Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Владимир Григорьев книжный фестиваль красная площадь

Книжная площадь. Интервью с замглавы Роспечати В. В. Григорьевым

В пятницу в самом центре Москвы начинается главное книжное событие года — фестиваль «Красная площадь»

Интервью: Игорь Вирабов/РГ
Фото: Сергей Куксин/РГ

Парад на Красной площади — это же мечта поэта. Сколько мальчишек с радостью и грохотом проехало бы по этой брусчатке на танке «Армата» верхом! Да и девчонки, подозреваю, готовы помахать им платочком. Или палочкой для селфи… Ну и что же им (а также их родителям) мешает: думаете, танки проехали  и все, парады кончились? Ошибаетесь. Парад только начинается — только шеренгами тут выстроятся книги. И чеканить шаг в меру талантов пойдут писатели. И армия читателей, конечно, тут же.
Для этого парада сейчас самое время: накануне дня рождения «нашего всего», Александра Сергеевича Пушкина, открывается главный книжный фестиваль страны. Неслыханное дело, не бывало здесь такого прежде — только в прошлом году и случилось впервые. Светлый, летний, яркий праздник — вдумайтесь: ли-те-ра-ту-ры. Чтения и размышления. Прошло, и все? Не тут-то было. Через год на том же месте… Любопытство привело нас накануне фестиваля к заместителю главы Роспечати Владимиру Григорьеву. С ним и поговорили об этом уникальном параде.

Владимир Викторович, вот откроется книжный фестиваль третьего июня, уже во второй раз. И что же, вы вы действительно уверены, что он станет ежегодным? Хлопотное дело, беспокойное место — самый центр столицы…
Владимир Григорьев: Да, в прошлом году мы обратились к президенту страны с предложением сделать фестиваль ежегодным, приурочив его ко дню рождения Александра Сергеевича Пушкина и Дню русского языка — 6 июня. И теперь это не просто фестиваль, который проходит на Красной площади, теперь это действительно ежегодный книжный фестиваль «Красная площадь».

Чем порадует фестиваль в этом году?
Владимир Григорьев: Площадка фестиваля уже традиционно будет разбита по жанрам. Детская и образовательная литература, научная, научно-популярная или, как сегодня принято называть, нон-фикшн, художественная литература и литература региональных издательств. В ГУМе на первой линии, как и в прошлом году, расположатся букинисты и антиквары.


В программе порядка 400 мероприятий, больше 100 из них пройдет на детской площадке.


Откроется отдельный павильон «Москва — книжная» с шатром «Библиотека». Первую публичную библиотеку, между прочим, в XVIII веке открыли купцы Киприановы, отец и сын, как раз на Красной площади, в «полатке» у собора Василия Блаженного. Вполне логично, что московское библиотечное сообщество станет частью фестиваля. Как и электронная книга, которая разместится там же.

В программе выделен отдельно «день кино» — 4 июня. Как книжный фестиваль вписался в Год кино?
Владимир Григорьев: Органично. Фильмы, созданные по произведениям современной и классической русской литературы, будут демонстрироваться на Красной площади нон-стоп. Будут ещё встречи с режиссёрами, сценаристами, продюсерами, презентация новых кинопроектов, дискуссии о переводах с языка литературного на язык кинематографический…

Станет ли «Красная площадь» международной — и ждать ли в этом году иностранных гостей?
Владимир Григорьев: В этом году 25-летие СНГ  и этот тематический акцент мы перенесли на осеннюю Московскую международную книжную ярмарку. Там страны СНГ будут коллективным почетным гостем. Это не помешает нам вернуться к этой теме в следующие годы.


Хотя и через год, и через два — всегда 6 июня будет Пушкинским днем на фестивале,  будем вспоминать Пушкина, играть Пушкина, организовывать видеомосты c «намоленными» пушкинскими местами — Пушкиногорьем, с петербургской Мойкой, 12 и т.д.


