03.02.2023
Итоговое сочинение. В помощь школьнику

Как это работает. Стихотворные размеры (хорей, ямб, дактиль, амфибрахий, анапест)

Разбираемся, чем отличаются стихотворные размеры — и как это связано с темой и настроением текста

Как это работает. Стихотворные размеры (хорей, ямб, дактиль, амфибрахий, анапест)/  Белла Ахмадулина / culture.ru
Как это работает. Стихотворные размеры (хорей, ямб, дактиль, амфибрахий, анапест)/ Белла Ахмадулина / culture.ru

Текст: Ольга Лапенкова

Мы поговорили о системах стихосложения и выяснили, что большинство произведений отечественных классиков написано в рамках силлабо-тонической системы. Иными словами, почти все стихотворения, которые мы знаем и любим, состоят из отдельных строчек, а строчки, в свою очередь, — из стоп, то есть звеньев, внутри которых в определённой последовательности «расставлены» безударные и ударные слоги. Мы поговорили о том, что существует пять разновидностей стоп, а именно:

  • •´- (ударный и безударный слог) — размер называется хорей;
  • •-´ (безударный и ударный слог) — размер называется ямб;
  • •´--(ударный слог и за ним два безударных) — размер называется дактиль;
  • •-´- (безударный, ударный, безударный слог) — размер называется амфибрахий;
  • •--´(два безударных слога, за ними ударный) — размер называется анапест.

Например, если стихотворение написано ямбом, то схема будет следующая:

  • -´ -´ -´ -´ -´
  • -´ -´ -´ -´ -´ ...

Стоп-звеньев в одной строчке может быть сколько угодно: хоть две, хоть десять. Более того, количество стоп может изменяться от строчки к строчке. Нередко встречаются, например, ситуации, когда во второй строчке произведения на одну стопу меньше, чем в первой.

Принципиально важно одно: стопы, следующие друг за другом, обязательно должны быть одинаковыми. Не бывает такого, чтобы поэт сначала взял стопу, характерную для хорея, потом — для ямба, а потом — для дактиля. Одно стихотворение — один размер!

Однако стихотворные размеры отличаются не только «рисунком», который получится, если нарисовать схему. Двусложные размеры (хорей и ямб) создают звонкое, бодрое, весёлое звучание, а трёхсложные (дактиль, амфибрахий и анапест) — более задумчивое и даже мрачное.

Двусложные размеры

Хорей

Хорей — самый лёгкий и жизнерадостный стихотворный размер. Мы привыкаем к нему с детства, ведь именно так написаны многие произведения К. И. Чуковского, С. Я. Маршака, Г. Б. Остера. И, конечно, А. Л. Барто:

  • Наша Таня громко плачет:
  • Уронила в речку мячик.
  • — Тише, Танечка, не плачь:
  • Не утонет в речке мяч.

Схема этого стихотворения предельно проста, как и описанная ситуация:

  • ´- ´- ´- ´-
  • ´- ´- ´- ´-
  • ´- ´- ´- ´-
  • ´- ´- ´- ´-

Стишки, написанные хореем, чаще всего и сами — короткие, стремительные. Но при желании этим размером можно написать и крупное произведение. Помните «Мойдодыра» К. И. Чуковского?

  • Я — Великий Умывальник,
  • Знаменитый Мойдодыр,
  • Умывальников Начальник
  • И мочалок Командир!

  • Если топну я ногою,
  • Позову моих солдат,
  • В эту комнату толпою
  • Умывальники влетят…

Впрочем, иногда хорей используют и «серьёзные» авторы. Этот размер прекрасно подходит, чтобы обмануть ожидания читателя. Так, ритм стихотворения С. А. Есенина «Хороша была Танюша, краше не было в селе...» настраивает на бойкий, удалой лад; прочитав пару строк, мы решаем, что перед нами — история счастливой любви. Однако вскоре мы понимаем, почему лирический герой с самого начала говорил о Танюше в прошедшем времени...

  • Хороша была Танюша, краше не было в селе,
  • Красной рюшкою по белу сарафан на подоле.
  • У оврага за плетнями ходит Таня ввечеру.
  • Месяц в облачном тумане водит с тучами игру.

  • Вышел парень, поклонился кучерявой головой:
  • «Ты прощай ли, моя радость, я женюся на другой».
  • Побледнела, словно саван, схолодела, как роса.
  • Душегубкою-змеею развилась её коса.

  • «Ой ты, парень синеглазый, не в обиду я скажу,
  • Я пришла тебе сказаться: за другого выхожу».
  • Не заутренние звоны, а венчальный переклик,
  • Скачет свадьба на телегах, верховые прячут лик.

