Текст: Павел Басинский/РГ
Это сегодня самый известный китайский писатель не только в Китае, но и во всем мире. Его роман "Красный гаолян" и одноименный фильм режиссера Чжана Имоу, показанный на Берлинском фестивале в 80-е годы, взорвали мировой кинематограф, став первым прорывом Китая на мировой кинорынок. Один китайский критик сказал о нем: "В Китае нет образованного человека, который бы не знал Мо Яня". Его эпические романы "Лягушки", "Устал рождаться и умирать" и "Смерть пахнет сандалом" переведены на многие языки мира. В 2012 году Мо Янь заслуженно удостоился Нобелевской премии по литературе за "его галлюцинаторный реализм, который объединяет народные сказки с историей и современностью".
Роман "Смерть пахнет сандалом" в переводе Игоря Егорова и Кирилла Батыгина в прошлом году победил в номинации "Иностранная литература" российской международной премии "Ясная Поляна".
Этот роман огромен, как крепость: в него трудно войти, но если войдешь - не выйдешь до конца. Его прочтение дает невероятное наслаждение и гордость от прикосновения к подлинной китайской культуре. Это роман-опера. Он совершенно уникален - редчайшее сочетание истории, страсти и искусства. И перевод выполнен блестяще.
Мо Янь посещает Россию уже в четвертый раз. До этого он побывал в Сибири и на Дальнем Востоке, посетил Сахалин ради своей исключительной любви к Чехову, был участником Московской международной книжной ярмарки. Бывал и в Ясной Поляне, на родине своего самого любимого русского писателя Льва Толстого, огромное влияние которого на свое творчество он неизменно подчеркивает.
И вот - Санкт-Петербург. Достоевский - второй после Толстого кумир Мо Яня. А в Александринке был показан спектакль по роману Мо Яня "Устал рождаться и умирать".
Затем - станица Вешенская Ростовской области, где родился его третий кумир - Михаил Шолохов. "Тихий Дон" он перечитывал много раз, и влияние этого романа также есть в его творчестве.
В то же время Мо Янь - писатель европейской и вообще мировой культуры. Он наследует разным писателям Европы, США и Латинской Америки: Франсуа Рабле, Уильяму Фолкнеру, Габриэлю Гарсия Маркесу. Но влияния, а самое ценное в этом писателе - его китайская идентичность, глубочайшая укорененность в китайскую культуру, в фольклор, в мифологию и даже в традицию оперного народного пения. Свой роман "Смерть пахнет сандалом" он называет "оперой".
В России романы Мо Яня пользуются удивительным успехом, несмотря на их крайне сложную формальную структуру и такую же крайне специфическую китайскую проблематику. На спектакле "Лягушки" в Пермском драматическом театре, который поставил тогда еще будущий главреж Александринки Никита Кобелев, были непрерывные аншлаги, при том, что спектакль длится четыре с половиной часа. Такой же аншлаг был недавно в Александринке на премьере "Устал рождаться и умирать". И то же самое - на представлении "Лягушек" в Москве на Таганке.
Романы Мо Яня в русских переводах стали бестселлерами.
С чем это связано? Конечно, во-первых, с талантом этого писателя. Но во-вторых, с нашим особым интересом к Китаю сегодня. Это наш сосед и стратегический союзник в непростое для России время. И это страна, в которой хотят побывать россияне, узнать ее, и, может быть, полюбить. И вот если вы хотите почувствовать Китай - а это очень сложно, - сначала прочитайте Мо Яня. Вы многое узнаете об этой стране, даже не побывав в ней. И главное - узнаете то, что не увидите, даже в ней побывав.
На пресс-конференции в издательстве "Эксмо" тоже был журналистский аншлаг. Мо Янь, только что вернувшийся из Вешенской, где его принимал внук Михаила Шолохова Александр Шолохов, был заметно уставшим (все-таки в этом году ему исполнился 71 год), но мужественно держался до конца и на все вопросы отвечал вежливо и подробно.
