Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить»

Они ушли. Они оcтались

В издательстве «ЛитГост» вышла в двух томах антология «Уйти. Остаться. Жить»

Текст: ГодЛитературы.РФ
Фото поэтов из личного архива Натальи Стеркиной, Ивана Ахметьева, Василия Матонина
Фото обложки с сайта syg.ma 

Проект «Они ушли. Они остались» с 2012 года ежегодно проводится на различных московских площадках и в разных городах России. Он посвящен памяти поэтов, ушедших молодыми в конце XX и начале XXI века (см. репортаж о Чтениях 2017 года). Нынешнее издание включило более 30 подборок авторов, окончивших земной путь в 1970-е и 1980-е годы (от Леонида Губанова до Александра Башлачёва, от Евгения Харитонова до Геннадия Шпаликова и Николая Рубцова), и послесловий к ним. Как уверяют составители, «погружение в доперестроечный и перестроечный контекст сравнимо с археологическими раскопками: гораздо меньше родственников, оставшихся в живых, мало информации — часто приходится набирать тексты от руки со страниц никем не востребованного сборника, лежащего в Ленинской библиотеке». В редколлегию издания вошли поэт, критик, литературтрегер Борис Кутенков; поэт, культуртрегер, куратор литературного клуба «Стихотворный Бегемот» Николай Милешкин; поэт, редактор еженедельного приложения к «Независимой газете» «НГ-Ex Libris» Елена Семёнова. «Год Литературы» представляет подборку шести поэтов из антологии.

Василий БЕТЕХТИН, Сергей ТРОФИМОВ, Илья РУБИН, Владимир ГОГОЛЕВ, Юлия МАТОНИНА, Вячеслав ТЕРЕНТЬЕВ

Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить»Василий Бетехтин (1951—1987)

О Василии Бетехтине пока известно крайне мало. Вот как представляет его Мирослав Андреев (1960—2000) в первом номере псковского самиздатского альманаха «Майя», 1980 г., составителями которого были Евгений Шешолин и Мирослав Андреев. «Род. в 1951 г. на Алтае. Предки из сибирских казаков станицы Чалкар с примесью казахской крови. Биография родителей отличалась романтичностью и нелепостью, что и передалось, видимо, по наследству — недоучивался, доучивался, недоучился, бродяжил, терял, хоронил, находил иное призвание, писал, сидел, любил и не любил. Живёт во Фрунзе». Из воспоминаний Захара Клеймера http://samlib.ru/k/krejmer_z_j/teksty-61.shtml: «Василий появился на нашем ЛИТО сначала заочно. Он жил тогда с Ольгой Харловой (вы с её творчеством уже немного знакомы) в с. Беловодском, в 40 км от Фрунзе. Ольга приезжала на ЛИТО и привозила его стихи. Стихи были очень звучные, музыкальные, во многих трудно было найти какой-то смысл и логику, но стихи завораживали, и мы жаждали увидеть автора. Он приехал, невысокий, угловатый, очкастый, с какой-то «таёжной усмешкой» (это из одного моего стихотворения, ему посвящённого). Он был моим приятелем. Были у него проблемы. Вася был патологический бич. Любая работа ему была противопоказана. Его полюбила одна еврейская девочка, Света, они поженились. Он никогда и нигде не работал, жили они в нищете. За тунеядство в Союзе могли посадить, бывали у него нелады с милицией. Как-то вдруг он и вся его семья исчезли. Свету я встретил год спустя, и она сказала, что Вася умер. Оказывается, за год до его смерти они переехали в город Токмак, это 60 км от Фрунзе. От чего он умер, точно мне неизвестно, есть подозрения, что это было самоубийство. Об этом знал Мирослав Андреев, но его тоже нет в живых. Света вышла замуж, живёт она сейчас в Израиле, где-то на юге. У неё трое детей».

БАЛЛАДА

Не бывает в мире быта,

Отплывает вдаль корыто —

Только морда в кровь разбита

По морям и по волнам.


Кто-то времени нахлебник,

Кто-то плачется в передник.

Наступает понедельник

Ежедневно по утрам.


Не бывает в мире бури.

Буря только в нашей шкуре, —

Кто там топчется в лазури? —

Сдохла лодка на камнях.


Не бывает в мире воли,

Только выйди в чисто поле —

Доброволен каждый нолик —

Только «ух» и только «ах».


Ты, да я, да два народа —

В ожидании приплода.

На дворе стоит погода,

А история — вдова.


Отчего ты побирушка?

Выпьем с горя; где же кружка?

Мне петля уже подружка,

Если ты ещё права.


На мели свистит веселье —

Проходных дворов похмелье.

Не бывает в мире хмеля

Для прекрасных наших глаз.


Не бывает в море горя,

Не бывает в мире моря,

Мы живем теперь не споря:

Не бывает в мире нас.