Это же и День русского языка, и мы попросили спикера Госдумы Сергея Евгеньевича Нарышкина поздравить с Красной площади всех пушкинистов, филологов, преподавателей, библиотекарей, российских читателей с этим выдающимся праздником.

Когда-то привычным в обиходе книголюбов было словосочетание «книжная ярмарка» — вы же от слова «ярмарка» ушли, оставив только «фестиваль». Это принципиально?
Владимир Григорьев: Слово «ярмарка» в принципе связано с историей Красной площади, и меня оно не смущает, но


у нас  именно фестиваль.


В программе — более сотни мероприятий на каждый из 4-х дней: литература и театр, литература и кино, литература и музыка, литература и наука и просто литература как философия жизни.

Судя по программе, тут готовится целая армия звезд — театра, музыки, кино. Тут и РАМТ (Молодежный театр), и МХТ, и Центр Мейерхольда, и Таганка. Обещают и премьеры — а вы сами что-то посмотрите?

Владимир Григорьев: Постараюсь поспеть везде, хотя понимаю, что это невозможно. Но выступления перечисленных вами коллективов не пропущу, как и (уже в моём графике) десяток книжных презентаций, и пять лекций выдающихся отечественных учёных.

И все-таки, для вас — какое событие станет кульминацией фестиваля?
Владимир Григорьев: Для меня кульминация наступит 7-го июня утром, когда я проснусь и пойму, что все прошло успешно. Постараюсь в идеале совместить приятное с полезным, целый ряд мероприятий планирую посетить с семьёй.

На фестивале уже, кстати, аккредитовано 700 журналистов. Не многовато?
Владимир Григорьев: Много — не мало. Аккредитовалось более сотни отечественных и зарубежных СМИ. Цифра 700 получилась благодаря большим телевизионным группам, дюжине ТВ-каналов, которые тоже аккредитовались. Постараемся с помощью коллег-журналистов показать и рассказать о фестивале стране и миру.

Cтолпотворение в центре Москвы — дело всегда непростое. Как тут с вопросами безопасности?
Владимир Григорьев: Красная площадь — территория ответственности федеральной службы безопасности, настоящих профессионалов своего дела. Так что никто не нарушит ни зрительский, ни читательский покой, не сможет отвлечь от удовольствия приобщения к литературе. Кстати, в прошлом году произошли два мелких инцидента, которые ни организаторы, ни посетители даже не заметили.

Ждать ли в этом году на фестивале первых лиц государства?
Владимир Григорьев:


Всемирно известные читатели поучаствуют в работе фестиваля.


Дмитрий Анатольевич Медведев фестиваль откроет, Сергей Евгеньевич Нарышкин, как я уже сказал, откроет Пушкинский день. А Владимир Владимирович Путин  в зависимости от его графика. Если будет в Москве, то, надеюсь, придет.

ФЛЕШМОБ ВОКРУГ ПЛОЩАДИ

Читателям, писателям и книгам вход на Красную площадь — свободный, билетов не надо — это радует. Издательства уже пообещали книги продавать процентов на 20 дешевле — тоже прекрасно. Но гости фестиваля знают и другое: магазинов книжных больше не становится, цены на книги растут на глазах. Как это печальное знание сочетается с фестивалями, популяризацией чтения, воспитанием интереса к книге?
Владимир Григорьев: Очень надеюсь, что состоится «индустриальная», деловая встреча с премьер-министром страны.


Обсудим проблемы, которые мешают развитию книгоиздания, как бумажного, так и электронного. Постараемся вычленить болевые точки, которые можно излечить при поддержке государства.