Обозревателю "РГ" удалось взять у Мо Яня эксклюзивное интервью.
Рассказ на 80 иероглифов
Вы не впервые в России. Побывали в Сибири, на родине Виктора Астафьева и Валентина Распутина, на Дальнем Востоке, на Сахалине, в Москве. Теперь - Санкт-Петербург, Вешенская, опять Москва, подмосковное Переделкино... С чем связан такой интерес к нашей стране? Он прежде всего - литературный?
Мо Янь: В детстве и отрочестве я очень много читал русскую и советскую классику. "Как закалялась сталь" Николая Островского мы изучали в школе. Очень много читал Максима Горького. Затем - Толстой, Достоевский, Чехов. И конечно, я всегда мечтал увидеть страну, где жили эти писатели. Наверное, главная причина - литературный интерес.
Тогда вам нужно обязательно проплыть по Волге, если у вас такой интерес к Горькому.
Мо Янь: Обязательно сделаю это в следующий раз.
Вы - единственный китайский писатель, романы которого так широко ставятся на российской сцене. Это и Псковский драматический театр, и Театр Наций, и Александринка, и вот теперь - легендарная Таганка. Я знаю, что спектакль "Лягушки" вызывает большой отклик в женских сердцах. Речь в романе и в спектакле идет о политическом периоде Китая, связанном с ограничением рождаемости и принудительными абортами. Это больная тема, и она не может не трогать женщин. Однако в Европе, Америке и отчасти сегодня даже в России побеждает другая тенденция. "Чайлд-фри" (без детей), однополые браки, "мое тело принадлежит мне" и другие вещи, которые диктует феминизм. Что именно вы хотели донести вашим романом? В России он почему-то наиболее популярен.
Мо Янь: Действительно, толчком к написанию этого романа была политика ограничения рождаемости. Но на самом деле я хотел в этом романе рассказать о судьбе простого человека. Главная героиня - врач. И, как врач, она хочет, чтобы как можно больше детишек рождалось на свет. С другой стороны, как чиновница, она активно участвует в политике ограничения рождаемости и, соответственно, обязана выполнять те приказы, которые ей посылают сверху. Это противоречие она пытается решить в себе самой. На этом человеческом конфликте и построен весь сюжет романа и пьесы. Это тот крик души, который возникает в каждом человеке, когда его ставят лицом к лицу перед невозможным выбором.
Кстати, политика рождаемости сейчас отменена. Только за прошлый год в Китае родилось больше семи миллионов детей. Но появляется новая проблема. Многие семьи уже сами не хотят иметь детей. Раньше им не разрешали, теперь сами не хотят.
И - это уже новое противоречие.
Роман "Смерть пахнет сандалом" вы называете романом-оперой. Обычно опера создается вслед за романом, с определенной адаптацией его текста в либретто. Но я не знаю случая, чтобы роман создавался как опера. В чем состоял ваш замысел?
Мо Янь: В этом романе я хотел отойти от тех традиций, которые заданы западной литературой. В Китае есть народная опера, которая исполняется просто на площадях. Я хотел это отобразить в своем романе.
Я знаю, что вы до сих пор предпочитаете писать от руки, а не на компьютере. Сегодня это видится либо как архаизм, либо как писательский изыск. С чем это связано? Вам нравится самому рисовать иероглифы?
Мо Янь: Все гораздо проще. Если вы пишете по-китайски на компьютере, то сначала появляется набор иероглифов на экране. И чтобы выбрать тот или иной иероглиф, вам нужно проделать определенное усилие. Мне гораздо проще сделать это от руки.
Во время пресс-конференции вы сказали, что написали очень сложный рассказ, который состоит из 80 иероглифов. Кирилл Батыгин объяснил мне, что это примерно то же, что рассказ из 80 слов на русском языке. Что это значит? Вы уходите от эпических повествований, ищете новых минималистических форм?
Мо Янь: Вы правы. Наверное, сейчас я иду по пути поиска малых форм, через которые я хотел бы донести до своего читателя такие же большие смыслы.
