Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Статья Дмитрия Шеварова о Вадиме Шефнере

Остров Шефнера

Внук основателя порта Владивосток стал поэтом, а во время войны защищал Ленинград

Текст: Дмитрий Шеваров/РГ
Фото: Радио Свобода

Письмо в редакцию:

Шеваров Дмитрий Геннадьевич«Я — Сендер Колдобский, 1926 года рождения. Весь период войны работал на ленинградском заводе. В январе 1943-го скончался мой отец — боец МПВО, а затем мама. Я остался сиротой. 8 сентября 1943-го мне вручили первую мою медаль «За оборону Ленинграда». На удостоверении к медали есть стихотворение поэта Шефнера. Вспомните о нем…»

Недавно мы рассказали о поэте Борисе Лихареве, чьи стихи были напечатаны на внутренней стороне наградных удостоверений к медали «За оборону Ленинграда». Тогда я пообещал, что расскажу и о Вадиме Шефнере, ведь во время войны участникам обороны Ленинграда вручались наградные удостоверения и с его стихами.

Имя Вадима Шефнера никогда не было на слуху, а сейчас и вовсе многим незнакомо. Но если вы окажетесь в Петербурге, то на это имя отзовется каждый ленинградец. Да, я говорю именно о ленинградцах — о тех, кто помнит Ленинград блокадный и послевоенный, Ленинград 1960—70-х…


Шефнер — это строгий ленинградский воздух, это свобода думать своей головой и на свой манер. Жить не обособленно от страны и эпохи, но на своем острове.


Вадим Сергеевич Шефнер родился в петербургской дворянской семье в январе 1915 года. Его дед Алексей Карлович Шефнер был основателем порта Владивосток. Одна из улиц Владивостока носит имя капитан-лейтенанта Алексея Шефнера, а возле порта Находка — мыс его же имени.

Отец будущего поэта был офицером гвардейского полка, воевал в Первую мировую. Вадим навсегда запомнил своды Андреевского собора, куда его водила мать, чтобы молиться за отца.

После революции Сергей Шефнер остался в России, продолжал службу теперь уже в Красной Армии. В 1921 году его перевели в Старую Руссу, где он умер от чахотки. Мать пошла работать воспитательницей в детский дом, куда взяли и шестилетнего Вадима. После школы окончил ФЗУ, работал кочегаром, формовщиком, подносчиком кирпича на стройке и даже инструктором по физкультуре. Одновременно учился на рабфаке Ленинградского университета.

Еще в детстве, после травмы, Вадим ослеп на левый глаз и поэтому был «белобилетником». С началом войны его направили в батальон аэродромного обслуживания под Ленинград. Хлеб там давали по блокадной норме, и в январе 1942 года рядового Шефнера в состоянии тяжелой дистрофии отвезли в госпиталь. После выздоровления направили в газету Ленинградского фронта «Знамя победы». Закончил войну в звании старшего лейтенанта.

В 1946 году каким-то чудом вышел в Ленинграде сборник Шефнера «Пригород». Почему чудом? В этой книжечке, свободно помещавшейся во внутреннем кармане гимнастерки, не было ни слова фальши. Была исповедь свободной, отважной и по-ленинградски сдержанной души. Никаких победных восторгов. Грусть, боль, неизбывная вина перед теми, кто не вернулся.

Завершали книгу отрывки из поэмы «Встреча в пригороде» (полностью опубликована лишь в 2005 году). Эта поэма о любви и войне написана будто в одну ночь.

И вот за эту книгу на Шефнера так набросились, что до середины 1950-х он почти не печатался.

В Википедии в статье о Шефнере написано, что он принадлежал к направлению «социалистический реализм». Это определение особенно нелепо, если вспомнить, что Шефнер — один из самых оригинальных писателей-фантастов ХХ века. Его повести и романы «Девушка у обрыва», «Лачуга должника», «Рай на взрывчатке», «Съедобные сны, или Ошибка доброго мудреца», «Небесный подкидыш, или Исповедь трусоватого храбреца» и сегодня популярны среди любителей фантастики.

Но прежде всего Вадим Шефнер — фантастически интересный поэт.

В этом году исполняется 105 лет со дня его рождения.

Избранное

Мы никогда не умрем

Другая с другим по тропинке другой

Навстречу рассвету идут.

В зеленой тиши, за листвою тугой

Другие им птицы поют.

Мы спим, не считая веков и минут,

Над нами не будет суда.

Дремотные травы над нами встают.

Над нами гудят города.

Но в давние годы весенний рассвет

Мы тоже встречали вдвоем,

И пусть для иных в этом логики нет,

Но мы никогда не умрем.

* * *
Тот, кто жил для вещей, —

всё теряет с последним дыханьем,

Тот, кто жил для людей, —

после смерти живёт средь живых.

Из дневника Вадима Шефнера

Без Ленинграда — не жизнь

• В кoнтoрке был на стене громкоговоритель. Однажды передавали что-то (что именно — не помню) и вceрьeз произнесено было слово «патриотизм». До этого (в середине 1930-х) это слово было в опале, его писали только в кавычках. А тут оно вдруг получило право на гражданство. И тогда теплотехник Рождественский сказал: «Ну, раз о патриотизме без насмешки заговорили — значит, к вoйне дело идет».

• Я мог себе представить Ленинград без меня. Но себя без Ленинграда представить я не мог, — это была бы уже не жизнь. Точнее сказать — это была бы жизнь обокраденная, обглоданная судьбой, жизнь навеки несчастная.

• Иногда хочется прожить подольшe не для тoгo, чтобы увидеть новое, а чтобы полнее изучить старое.

Оригинал статьи: «Российская газета» — 27.03.2019

28.03.2019

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

Нонфикшен2019

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