САЙТ ГОДЛИТЕРАТУРЫ.РФ ФУНКЦИОНИРУЕТ ПРИ ФИНАНСОВОЙ ПОДДЕРЖКЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО ПЕЧАТИ И МАССОВЫМ КОММУНИКАЦИЯМ.

В помощь школьнику. 9 класс. А. С. Грибоедов. «Горе от ума» (1824)

1-я неделя ноября. Александр Андреевич Чацкий против всех. Кто победит — высокодуховный молодой человек, только что приехавший из-за границы, или московское светское общество?

ГодЛитературы.РФ
ГодЛитературы.РФ

Текст: Ольга Разумихина

В российской — да и в мировой — литературе не так уж часто случается, что какой-либо автор обеспечивает себе мировую известность благодаря одному-единственному произведению. И не потому что остальные его работы никто не читал, а потому что их попросту нет.

Знаменитых «авторов одной книги» можно пересчитать по пальцам. Это:

Эмили Бронте, написавшая роман «Грозовой перевал» (1847) и ещё несколько десятков стихотворений, писем и эссе;

Маргарет Митчелл, автор произведения «Унесённые ветром» (1936) — да-да, того самого, по мотивам которого сняли оскароносный фильм с Вивьен Ли;

Мариам Петросян, создавшая невероятно трогательную книгу «Дом, в котором...» (2009) — титанических объёмов роман принёс ей ворох наград, в том числе почётную Русскую премию, но писательница заявила, что новых работ от неё ждать не следует.

С рядом оговорок сюда можно добавить Джерома Дэвида Сэлинджера, автора «Над пропастью во ржи», — хотя у него помимо романа о разочаровавшемся в жизни подростке Холдене Колфилде есть ещё несколько замечательных рассказов, — и Марка Агеева («Роман с кокаином»). Правда, об этом писателе известно даже меньше, чем о Сэлинджере, и ряд литературоведов считает, что Агеев — литературный псевдоним кого-то из матёрых классиков, возможно, даже Набокова.

Однако Александр Сергеевич Грибоедов — пожалуй, самый известный автор, оставивший потомкам только одну книгу. Зато какую!

Горе уму

Первоначальный вариант названия комедии — не «Горе от ума», а «Горе уму» — наглядно иллюстрирует трагический жизненный путь А. С. Грибоедова (1795-1829).

Будущий классик был самым что ни на есть вундеркиндом. Чуть ли не с младенчества он демонстрировал исключительные способности к языкам: в шесть (это не опечатка!) лет он уверенно изъяснялся на английском, французском и немецком, а в течение следующих десяти лет выучил ещё три языка. Да что там языки: в институт он поступил в возрасте 11 лет, а выпустился оттуда в 13! В возрасте, когда ребята, в большинстве своём, носятся по голубятням и рушат снежные крепости, Сашенька Грибоедов стал кандидатом наук в области словесности: один случай на несколько миллионов!

Некоторые исследователи, впрочем, утверждают, что это не совсем правда. Мол, Грибоедов родился вовсе не в 1795, а на три года раньше. Но даже если так — много ли вы знаете шестнадцатилетних бакалавров?

Неудивительно, что одного диплома будущему классику оказалось мало, и в 1811 году Грибоедов снова поступил в Московский университет — теперь на юридическое отделение философского факультета. Как обычно, молниеносно получил диплом — и заинтересовался уже математикой и естественными науками, которые, скорее всего, и изучал бы дальше... Но началась война, и Грибоедова отправили сражаться с Наполеоном.

Оставив же службу в армии, Александр Сергеевич решил образование не продолжать, а стать дипломатом. Его карьера, начавшись в 1818 году, трагически окончилась спустя 11 лет. Грибоедова, как и всех остальных сотрудников посольства России в Тегеране, убили религиозные фанатики. Его тело было буквально разорвано на части, и труп Грибоедова сумели опознать только по шраму, за несколько лет до этих событий полученному на дуэли.

Поединки между дворянами, отстаивающими свою честь, в XIX веке были не редкостью. Но блистательный Грибоедов «очернил» себя перед властью не только участием в дуэлях, но и многочисленными оппозиционными высказываниями. И комедия «Горе от ума» представляет собой именно такое высказывание — недаром при жизни автора пьесу было запрещено публиковать, а также, разумеется, ставить на театральной сцене.

Но что же там такого скандального? Вспоминаем.