***

Август. Одиннадцать. Солнечный воздух утрат.

Август. Так поздно. Так позднее сердце. Так рано.

Будто легчайшие в небо плывут острова,

В призму стакана.

Август. Одиннадцать. Долгой ценою молчанья

Вышел резной, золочёный, закрученный лист.

Без колебания кровь выдыхает звучанья

Радостных рифм — слышу: певчий стоит пересвист!

Я в листопаде. Немного смущенья. Свеченье.

Первый свой лист я кладу тебе вновь на висок.

Где же ты бродишь, в какие попала значенья,

Озолоченный, просвистанный светом лесок?

Август. Одиннадцать. Где-то в мансарде Парижа

Краски кладет на глаза и в распахнутый рот.

Поудивляйся. Я солнечным буду и рыжим —

До удивления. Весь этот вспыхнувший год.

Где-то ты здесь и бренчишь мелочишкой, ключами.

Убережешься ли? Холодом нежным в лопатки

Льёт моё золото. Плечи обхватишь руками —

С места не трону – ко мне убежишь без оглядки.

Так далеко, и уже своих птиц провожаю.

А в листопаде так доброе сердце звенит! —

Где тишина золотая, сырая, лесная, —

Слышишь: — Ау! — Как горит, говорит, говорит…

Август. Одиннадцать. Долгие звуки метельщиц.

Абрис твой нежный мне воздух во мне показал.

Вновь ты приходишь, и снова метелишь, метелишь,

Там, где я листьями света лечу наповал.

ЗОНГ

Она не понимает слова:

Лишь крик да стон,

Лишь кровь да жирный пот —

Для струн ее оглохших, да остовы

Сгорающих во льду апрельских нот.

Бред улиц, сумасшествие сирени,

Жестокость солнца, подлость темноты,

На нерве ночи — смерть и утешенье,

И крики, и удары, и кресты

Костров, —

Шизофрения пенья,

Квинтета ужасов, —

Рефрен: убить — любить.

        Так в двадцать лет убийства и терпенья

        Гитара разучилась говорить.

Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить»Сергей Трофимов (1953—1979)

Родился 16 июня 1953 года в Москве. Жил на окраине города, в 40 минутах от метро «Белорусская». Окончил среднюю общеобразовательную школу, пробовал поступить в вуз, но не получилось. Работал на суточных дежурствах и т. п. С ранней юности писал стихи, которые были популярны среди его друзей. Пытался показывать стихи мастерам, посещал студию Игоря Волгина «Луч». Был пациентом психиатрических больниц, злоупотреблял спиртным. Покончил с собой 19 декабря 1979 года в день рождения Леонида Брежнева, приняв большую дозу лекарственных препаратов. Стихи опубликованы в САМ (с. 599. Русские стихи 1950—2000 годов. Т. 2. С.492—493), «АКТ Литературный самиздат» (№ 16 (2005), с. 23. Публикация Ивана Ахметьева).

* * *
Познав начала и концы,

в дремоту погружён,

сидит великий Лао-цзы

вдали от всех времён.

Он чайкой лёгкою парит,

не ведая свинца,

и безмятежный свет горит

на зеркале лица.

Он юркой рыбкой золотой

в воде скользит, кружит.

Опущенный крючок стальной

над ним, как меч, блестит.

Он ланью мчится по лугам,

не смяв цветов и трав,

он обойдёт любой капкан,

об этом не узнав.

Когда ж свой облик обретёт,

пойдёт — задумчив вид,

о жердь споткнётся, разобьёт

коленку, но смолчит.

* * *
Не обрести душе покоя,

и смертный призрачен покой.

Должно быть, я её не стою,

но каждый миг она со мной.

Она со мною, как ребёнок,

и чистый взгляд не отведёт

от глаз моих, где лжи так тонок

лукавый масляный налёт.

Она мне верит, словно богу,

людскому не предаст суду,

подскажет лёгкую дорогу, —

за это ей гореть в аду.

Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить» Илья РубинИлья Рубин (1941—1977)

Родился в Москве, учился в Институте тонкой химической технологии, в Московском химико-технологическом институте им. Д. И. Менделеева, затем на филологическом факультете МГУ. Работал на Дорогомиловском химическом заводе им. М. В. Фрунзе, в Институте элементоорганических соединений им. А. Н. Несмеянова РАН, откуда был уволен в связи с открытым заявлением против политики СССР и ввода войск Варшавского договора в Чехословакию в августе 1968 года. Автор стихов, рассказов и философско-литературных статей. С 1974 года — главный редактор самиздатского журнала «Евреи в СССР». Эмигрировал в Израиль в 1976 году. Печатался в журналах «Сион», «Время и мы», «Континент», «Клуб», в израильских газетах. Книга стихотворений и статей «Оглянись в слезах» вышла посмертно в 1977 году в Иерусалиме. В России в 90-е годы отдельные публикации осуществили журналы «Огонёк» и «Согласие», а также юбилейный сборник МИТХТ 2000 года. Позднее ряд произведений Рубина напечатали журналы «Грани» и «Плавучий мост».