Как вам такая новость: в технопарке у метро «Строгино» открылся пункт приема литературы, где москвичи продают свои книги по 7 рублей за кг. Организаторы уверяют, классику, энциклопедии несут охотно. Им можно верить — я вот недавно у себя в подъезде подобрал выброшенный 4-томник Юрия Трифонова! Я-то рад, и в Строгино, наверно, тоже бизнесом довольны. Но как-то это «со слезами на глазах»…
Владимир Григорьев: Какой ужас! И это при том, что библиотеки по всей стране нуждаются в книгах, при том, что достаточно одного активного и неравнодушного гражданина, чтобы организовать буккроссинг. Есть и объективные причины. Выпускается много новых книг, читатели обновляют свои домашние библиотеки, растёт юное поколение, которое предпочитает читать с электронных носителей (у меня у самого на айпаде закачано 3,5 тысячи текстов, хотя использую его только в путешествиях). Сама традиция собирать домашние библиотеки если не притормозилась, то реформировалась…

Такое ощущение, что в Петербурге книжных магазинов больше, чем в Москве. Почему так?
Владимир Григорьев: Да, питерцам повезло больше. По статистике, в Петербурге — один магазин на 30 тысяч населения, а в Москве — один на 50. В Москве, правда, есть уникальные «Библио-Глобус», «Республика» и «Москва», хотя Петербург по праву гордится «Домом Зингера» и «Буквоедом».

«Красная площадь» открывает лето. А много у нас еще книжных праздников помельче или проектов «районного масштаба» — как, например, «Книги в парках», когда читатель встречается с книгой недалеко от дома, в близлежащем сквере или на бульваре?
Владимир Григорьев: В Москве проходит три большие книжные ярмарки. В промежутках между ними постоянно происходят какие-то литературные события «в клубах». Достаточно популярными стали встречи с авторами. Книжные магазины нон-стоп работают по продвижению и пропаганде книг. И центральные, и районные библиотеки активно во всем участвуют. Я сам дважды с удовольствием водил свою семью на литературные вечера в библиотеку Достоевского, в т.ч. «Книги в парках»  действенный и шикарный формат. Надеюсь, Москва и другие  города от него не откажутся.

На фестивале пройдет «флешмоб» астраханских и московских студентов — будут читать А. С. Пушкина вслух и онлайн. Это стало модно, классику читают вслух в телеэфире, в интернете, привлекая звезд и широкие массы. Дело вроде красивое, благородное. Но если вдуматься — откроется ли такой Пушкин или Толстой-лайт читающим на бегу? Чтение вроде бы дело неспешное, уединенное… Какой же смысл в таких «флешмобах»?
Владимир Григорьев: Пропагандой (в хорошем смысле этого слова) чтения и книги надо заниматься всегда и везде. Одним фестивалем «Красная площадь» не закроешь все проблемы с потерей интереса к чтению, особенно у детей, накопившиеся за последние 25 лет. А это действительно важная составляющая часть нашей жизни.
Вот посмотрите: учебники во всех школах одни и те же, из одних выходят более, из других менее подготовленные дети. Едва ли не все, мне кажется, зависит от комбинаторики «преподаватель/семья». К счастью, во многих семьях сохранили традицию читать с детьми на ночь.


Повезло с учителем словесности  и дети влюблены в книгу, в литературу. Не повезло  ненавидят.


Умение привить любовь к литературе — серьезнейшая наука. Вот мы запустили три года назад конкурс «Живая классика», ежегодно в нем участвуют два миллиона школьников…

И в этом году суперфинал «Живой классики» пройдет как раз на Красной площади»…
Владимир Григорьев: Именно так. Но конкурс, в котором задействованы библиотекари, учителя, родители и 2 млн детей во всех регионах страны лишний раз наглядно подтверждает, что в стране — десятки тысяч неравнодушных людей, готовых помочь детям полюбить книгу; а там, где появляются люди неординарные, с горящими глазами,  все получается. Придумали и передали этот конкурс в Минобразования, надеюсь, они его будут развивать.
Наверное, ничего нового не скажу. Вспоминаю, у дочери в десятом классе, хороший учитель словесности — и 90 процентов её одноклассников любят литературу. Где их взять, как подготовить хороших учителей  вот вопрос. Это отдельная тема, не совсем по нашему ведомству, но мы стараемся их мотивировать, разговаривать с родителями, как нужно читать, почему нужно читать с детьми.


