Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
О новой повести Андрея Анпилова

Сказка Венского леса

О новой повести Андрея Анпилова — и об истории про «Голубой Дунайчик», которая в эту повесть не вошла

Текст: Дмитрий Шеваров/РГ
На фото: художник Дмитрий Степанович Анпилов за работой на студии «Союзмультфильм». 1960-е

В апрельском номере журнала «Новый мир» выходит повесть Андрея Анпилова «Зримый ветер». Стихи Андрея уже давно знакомы нашим читателям, а вот о прозе замечательного барда и поэта мы говорим сегодня впервые.


Эта проза ближе всего к черно-белой фотографии. В ней та же благородная простота. Скупая подсветка любимых лиц.


Повесть «Зримый ветер» посвящена человеку, которого мы знаем с детства по титрам любимых мультфильмов «Умка», «Золотая антилопа», «Снежная королева», «Серая шейка», «Каникулы Банифация» и «Каникулы в Простоквашино». Среди многих имен в титрах мелькнет: Д. Анпилов.

Художник-мультипликатор Дмитрий Степанович Анпилов — отец поэта Андрея Анпилова.

Андрей вспоминает: «В раннем детстве я верил в мультипликацию, как в Деда Мороза. Тем более что и тем и тем был один и тот же человек — папа. Как потом оказалось…»


Андрей всегда вспоминает об отце на своих бардовских вечерах. Это не по сценарию происходит, а просто в какой-то момент Дмитрий Степанович оказывается в сюжете рассказа, стихов или песни.


Так, в прошлом году на вечере в детской библиотеке Андрей спел песню «Голубой Дунайчик», а перед этим рассказал одну историю. На днях я написал Андрею письмо, чтобы узнать, вошла ли эта история в повесть. Оказалось, нет, не вошла. И тогда я попросил Андрея рассказать ее читателям «Календаря поэзии».

Прежде чем предоставить слово Андрею, надо еще сказать: точка в истории про «Голубой Дунайчик» еще не поставлена. Андрей по семейным обстоятельствам живет сейчас в Вене. На берегу голубого Дуная.

Итак, рассказывает Андрей Анпилов:

«Отец окончил войну в Таллине, он был авиамеханик в эскадрилье ночных бомбардировщиков «Тазуя». И до 1946-го оставался на службе там же, в Эстонии.

Вспоминал, что в Таллине после войны недорогие пивные назывались «Голубыми Дунайчиками». Были такие «Голубые Дунайчики» и в других городах. И в Москве, конечно.

По выходным отцу вручали меня, маленького, и отправляли гулять по городу. Мама знала, что с ребенком отец не пойдет в компанию к бывшим фронтовикам. Так и было — отец мне издали показывал заведение в районе Марьиной Рощи, где мы жили — вот «Голубой Дунайчик». А внутрь мы не заходили.

Больше всего отец любил в музыке Моцарта. Но и Штрауса близко к сердцу держал и насвистывал и «Сказки Венского леса», и «На Голубом Дунае». И однажды повел меня в Кинотеатр повторного фильма, чтобы я увидел «Большой вальс», довоенный американский фильм, отец его обожал, как клочок мирной веселой жизни.

В кино я увидел, как Штраус едет с подругой утром по Венскому лесу и вдруг начинает сочинять на ходу.

На самом деле Венский лес — это не плоскость, а гора, заросшая лесом и виноградниками. Там даже две горки — Каленберг и Леопольдберг. Я был поражен, когда много лет спустя увидел их впервые, так фильму верил…

А Вену освобождал старший брат отца, полковник Иван Анпилов, командир артиллерийского полка. Он с довоенных времен был профессиональным офицером, война и служба были его работой, он ей подходил.

А отцу в мирное время больше шла мирная жизнь».

Кстати, совсем скоро, 13 апреля, исполнится 75 лет со дня освобождения Вены.

Перед вами песня

Голубой Дунайчик
Чёрно-белый мир,
скупой, послевоенный,
Еле выживший,
глядит на белый свет,
Как в измученной шинельке
немец пленный,
Нету слов,
да и губной гармошки нет.
Кроме флагов,
всё вокруг родного цвета
Штукатурки или снега,
всё подряд.
Что мой папа молча
думает про это,
Я не знаю, я всему на свете рад.
Он художник и солдат, я только
мальчик,
И помельче в лужах делаю шаги,
Знаешь, есть тут Голубой
один Дунайчик,
Там пьют пиво вечерами мужики.
Говорит мне это папа, улыбаясь,
Только мы пойдём
сегодня не туда.
Не сегодня я в Дунае искупаюсь,
Не сегодня и не завтра, никогда.
Мне мерещится неведомо откуда,
И за каждым возникает за углом
Голубое мироздание, как чудо,
Хрусталём переливаясь и теплом.
Там, где мужики
сметают пира крошки,
Празднуя победу вечно над судьбой,
Ангелы играют на губной гармошке
Пленный вальс,
Дунайчик этот Голубой.

26.03.2020

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