* * *
безоблачно течение времён

над нашими большими головами

и травяными ветхими правами

простые вещи нас благотворят

нам краски утешение дарят

нам невозможно не услышать звука

о музыки священная наука

забывчивость моя как виноград

а память как вино из винограда

и опьяненье лёгкая награда

за этот мир где нагота бесплодна

пуста земля и ласточка свободна

земля пуста а истина проста

играю музыку дышу стихотвореньем

дышу рассвет играю не дыша

переживу столетье не спеша

как не спеша живут его коренья

не вспоминай о сломанных ветвях

потратиться на них пустая трата

лежу как голова Хаджи-Мурата

но чьё же тело волокут солдаты

подвесив бурку на больших кровях

переживу…

БЕГСТВО

Я так бежал, что спотыкались трубы,

Припоминая ремесло коня.

Свистели флейты. Надрывались трубы.

Я так бежал, что не было меня.

Как серый дым, я исчезал во мраке,

Вращался я, как призрак колеса,

Как будто вспомнил ремесло собаки,

Обнюхивая чьи-то голоса.

Свистели флейты. Надрывались трубы.

По версиям ранений ножевых

Я так бежал, что поднимались трупы,

Припоминая ремесло живых.

Не дай мне, Боже, умереть во прахе,

Мой одинокий бег благослови.

Я так бежал, что спотыкались плахи,

Припоминая ремесло любви…

***
Умирают боги, умирают…
И, не смея плакать, до утра
Бабы шмотки мужнины стирают,
Чтоб отмыть вчерашнее «ура».

И, пропитан щелоком и содой,
На штыках полощется закат.
И, вздуваясь, опадают годы
На губах больного старика.

И дворцы пылают, как сараи.
И, куда-то в Африку уйдя,
Умирают боги, умирают,
Сладковато падалью смердя!

Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить» Владимир ГоголевВладимир Гоголев (1948—1989)

Родился 22 апреля 1948 года в Хабаровске. После службы в армии учился в Литературном институте им. А. М. Горького, откуда был отчислен из-за несовместимости его мировоззрения с официальным советским. Жил в Москве, работал сторожем. В ночь с 27 на 28 марта 1989 года был убит недалеко от подмосковной станции Красково. Единственная книга стихов Владимира Гоголева «Ранимое зренье» (М., Прометей, 1990) была издана его друзьями после его кончины.

* * *

                                Е. Ш.

Твоё лицо, когда дитя целуешь,

Кому подобно, молодая мать?

Когда ты наклоняешься над спящим,

Напоминай младенцу Богоматерь

Лица смиреньем, радостным, прозрачным.

Но никогда — дщерь древнюю, обиду.

И никогда — дщерь новую, заботу.

Когда не можешь таять и струиться,

Когда свечою вознестись не можешь

Меж оком детским и горящим ликом —

Будь слуху непрестанным песнопеньем,

В созвучьях мерных кутаясь, как в складках.

Приходу Муз ты этим не мешаешь.

 

Но никогда — дщерь новую, заботу.

И никогда — дщерь древнюю, обиду.

                                         25.XI.1982

* * *

                   Э. Ш.

Тяжёлому камню ты близок,

Всесильный Господь.

И всем потонувшим,

И в глуби лежащему дну.

И рыбе немой,

И сухому на древе листу.

Их скорбь онемела

И втайне в Тебе говорит.

Распятого глас

Онемелей всех тяжко немых,

Но высказан вечно

И в юное чрево вонзён.

И тот, кто спелёнут,

Навеки его сохранит.

И выпьет он жизнь —

Целованье завитых пелён.

 

И выпьет он жизнь —

Говоренье недвижных камней.

Вот ангел безмолвный

На пне одиноком сидит,

А корни его

Обретаются в светлом раю.

За каждым плечом —

Полыханье святого огня.

И в ясности смерти

Омыт вековечный позор.

Послушай меня,

О послушай меня!

Я всё же немой,

Как в огне погибающий бор.

            19.VII — 16.XII.1983

* * *
Жизнь прожить понемногу,

Неприметно, незримо.

Отрешённо, убого,

Лёгкой тенью от дыма

По дорогам пройти —

Тонкой тропкой лесною,

Веет ветр за спиною

И радость пути!

 

Сна и хлеба немного.

Чтенья мера строга.

В поминании Бога

Радость долга.

Вдохновенною речью

Строй незыблемый мост,

Помня кротость овечью

Под пологом звёзд!