  • Не кукушки загрустили — плачет Танина родня,
  • На виске у Тани рана от лихого кистеня.
  • Алым венчиком кровинки запеклися на челе, —
  • Хороша была Танюша, краше не было в селе.

Использование нарочито лёгкого размера здесь служит ещё одной цели: хорей подчёркивает злободневность трагичной ситуации, даёт понять, что таких, как Танюша, немало во всей Руси великой.

Ямб

Ямб — размер, максимально приближенный к бытовой речи. Сами того не замечая, мы часто говорим какие-то фразочки ямбом, например:

  • •«Помой, пожалуйста, посуду»;
  • •«На ужин будешь макароны?»;
  • •«Давай скорее собирайся».

За счёт этого ямб — размер универсальный. Он подходит и для детских стишков, и для шуточных песен, и для философских рассуждений. Не случайно роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин» написан ямбом: другой размер для «энциклопедии русской жизни» вряд ли подошёл бы.

Ямб, знакомый нам с детства, — это, например, песенка Винни-Пуха из советского мультфильма, текст которой написал Б. В. Заходер:

  • Кто ходит в гости по утрам,
  • Тот поступает мудро.
  • Известно всем, тарам-парам,
  • На то оно и утро!

Что касается «взрослых» произведений, то львиная доля стихотворений, написанных ямбом, — это произведения о любви. К примеру, «Сожжённое письмо» уже упомянутого нами А. С. Пушкина:

  • Прощай, письмо любви! прощай: она велела.
  • Как долго медлил я! как долго не хотела
  • Рука предать огню все радости мои!..
  • Но полно, час настал. Гори, письмо любви. <...>
  • Свершилось! Тёмные свернулися листы;
  • На лёгком пепле их заветные черты
  • Белеют… Грудь моя стеснилась. Пепел милый,
  • Отрада бедная в судьбе моей унылой,
  • Останься век со мной на горестной груди…

Лёгкость размера в данном случае компенсируется протяжённостью каждой строки (перед нами шестистопный ямб), а также длиной самого стихотворения.

Трёхсложные размеры

Дактиль

Дактиль — это «мостик» между весёлыми, живыми, разговорными двусложными размерами и медленными, вдумчивыми трёхсложными. Дактиль звучит чуть тяжелее, чем ямб, и поэтому отлично подходит для размышлений о высоком. Например, у Н. А. Некрасова читаем:

СЕЯТЕЛЯМ

  • Сеятель знанья на ниву народную!
  • Почву ты, что ли, находишь бесплодную,
  • Худы ль твои семена?
  • Робок ли сердцем ты? слаб ли ты силами?
  • Труд награждается всходами хилыми,
  • Доброго мало зерна!
  • Где ж вы, умелые, с бодрыми лицами,
  • Где же вы, с полными жита кошницами?
  • Труд засевающих робко, крупицами,
  • Двиньте вперёд!
  • Сейте разумное, доброе, вечное,
  • Сейте! Спасибо вам скажет сердечное
  • Русский народ...

В данном стихотворении учитель — или, в широком смысле слова, просветитель — сравнивается с сеятелем. Это, в свою очередь, отсылает нас к притче из Евангелия от Матфея, где Иисус Христос, проповедуя ученикам, сравнивает людские души с посеянными зёрнами. Какое-то зерно сразу падает «при дороге», так что прилетают птицы и клюют его; какое-то оказывается в каменистой почве — и прорастает, но сразу же чахнет... Так и с людьми. Кто-то и вовсе не хочет ничего знать о добре и зле, справедливости, прощении, любви; а кто-то вроде и задумывается о чём-то большем, чем бытовые мелочи, — но этот интерес оказывается неискренним, неглубоким...

Однако дактиль подходит и для описания житейских ситуаций: и нейтральных, и душераздирающих. Вспомним стихотворение А. А. Ахматовой «Сероглазый король», написанное от лица женщины, живущей с нелюбимым мужем и переживающей гибель человека, к которому была искренне привязана:

  • Слава тебе, безысходная боль!
  • Умер вчера сероглазый король.

  • Вечер осенний был душен и ал,
  • Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:

  • «Знаешь, с охоты его принесли,
  • Тело у старого дуба нашли.

  • Жаль королеву. Такой молодой!..
  • За ночь одну она стала седой».

  • Трубку свою на камине нашёл
  • И на работу ночную ушёл.

  • Дочку мою я сейчас разбужу,
  • В серые глазки её погляжу.

  • А за окном шелестят тополя:
  • «Нет на земле твоего короля…»

Наконец, именно дактилем написаны стишки-садюшки. А что, чёрный юмор — тоже юмор:

  • Маленький мальчик залез в холодильник,
  • Маленькой ручкой нажал на рубильник.
  • Сопли уже замерзают в носу...
  • Нет, не доест он свою колбасу.