Думаю, все уже понимают: способность читать, запоминать и анализировать текст — это фундамент будущего для нашей страны. Ничего другого никто не придумал.


Есть международные конкурсы, на которых детям предлагается чтение и пересказ, тестируется понимание текста. Так вот в 90-х, когда еще остатки советской школы хоть как-то работали, наши 14–15-летние школьники попадали как минимум в первую десятку. Сейчас на таких конкурсах мы уже в четвертой десятке. Выигрывают корейцы, финны — а они ставили свою школу по нашим, ещё советским, методикам.
Постепенно в стране образовался дефицит качественных учителей словесности. Дефицит времени у родителей  приучать детей к великому русскому слову. Недавно об этом хорошо говорил наш Патриарх  для меня, кстати, было откровением, что он дружил с Юрием Лотманом…

Хорошо хоть сочинения вернули в школу.
Владимир Григорьев: Да, это большая победа  спасибо всем словесникам, всем неравнодушным чиновникам и особая благодарность Наталье Дмитриевне Солженицыной, убедившей президента, что без этого мы никогда не получим содержательного молодого человека.
Я вот в четвертый раз пойду в первый класс. Первый раз — когда пошел в школу сам, а теперь пойдет уже третий ребенок. Стараемся не приучать его к гаджету, пока не научим самому главному — углублённому пониманию текста, пониманию ценности книги. Без этого не выйдет из ребёнка развитой разносторонней личности.

Изолировать ребенка от интернета, от гаджетов, боюсь, в наше время уже невозможно…
Владимир Григорьев: Бесспорно, но нужно как-то обучать детей ориентироваться в медиапространстве. У нас же нигде не преподается медийная грамотность. Не просто научить их пользоваться компьютером, а разъяснить, как фильтровать интернет, новостные, познавательные, развлекательные порталы. Как это все дозировать, как сбалансировать — не было таких исследований, нет таких преподавателей. По крайней мере, у нас в стране.

Это не праздные рассуждения.


Среднестатистический гражданин Российской Федерации сейчас тратит 8 часов на медиапотребление — телевидение, радио, газеты и журналы, книги и электронный текст. Так вот книги занимают полтора-два процента от этих восьми часов. Безумно низкие цифры. Ужасно тревожащие. Что ни говори, а в начале всего было и есть слово. В любом деле.


ЧЕГО НЕ ХВАТАЕТ ЧИТАТЕЛЯМ

Море писателей в программе фестиваля. Перечислять можно до бесконечности. Евтушенко, Радзинский, Дементьев, Водолазкин, Дашкова, Лукьяненко, Устинова, Яхина. Один другого популярней. А есть вообще сегодня писатели, которых можно назвать авторитетными — для общества, для народа?
Владимир Григорьев: С этим у нас вообще давно большие проблемы. Ушли из жизни бесспорные авторитеты  Юрий Лотман, Дмитрий Лихачев. В силу разных причин они не воспроизвелись в нынешнем поколении. Хотя есть писатели, которые становятся властителями дум для своих почитателей, — кому-то нравится Маринина, кому-то Устинова, кто-то может увлекаться Эдвардом Радзинским. Кому-то нравится Проханов или Алексей Иванов. А кому-то Дима Глуховский.

Но на Красной площади место найдется каждому? Как отбираются писатели на фестиваль?
Владимир Григорьев: Решают, прежде всего, издатели. Фестиваль «Красная площадь» достаточно демократичный формат. Поскольку праздник книги  общенациональный, мы стараемся не делить на правых, на левых. Фестиваль проходит под известным негласным принципом — «других писателей у меня для вас нет».
Кстати, если уж совсем по гамбургскому счету задавать вопросы нашему литературному сообществу: ребята, а где у нас талантливые романы, которые помогают осознать, что с нами произошло за 20 лет? Были какие-то попытки, фрагментарные. Что-то у Маканина, Иличевского, что-то у Марины Степновой, Кабакова, Полякова. И все же… дать философски-обобщенное и, главное, выписанное в прекрасной русской литературной традиции отражение действительности у нашего писательского цеха пока что не получается. Хотя «Война и мир» тоже случился только через 50 лет после событий.