 

И алмазный сей свиток

На сердце тверди,

Правды явленный слиток:

Радость позади!

Радость впереди!

                        1981

Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить» Юлия МатонинаЮлия Матонина (1963—1988)

Родилась в городе Пятигорске. С пяти лет жила в Архангельске. Около года работала актером в театре кукол. В 18 лет вышла замуж. С ноября 1982 года и до трагической смерти 19 сентября 1988 года жила с семьёй на Соловках. Родила троих детей. Работала истопником и дворником. Стихи публиковались в газетах «Северный комсомолец», «Правда Севера», в литературных журналах «Аврора», «Нева», «Север». Уже после гибели поэта в Архангельске в 1989 г. вышел сборник ее стихотворений. В 2014 г. увидел свет третий посмертный сборник — «Вкус заката», где также опубликованы воспоминания о Ю. Матониной. Похоронена на Соловецком кладбище Архангельской области.

***
Утопает наш островок в белом безмолвии моря, неба, снега.

Я перекатываюсь чёрной точкой по его поверхности, сохраняя в себе лишь тайну двух глубин: начала и конца.

Бесконечность вселенной сообщила мне о бесконечности жизни: кончается одна вселенная и начинается другая.

Я выхожу за все пределы — и беспредельность нахожу.

ТОСКА

Я хожу по берегу,

А там такие волны,

А там такие травы,

Такая синева…

 

Вот метнусь я с берега

В волны белогривые,

В травы паутинные,

В небо под водой.

НАСТРОЕНИЕ

В долине сердца —

Первый снег и тихий диалог:

— Куда же делся человек,

Который плакать мог?

— Наверно, туча над землей

Взяла его печаль.

А он сидит передо мной

Весёлый. Очень жаль.

***
Небо держат глаза умирающих,

Даже если глядят из-под век.

Статья о новой антологии поэзии «Уйти. Остаться. Жить» Вячеслав ТерентьевВячеслав Терентьев (1940—1975)

Родился в селе Тюбук Челябинской области в семье геолога. Детство провел в разъездах, побывал почти во всех районах страны. Стихи начал писать с детства, публиковать с 1957 года. Изредка печатался в разных газетах и журналах. Работал геологом, электриком, электрообмотчиком, каменщиком, штукатуром, бетонщиком, собкором газеты и др. Учился в Свердловском педагогическом институте, который не закончил, преподавал иностранные языки в школе. Покончил с собой 16 октября 1975 года. Четыре поэтических сборника Вячеслава Терентьева были изданы в Свердловске (ныне Екатеринбург). Единственная прижизненная книга «На планете моей» вышла в 1969 году; посмертные — «Високосный год», «Звёздный свет» и «Синь» — в 1981, 1994 и 2003 годах. 

ЗАБЫТАЯ ПЕСНЯ

Моряна, моряна.

Забытая песня раскроет глаза

из сердца наружу,

над памятью встанет ущербной луною.

Пусть тысяча «против» тромбонных

падут на свирельное «за»,

уйду

и сиреной

растянется время за мною.

Забытая песня,

я глупый,

я глажу твои лепестки,

в ромашках мелодий

и в мощных побегах симфоний,

неслышно ступая,

почти не дыша,

на носки,

я в собственном горле

ночами живу,

как печаль в саксофоне.

17.11.65

* * *
Вместо души у меня — изваянье

         из плотного мрака, петушиного крика

          и волчьего воя ночного.

Вместо судьбы у меня — одуванчик,

        да божья коровка, ещё отраженье

        в зеркале или заря на витрине.

Вместо лица у меня — ускользнувший огонь

         светофора, а, может быть, сфинкса улыбка

          да тоненький выкрик кларнета.

Вместо тебя у меня — только плащ, сигарета

          да спички, да низкие тучи,

           да клин журавлиный над степью.

Вместо меня у меня — только я да огромная

          осень в дождях и в дорогах,

           только

           огромная осень

           в дождях

           и в дорогах.

1969

* * *
В огромном городе качаются мосты,

в огромном городе смущаются кусты,

в огромном городе глаза домов пусты

и звёзды полночи над городом чисты.

 

В ночную даль течёт из города вода

и вдаль из города уходят поезда,

искрясь, подмигивает городу звезда

и ночь над городом тиха, как никогда.

 

На тёмной площади чуть плещется фонтан,

на тёмной улице сирени сарафан,

цветы завернуты в хрустящий целлофан.

Все тихо — 

ждут меня.

17.03.66

***
Когда в огромном гербовом конверте

мои стихи вернут в последний раз,

спрошу:

                — Который поезд на Бессмертье?

Мне подешевле,

в третий, что ли, класс.

10.10.66

__________________________________________________________________

1 Из поэмы «Революция».

 

07.01.2019

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Читалка›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