Амфибрахий

Амфибрахий — это, пожалуй, самый «серьёзный» стихотворный размер. Произведения, написанные амфибрахием, не всегда имеют глубокий посыл или философский подтекст, однако они с первых строк настраивают читателя на спокойный, сосредоточенный, медитативный лад. Не случайно амфибрахием написано стихотворение Н. С. Гумилёва «Жираф», где лирический герой пытается успокоить и утешить подругу:

  • Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,
  • И руки особенно тонки, колени обняв.
  • Послушай: далёко, далёко, на озере Чад
  • Изысканный бродит жираф.

  • Ему грациозная стройность и нега дана,
  • И шкуру его украшает волшебный узор,
  • С которым равняться осмелится только луна,
  • Дробясь и качаясь на влаге широких озёр. <...>

Ещё одно знаменитое стихотворение, написанное дактилем, — «Марбург» Б. Л. Пастернака. После расставания с возлюбленной лирический герой чувствует, что его сердце и сознание будто бы разбились на тысячи осколков. Мысль сменяется чувством, чувство — новой мыслью, абсолютно неожиданной, и так до бесконечности:

  • Я вздpaгивaл. Я зaгopaлся и гaс.
  • Я тpясся. Я сдeлaл сeйчaс пpeдлoжeньe, —
  • Нo пoзднo, я сдpeйфил, и вoт мнe — oткaз.
  • Кaк жaль eё слeз! Я святoгo блaжeннeй!

  • Я вышeл нa плoщaдь. Я мoг быть сoчтён
  • Втopичнo poдившимся. Кaждaя мaлoсть
  • Жилa и, нe стaвя мeня ни вo чтo,
  • В пpoщaльнoм знaчeньи свoeм пoдымaлaсь.

  • Плитняк paскaлялся, и улицы лoб
  • Был смугл, и нa нeбo глядeл испoдлoбья
  • Булыжник, и вeтep, кaк лoдoчник, гpёб
  • Пo липaм. И всe этo были пoдoбья.

  • Нo, кaк бы тo ни былo, я избeгaл
  • Иx взглядoв. Я нe зaмeчaл иx пpивeтствий.
  • Я знaть ничeгo нe xoтeл из бoгaтств.
  • Я вoн выpывaлся, чтoб нe paзpeвeться. <...>

Анапест

Наконец, анапест — поистине волшебный стихотворный размер. Словно магический кристалл, он превращает всё вокруг — обыденный пейзаж, неспешную прогулку, перемену погоды — во что-то сказочное, легендарное. Как, например, в стихотворении «Вечер» А. А. Фета:

  • Прозвучало над ясной рекою,
  • Прозвенело в померкшем лугу,
  • Прокатилось над рощей немою,
  • Засветилось на том берегу.

  • Далеко, в полумраке, луками
  • Убегает на запад река.
  • Погорев золотыми каймами,
  • Разлетелись, как дым, облака.

  • На пригорке то сыро, то жарко,
  • Вздохи дня есть в дыханье ночном, —
  • Но зарница уж теплится ярко
  • Голубым и зелёным огнем.

Казалось бы, что тут особенного? Заскучавший помещик вышел прогуляться и залюбовался закатом. Вскоре он вернётся домой и сядет пить чай с плюшками, вот и вся поэзия. Но за счёт выбранного размера картина природы, прощающейся со «вздохами дня», завораживает, если не сказать одурманивает.

Также анапест использовала М. И. Цветаева в стихотворении «Лесное царство». Центральные персонажи ещё минуту назад были детьми; они верят в чудеса и не задумываются о горестях. Они ещё не знают, что их влюблённость не сможет стать чем-то большим. Но пока они очарованы друг другом и счастливы, сказка жива — и она всегда будет жить в их сердцах:

  • Ты — принцесса из царства не светского,
  • Он — твой рыцарь, готовый на всё…
  • О, как много в вас милого, детского,
  • Как понятно мне счастье твоё!

  • В светлой чаще берёз, где просветами
  • Голубеет сквозь листья вода,
  • Хорошо обменяться ответами,
  • Хорошо быть принцессой. О, да! <...>

  • Наслаждайтесь весенними звонами,
  • Милый рыцарь, влюблённый, как паж,
  • И принцесса с глазами зелёными, —
  • Этот миг, он короткий, но ваш!

  • Не смущайтесь словами нетвёрдыми!
  • Знайте: молодость, ветер — одно!
  • Вы сошлись и расстанетесь гордыми,
  • Если чаши завидится дно.

  • Хорошо быть красивыми, быстрыми
  • И, кострами дразня темноту,
  • Любоваться безумными искрами,
  • И как искры сгореть — на лету!