Мы к вам приехали на час

Первая половина 1820-х. Наполеоновская армия побеждена, и Москва, которую, как мы знаем из уроков истории, пришлось отдать врагу, понемногу возрождается из пепла, а великосветское общество снова преклоняется передо всем французским — несмотря на то, что именно с Францией им самим, их детям и товарищам только что пришлось сражаться. Именно в это непростое время в Москву из-за границы возвращается Александр Андреевич Чацкий — сирота, который воспитывался в доме богача Фамусова.

О родителях Чацкого в тексте пьесы ничего не говорится: скорее всего, они умерли, когда мальчик был совсем маленьким. Почему же Фамусов взял «подкидыша» на воспитание? Очевидно, потому, что его родители доводились тому друзьями или дальними родственниками. Но если в наши дни взять под своё крылышко сироту — почти что подвиг, в XIX веке это была распространённая практика, особенно среди богачей, которым ничего не стоит прокормить малыша и дать ему образование. Тем более что «заниматься» с детьми — кормить, гулять, укладывать спать, вместе учить уроки и тому подобное — среди дворян было не принято: всем этим занималась прислуга.

Более того: дворянские дети чаще всего имели какое-никакое наследство. Помните, в «Недоросле» Скотинин сватается к сиротке Софье, потому что хочет завладеть её деревеньками, где водятся огромные свиньи? Вот и у Чацкого, очевидно, наличествует какой-никакой «стартовый капитал» (не случайно «приёмный папаша» советует ему: «Именьем, брат, не управляй оплошно»). Если бы капитала не было, то не факт, что Фамусов взял бы на себя расходы, связанные с трёхлетним пребыванием Чацкого за границей. А тут — и Фамусову хорошо (светское общество считает его покровителем обездоленных — ну, как минимум одного обездоленного), и Чацкому: всё-таки он растёт не в приюте или не в деревне у какой-нибудь неотёсанной троюродной тётки, а в богатом доме; сыт, одет, получает образование, встречается с людьми из высшего общества.

Естественно, Фамусов, который, хотя и не участвовал в духовном воспитании юноши, но обеспечивал его всем необходимым, считает, что тот должен быть ему благодарен. Но — вот сюрприз! — за границей Чацкий приобрёл не только знания по разным научным дисциплинам, но и гуманистические убеждения. Люди, которые долгие годы составляли его окружение, стали ему отвратительны — из-за их лицемерия, невежества, преклонения перед богатством и славой. Вот какой монолог произносит главный герой комедии, едва вернувшись домой и встретившись с Софьей — семнадцатилетней дочерью Фамусова:

  • Ну что ваш батюшка? всё Английского клоба*
  • Старинный, верный член до гроба?
  • Ваш дядюшка отпрыгал ли свой век?
  • А этот, как его, он турок или грек?
  • Тот черномазенький, на ножках журавлиных,
  • Не знаю, как его зовут,
  • Куда ни сунься: тут как тут.
  • В столовых и в гостиных?
  • <...>
  • А наше солнышко? наш клад?
  • На лбу написано: Театр и Маскерад;
  • Дом зеленью раскрашен в виде рощи,
  • Сам толст, его артисты тощи. <...>
  • А тот чахоточный, родня вам, книгам враг,
  • В учёный комитет который поселился
  • И с криком требовал присяг,
  • Чтоб грамоте никто не знал и не учился?
  • Опять увидеть их мне суждено судьбой!
  • Жить с ними надоест, и в ком не сыщещь пятен?
  • Когда ж пространствуешь, воротишься домой,
  • И дым Отечества нам сладок и приятен!

*Английский клоб (Английский клуб) — место, где дворяне XVIII-XIX в. встречались и проводили время за обедами и карточной игрой. Члены клуба во многом определяли общественное мнение. Список участников был ограничен, присоединиться к объединению можно было только после тайного голосования.

Но что же Софья — некогда его самая близкая подруга? Она не разделяет мнений Чацкого. «Вот вас бы с тётушкою свесть, / Чтоб всех знакомых перечесть», — отвечает девушка; зритель замечает, что она ждёт не дождётся, чтобы Чацкий побыстрее ушёл. И это тот самый Чацкий, который чуть не загнал коней, лишь бы увидеться с прелестницей с утра пораньше!

Бедняга не знает, что сердце Софьи уже занято. И покорил её не кто иной, как Молчалин — секретарь Фамусова, которого её отец никогда в жизни не стал бы рассматривать как потенциального зятя. Но «худородное» происхождение Молчалина — лишь полбеды. Увы, молодой человек любезничает с Софьей только потому, что с детства обучен потакать капризам богачей. Вот какой диалог происходит в четвёртом действии между ним и служанкой Софьи Лизой, которую он оказывает недвусмысленные знаки внимания:

  • Лиза
  • И вам не совестно?
  • Молчалин
  • Мне завещал отец:
  • Во-первых, угождать всем людям без изъятья;
  • Хозяину, где доведется жить,
  • Начальнику, с кем буду я служить,
  • Слуге его, который чистит платья,
  • Швейцару, дворнику, для избежанья зла,
  • Собаке дворника, чтоб ласкова была.
  • Лиза
  • Сказать, суда́рь, у вас огромная опека!
  • Молчалин
  • И вот любовника я принимаю вид
  • В угодность дочери такого человека...