На фестивале прозвучит Маяковский: Таганка покажет спектакль «Флейта-позвоночник». Меня удивило, что книга Дмитрия Быкова о Маяковском не вошла в число финалистов «Большой книги». А на фестивале он появится?
Владимир Григорьев: Признаюсь, меня это тоже удивило. Его, кстати, не было и на «Большой книге» — уехал преподавать на это время. Дима Быков в моем понимании важнейший элемент нашего сегодняшнего литературного процесса. Как он все успевает писать, выступать, преподавать в школе, выпускать лекции по советской литературе? Как-то я его попросил прочитать лекцию в английском литературном клубе в Лондоне. Он прочитал им про Пастернака. Полтора часа заворожено слушали  муху было слышно. В нашем писательском цехе нет таланта такого качества, способного так держать аудиторию и так пропагандировать русскую литературу  на английском языке. Таких бы дюжину профессоров — и кафедры славистики бы не закрывались, и русскую литературу продолжали бы изучать во многих западных университетах. Пока вот повезло Принстону.

Среди писателей на Красной площади будут многие лауреаты, финалисты литературных премий. Всегда ли, по-вашему, выбор жюри этих премий — самый точный критерий, ориентир для читателя?
Владимир Григорьев: Мне всегда казалось, что, к примеру, Каннский фестиваль или «Оскар» дают зрителям лоцию  что нужно обязательно посмотреть. Мимо чего нельзя пройти, если считаешь себя образованным человеком. Как устроить экспертизу, чтобы такая же лоция сработала в книжном море? На примере «Букера» я понял, что это  совсем не лоция. Ни один, даже серьезно читающий, человек не назовет лауреатов «Букера» за последние 5 лет. Хотя бы трех из пяти.
Собственно, для этого была придумана «Большая книга». Здесь все-таки не выбор литературных критиков, а большого количества людей, представляющих самые разные сообщества. Мне кажется, этот путь в большей степени отражает то, что происходит с современным литературным процессом. И, кстати, три последних лауреата «Большой книги» стабильно получают 20–25 контрактов  переводы на иностранные языки. Это и Евгений Водолазкин, и Захар Прилепин, и Гузель Яхина. Так что какие-то ориентиры читателю, и не только отечественному, «Большая книга» все же дает.

Вот еще из программы фестиваля: писатель Александр Снегирев, лауреат «Русского Букера», расскажет о секретах литературного успеха. Ну, он наверное расскажет. А вы — знаете секрет литературного успеха сегодня в нашей стране?
Владимир Григорьев: Снегирев талантливый автор и редактор. Но вот я когда-то обнаружил огромное количество пособий «Как написать бестселлер». Как издатель, прочел три. Но единственное, что вынес: то, что помогает сделать бестселлер — находится на кончиках пальцев, где-то в подсознании издателя и редактора. Для начала  должен быть необыкновенный талант, который нужно бережно гранить очень вдумчивым, чутким и высокопрофессиональным редактором. Когда это сочетание срабатывает, тогда вырастает яркий автор… Cможет ли Снегирев объяснить это на своей лекции? Развлечь, наверное, сможет.

А бестселлеры — это то, чего больше всего не хватает сейчас нашей литературе?
Владимир Григорьев:


Не хватает прежде всего современного эпоса. И авторов, которые могут за него взяться.


Ссылки по теме:
Владимир Григорьев: «Культуру уважают сильные», 28.04.2015
«В индустрии должна быть пассионарность», 20.06.2015
Владимир Путин на съезде Общества русской словесности, 26.05.2016
Оригинал статьи:
«Книжная площадь, том 1» — «Российская газета», 02.06.2016

03.06.2016

Просмотры: 0
Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