Текст: ГодЛитературы.РФ
3 октября в Тарусе состоялся юбилейный, сороковой цветаевский праздник. По традиции, он открылся у памятника поэту на высоком берегу Оки. После того, как была зачитана приветственная телеграмма от Ольги Трухачёвой, внучки Анастасии Цветаевой и хранительницы памяти семьи, заместитель генерального директора Калужского объединённого музея-заповедника Ирина Шмытова объявила имя лауреата Областной литературной премии им. Марины Цветаевой. В этом году им стала Анна Бахаева, поэт из города Мещовска Калужской области. Награда вручена за книгу лирики «Превозмогая убыль».
Областная литературная премия имени Марины Цветаевой была учреждена постановлением Губернатора Калужской области в 1997 году, с 2018 года её присуждением занимается Министерство культуры и туризма Калужской области.
Анна Гасымовна Бахаева родилась 16 ноября 1979 года в многодетной семье в городе Ипатово Ставропольского края. В школьные годы печаталась в районной периодике, некоторые стихи звучали в радиоэфире ставропольских литературных передач. В старших классах посещала литературный кружок, который вел директор школы, поэт, члена Союза писателей Ставрополья, Петр Терентьевич Лукашевич. По его совету поступила в Калмыцкий Государственный университет на факультет славянской филологии, который окончила с отличием в 2007 году. Работала в средней школе и Центре дополнительного образования «Воспитание» г. Мещовска, печаталась в журнале «Лиффт», альманахе «Облака», интернет-журнале «45-я параллель». В 2025 году выпустила первую книгу лирики «Превозмогая убыль». Мама шестерых детей.
Творчество
- С утра прикармливаю слух
- и, как заботливый пастух,
- пасу моих овечек —
- три тысячи словечек.
- Пересчитаю по рогам
- весёлый блеющий бедлам:
- не тот! Не та! — и надо
- моё пополнить стадо.
- По склонам вниз, по скалам вверх,
- и что ни шаг — игривей грех,
- и сердце тяжелее,
- и страсти посмелее.
- А помнишь — радостью полна —
- душа порхнула из окна
- в февральскую нездешность,
- в скворечную поспешность,
- где на границе двух миров
- томится Средиземье слов?
- Смелей, первопроходец,
- всем ближним инородец!
- Поэт, прошу, не ошибись,
- за потолок приемля высь
- и мишуру цветную
- за словом налитую
- тугую гроздь... Но, если вдруг
- тебя обманут глаз и слух,
- и вместо агнца на плечах
- приволочёшь унылый прах —
- поверь: в пути тебя вело
- твоё горчичное зерно.
***
- Ты не спишь — и я не сплю.
- Где-то музыка играет,
- пёс соседский завывает.
- Знаешь, дело к сентябрю...
- Я молчу. И ты молчишь?
- Хочешь выглядеть сурово?
- Неотпущенное слово
- обесценивает тишь.
- Жалко мне и жаль тебе
- дней избыточных и чутких,
- где приравнивались сутки
- к целой жизни и судьбе.
- С этой ночи мы вдвоём,
- ощутив друг с другом сродство,
- боль внезапного сиротства
- через осень понесём.
***
- У благодатной осени моей
- еще в запасе пара-тройка дней,
- чтоб луч метнуть — наискосок от дома —
- и золотом червонным обогреть
- готовых не на шутку заболеть
- без тёплых гроз и молодого грома.
- Как покаянно приникает лист
- резьбой кленовой — трепетен и чист —
- ко мху в лесу, к оконному проёму!
- Октябрь, он знать, бывалый казначей —
- коль счет ведёт, не жалуя ночей,
- монеткам в зазеркалье водоёма,
- оброненным берёзами сквозь сон.
- Хоть ярок был над ними небосклон,
- зато земля была намного ближе,
- и вот теперь проворная река,
- нежданные богатства, как рука
- на берега угрюмые нанижет.
***
- Здесь, на чердачной крыше,
- где свален разный хлам,
- снуют бесшумно мыши
- по четырём углам.
- На дно большой корзинки
- залёг соседский кот,
- в коробках ждут ботинки
- сезонных непогод.
- В горшочках для рассады
- теперь почиет тишь...
- Мне лишнего не надо,
- когда ты рядом спишь.
- Здесь в зыбкой полутени
- у нас над головой
- из множества растений
- качнётся зверобой.
- Сквозь сон ты скажешь: «Терпко...
- Я всё же одинок.
- Неужто наша мерка —
- чердачный потолок,
- где взвешены незримо
- все прожитые дни?»
- Не знаю, мой любимый,
- но мы всегда одни —
- хоть в этой жаркой суши
- среди пьянящих трав,
- где сохнут наши души,
- друг дружку обобрав.
- Хоть в нестерпимой грусти
- осенних сборов в лес,
- куда чердак отпустит
- без отступных чудес.
***
- Который день изученным маршрутом
- ступаю по густому перламутру
- остывших луж —
- всё мимо изб с продрогшим палисадом,
- окуренных туманом-самосадом
- под ропот клуш —
- и дальше — мимо — измелевшей речки
- и стен с пробитым стрелами сердечком:
- «Навеки твой»,
- а ветерок колышет сферы яблок
- и сливы разворачивает на бок,
- как рулевой.
- Он и меня на бойком перекрёстке
- направит на танцующие блёстки
- издалека,
- где всякий — Ной — и говорить мне надо ль,
- что я всхожу на древний тот корабль
- уже века,
- что на борту столетьями спасаю
- свою любовь и яблоко кусаю
- из чьих-то рук.
- Хоть познано давно житьё без рая,
- тебе на пробу тоже предлагаю:
- отведай, друг,
- чтобы потом — в настигнутом спасеньи,
- в многоголосой гавани весенней
- на склоне дня,
- ты среди женских лиц, их рук крылатых,
- затылков, спин — причудливо горбатых —
- нашёл меня.
