследовав со всех сторон,
- Истину обретя:
- Из людей он один рожден
- Из начала мира сего
- Стать владыкой мира всего,
- И могучим, и славным стать,
- Ханом семидержавным стать, –
- Старый Менген Шикширги решил
- Джангра убить в молодые года.
- Пятилетний Хонгор тогда –
- Юный сын Менген Шикширги –
- Джангру на помощь поспешил.
- И, припав к ногам Шикширги,
- Хонгор счастье изведал тогда:
- Смерти подвергнуть не дал тогда
- Душу великого Джангра Богдо*.
- Стал раздумывать Шикширги,
- Как убить потаенно дитя,
- Уничтожить нойона-дитя.
- И так решил Шикширги, наконец;
- Может погибнуть этот юнец,
- Если угонит красивый табун
- Сорокатысячный сивый табун
- Ясновидца Алтана Цеджи, –
- Явную гибель найдет нойон,
- Яростною стрелою сражен –
- Ядом напитанной, удалой
- Ясеневого лука стрелой.
- К этому времени Джангар-нойон
- Лета шестого достиг своего.
- Вот однажды отправил его
- Шикширги на великий угон
- Сорокатысячного табуна.
- Оседлав своего скакуна,
- Джангар поскакал на восток.
- Полетел Аранзал, как стрела.
- Оказывался юный ездок
- То спереди, то сзади седла.
- Длиннохребетный конь Аранзал
- Ночи – ночами не считал,
- Утра – утрами не считал.
- Так он три месяца проскакал.
- Черной пыли взвилась полоса,
- Подпирающая небеса.
- Через сорок и девять дней
- Джангар увидел вершину горы –
- Покоилось небо на ней.
- Взобравшись на вершину горы,
- Взглядом холодным окинул нойон
- Землю со всех четырех Сторон:
- Среди золотых горных громад
- Засверкала башня Барвад.
- Заволновался красивый табун,
- Сорокатысячный сивый табун.
- Через истоки множества рек
- Переправился Джангар потом.
- Завладел он могучим скотом,
- Окриком в кучу собрал табун
- И, словно тучу, погнал табун...
- Буре подобны, в густой пыли
- Буйные кони скакали вдали,
- Будто ветру завидовали,
- Будто пугаясь комков земли,
- Что по дороге раскидывали,
- Будто брезгуя прахом земным!
- От развевавшихся конских волос
- Пение скрипок и гуслей неслось.
- Там, где мчались коней косяки,
- Красные разметав пески,-
- Появлялась потом тропа:
- Покрывалась песком трава.
- Увидал Алтан Цеджи:
- Всадник летит, табуны гоня,
- Ни одного не теряя коня.
- Приказал Алтан Цеджи
- Оседлать своего коня.
- "Этот угонщик коней лихих,
- Сизоплешивых коней моих,
- Очевидно, Джангар-нойон,
- Что захвачен был в плен Шикширги.
- В голове Менген Шикширги
- Был задуман этот угон!
- Вижу, заглядывая вперед:
- Прибыл бы Джангар сюда через год,
- Был бы тогда семилетним он,-
- Надо мной одержал бы верх,
- Захватил бы меня в полон,
- Он с престола меня бы низверг!
- Но прибыл сюда шестилетним он,
- Значит, он будет моим теперь!"
- Ясновидец при этих словах
- Ясеневый, шириною с дверь,
- Крепкий достал разукрашенный лук.
- Сел на коня с помощью слуг,
- На восток направил коня.
- Через сорок четыре дня
- Он увидел нойона вдруг
- За тремя истоками рек.
- Сразу прянула с лука стрела,
- Пролетев над истоками рек,
- Джангру в лопатку вошла.
- К мягкой гриве мальчик припал,
- Покинут сознаньем своим;
- Но хозяина спас Аранзал:
- Так поскакал, что дыханьем своим
- Он раздваивал траву!
- Упустив необъятный табун,
- Джангра домчал чудесный скакун
- Прямо до ставки Шикширги.
- Изнемогая, свалился нойон
- Около ставки Шикширги.
- Закричал Шикширги, разъярен:
- "Опротивел мне этот юнец.
- Изрубите его, наконец,
- Искрошите кости его
- И скорее бросьте его
- На съедение курам и псам!"
- Так он жене приказал, а сам
- На себя доспехи надел,
- На темно-карего сел коня
- И поскакал, броней звеня.
- Когда же ханша Зандан Герел
- Собиралась убить Богдо,
- Как повелел ей грозный супруг,-
- Хонгор бросился к матери вдруг,
- Телом своим храня Богдо.
- "Мать, убей и меня с Богдо! –
- Закричал он матери вдруг, –
- Не заноси над ним руки,
- Из лопатки стрелу извлеки!