Конечно, жаль, что Софья влюбляется в недостойного Молчалина, а не в образованного и утончённого друга детства. Но с каждой страницей комедии мы всё сильнее убеждаемся, что у Чацкого не было ни единого шанса покорить сердце красавицы.

Это фиаско

Идеи Чацкого, на первый взгляд, совершенно справедливы. Конечно, не следует чрезмерно увлекаться всем зарубежным — иначе получается «смешенье языков французского с нижегородским», и это не возвышенно, а, наоборот, очень смешно. Разумеется, нельзя ставить материальные ценности выше духовных, и призывы «собрать все книги и сжечь» недопустимы. И уж естественно, власть предержащие должны заботиться о подчинённых, и «Ментор негодяев знатных», который выменял своих преданных слуг на «борзые три собаки», достоин только осуждения.

Но — и в комедии «Горе от ума», и в жизни — важно не только то, что человек говорит, но и то, как он это делает.

Представьте, что вы пришли на день рождения к другу. Родители именинника тактично оставили вашу компанию без надзора и даже — о чудо! — выдали сыну пятьсот рублей. Что вы сделаете? Разумеется, накупите чипсов и газировки, поставите модную музыку, выкрутите на максимум ручку усилителя и приметесь танцевать. Если в этот день вы и будете вести какие-то обстоятельные беседы, то это, скорее всего, будет обмен анекдотами или сплетнями, но никак не диспуты о смысле жизни.

И вдруг — на вечеринку врывается новое лицо: паренёк, который учился с вами несколько лет назад, а затем перешёл в другую школу. Он встаёт в самом центре танцпола и начинает кричать: «Ребята, вы что?! Одумайтесь! Как вы можете есть эту заморскую гадость? Вы даже не представляете, сколько в ней химии! А что это за ужасная музыка? Это же попса! В ней нет души! А ну-ка срочно поставьте Вивальди или Чайковского

Разумеется, такой персонаж не продержится на вечеринке и минуты: его сразу же вытолкают (или, как в случае с Чацким, признают сумасшедшим).

Этот пример может показаться утрированным, но он недалёк от истины. Чацкий всю пьесу только и делает, что критикует, критикует, критикует. На свои «мишени» он нападает нахрапом, прежде чем люди успевают понять, в чём, собственно, дело. Бедный Фамусов даже затыкает уши — а Чацкий продолжает проповедовать. Возможно, кто-то из светских львов и прислушался бы к мнению молодого человека, если бы он вёл себя более уважительно, — но главный герой не утруждает себя тем, чтобы найти подход к каждому из хорошо забытых знакомых.

Что до Софьи, то она имеет ещё одну вескую причину не прислушиваться к пылкому «карбонари»: за три года, которые Чацкий провёл за границей, он не написал возлюбленной ни одного письма! Понятно, конечно, что студенческая жизнь увлекает, — но не до такой же степени! Поэтому в разговоре с Лизой Софья совершенно справедливо замечает:

  • Да, с Чацким, правда, мы воспитаны, росли:
  • Привычка вместе быть день каждый неразлучно
  • Связала детскою нас дружбой; но потом
  • Он съехал, уж у нас ему казалось скучно,
  • И редко посещал наш дом;
  • Потом опять прикинулся влюблённым,
  • Взыскательным и огорчённым!..
  • Остёр, умен, красноречив,
  • В друзьях особенно счастлив,
  • Вот об себе задумал он высоко...
  • Охота странствовать напала на него,
  • Ах! если любит кто кого,
  • Зачем ума искать и ездить так далеко?

Вытерпеть три года разлуки с любимым человеком — нелёгкая задача: для этого требуется исключительное терпение. Но ждать три года того, кто не прислал тебе из-за рубежа даже завалящей открытки, — это уже не подвиг, а, скорее, глупость. А Софья — при всех её недостатках — девушка смекалистая: недаром её имя переводится с греческого как «мудрость». Так что, думается, Грибоедов высмеивает не только представителей фамусовского общества, но и главного героя (хотя, конечно, и сочувствие он вызывает намного большее, чем все эти Скалозубы и Тугоуховские).