- Ты, Герел, святая жена,
- Ты самим бурханам равна,
- Если моленьям уступишь ты,
- Трижды переступишь ты
- Через нойона Богдо моего,
- Выпадет сразу стрела из него!"
- Наконец уступила она:
- Видеть сына, молящего здесь,
- Дольше добрая мать не могла.
- Трижды переступила она
- Через Богдо, лежащего здесь.
- Вылезла из лопатки стрела,
- Да наконечник в ране застрял.
- Хонгор крикнул:
- "Заметила, мать,
- Что наконечник в ране застрял?"
- Мальчику так ответила мать:
- "Как-то на следующий год
- После замужества, весной,
- Приключилась беда со мной.
- Делала я кобылицам обход –
- Помню, был хороший удой, –
- Вдруг один жеребец гнедой
- Матку покрыл. В ту пору еще
- Глупой была я, молодой,
- И на них через плечо
- Страстолюбивый бросила взгляд.
- Вот отчего, быть может, стрела
- Выйти из раны теперь не могла!"
- Стала тогда на колени Герел,
- И для горячих молений Герел
- Обе ладони вместе свела.
- Выпала сразу из раны стрела,
- Сразу же Джангар был исцелен.
- Быстро вскочил великий нойон,
- Ханше святой воздал он хвалу,
- С Хонгром обнявшись, пошел к столу,
- Песню дружбы с Хонгром запел.
- Время некоторое прошло, –
- Видит ханша Зандан Герел:
- Не возвращается Шикширги.
- Молвила ханша, вздохнув тяжело:
- "Не возвращается Шикширги,
- А возвратиться время пришло.
- Поезжайте за ним поскорей".
- Оседлав боевых коней,
- С быстротой великой тотчас
- Оба помчались в латах своих,
- В одеяньях богатых своих,
- И Шикширги настигли как раз,
- Когда он судьбой наказан был,
- Когда ясновидцем связан был,
- Когда его дорогого коня
- Уводил Алтан Цеджи...
- Увидал Алтан Цеджи:
- Мчатся могущественные друзья.
- "Мне бороться с ними нельзя,
- Буду сразу же побежден.
- Если соединился нойон
- С Хонгром, – драться напрасно мне,
- Надо сдаваться, ясно мне!"
- И ясновидец, так сказав,
- Ноги Менген Шикширги развязав,
- Навстречу всадникам поскакал.
- Чумбуры* серебряные растянув,
- Железом из лучших желез застегнув,
- Сталью из лучших сталей согнув
- Стройные ноги своих бегунцов,
- Четверо славных храбрецов
- Для беседы сошлись мужской.
- Важный, величественный Цеджи
- С речью к ним обратился такой:
- "Только вот этому Джангру Богдо
- Семь исполнится юных лет,
- С ним сравниться не сможет никто.
- Силой своей удивит он свет.
- Сонмы врагов раздавит он.
- Имя свое прославит он.
- Станут пред ним трепетать враги,
- Счастливы станут народы его.
- Слушайте, Менген Шикширги!
- В эти прекрасные годы его
- Обручите с ханшей Шавдал.
- Перейдите в подданство к нему.
- Передайте все ханство ему,
- Все мирские свои дела,
- Все святые свои дела.
- И когда великий нойон
- Соберет на пир племена,
- В радости вечной пребудет он,
- В изобилье пребудет страна.
- Мне тогда поручит нойон,
- Мне, Алтану Цеджи, возглавлять
- Правую сторону богатырей.
- И прекрасный, как ясный сон,
- Будет Хонгор тогда возглавлять
- Левую сторону богатырей.
- Сорок мы покорим держав.
- В руки свои навеки взяв
- Все дела вселенной всей,
- В красоте нетленной всей
- Бумбы величие распространим -
- Да воссияет из рода в род!
- И в золотом совершенстве тогда,
- В мире, в довольстве, в блаженстве тогда
- Заживет могучий народ".
- Сел Алтай Цеджи на коня,
- Поскакал бронею звеня,
- Свой табун обратно гоня.
- Джангар, Хонгор и Шикширги
- С превеликою быстротой
- К башне помчались Шикширги –
- Тополёвой и золотой –
- И устроили торжество.
- И когда нойон достиг
- Лета седьмого своего,-
- Четыре хана в жены ему
- Дочерей предложили своих,
- И простые нойоны ему
- Дочерей предложили своих,
- Джангар и слушать их не стал,
- Ни с чем они удалились прочь, –
- В жены взял Ном Тегиса дочь –
- Шестнадцатилетнюю Шавдал.
- Взял он в руки мирские дела,
- Взял он в руки святые дела
- И с поры достопамятной той
- Стал величаться в народе своем
- Совершеннейшим сиротой,
- Джангром, единственным в роде своем.
