Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Как в России пишут стихи?

В Институте языкознания прошла лекция и оживленная дискуссия на тему «Особенности стихосложения в современной поэзии на коренных языках России»

Текст: Дмитрий Колотиевский
Фото 1904 года с сайта http://www.prokudin-gorsky.org
На фото: Аварки. Дагестанская область

17 января в Институте языкознания РАН состоялось очередное заседание семинара «Мировые поэтические практики». С докладом «Особенности стихосложения в современной поэзии на коренных языках России» выступил поэт, переводчик, главный редактор издательства «ОГИ» Максим Амелин.

Прикладной базой для лекции послужила изданная почти два года назад антология поэзии на 57 коренных языках России.

Целью доклада было заявлено выяснение общей картины обозначенных поэтических практик, определение их разнообразия, так как углубление в каждую конкретную стихотворную систему каждого языка — задача для отведенного на лекцию времени невыполнимая.

Даже соседствующие языки одной группы зачастую находятся в разных отношениях с системами стихосложения, по многим из них очень мало научных работ (по некоторым — вообще нет), либо они лишь вскользь упоминаются в описаниях языка в «Языках мира» (фундаментальном многотомном энциклопедическом издании, создаваемом в Институте языкознания РАН и содержащем научное описание языков), — причем основываясь только на историческом аспекте, не отражая современного поэтического процесса. Научная фиксация данных процессов — трудоемкая задача, и даже основательные исследователи местного значения, допустим, адыгского стихосложения, ссылаются на таких ученых, как Гаспаров и Томашевский, с разной степенью успешности применяя их методы к своему языку.

В разных языках наблюдаются разные тенденции. Так, кавказские языки, как правило, тяготеют к твердым поэтическим формам, где-то, наоборот, есть тенденции к свободному стиху, обычно относящиеся к современным поэтам, однако можно встретить и «свободную» архаику.

Докладчик рассказал о стремлении поэтов писать не на родных языках, а на русском, аргументируя это большей потенциальной аудиторией. И указал на спорность подобного аргумента, ведь тиражи у поэзии запредельно низкие, на каком бы языке она ни издавалась, а


творчество на «экзотическом» языке априори делает поэта более оригинальным, уникальным,


нежели творчество на куда более распространенном русском.

Издание антологии — труда внушительного масштаба — было бы невозможным без коммуникации с местными учеными, и это представило определенные трудности, например, в таких ситуациях, когда носители языка считают себя одной языковой группой, а на самом деле являются другой. Очень много вещей пришлось перепроверить.

Выработка материала для антологии шла по наличию литературных языков, учитывая разные языковые особенности — так, например, у хантов есть два полноценных литературных языка, а даргинский язык является над-диалектом, даргинских разговорных языков около десятка, а литературный — един.

Из-за того, что книг по стихосложению разных народов на их языках катастрофически мало, справки по языкам, приведенные в антологии, тоже, к сожалению, не проливают свет на соответствующие системы стихосложения, и это существенное упущение, считает Максим Амелин.

Далее докладчик рассказал о структуре антологии и перешел к обзору конкретных поэтических образцов, приведенных в ней. Например, бурятский рифмованный анафорический стих, стилизованный под шаманское песнопение, очень трудно перевести на русский, сохранив его разнообразные качества — чем-то приходится жертвовать. Вообще проблема переводов очень актуальна — как перевести, допустим, какой-нибудь оригинальный палиндром на русский язык? Поэтому для антологии выбирались те тексты, которые лучше для этого подходили.

У многих языков, представленных в антологии, есть специфические значки — дело в том, что чем позднее появился язык, тем больше в его алфавите букв, обозначающих разные оттенки звука.

"Н с крюком" - буква письменности ряда северных языков, заменившая дифтонг "нг".

«Н с крюком» — буква письменности ряда северных языков, заменившая дифтонг «нг»

На чувашском языке известный поэт Геннадий Айги был традиционалистом, однако на семинаре разгорелась целая дискуссия по поводу того, действительно ли он писал стихи на языке своей малой родины в 90-е и нулевые годы, или даты под ними были фиктивными, а на самом деле эти тексты были сочинены гораздо раньше.


Около 10% поэтов, представленных в антологии — билингвы.


В татарской поэзии существуют три основные системы стихосложения. Аруз — древняя система распевной поэзии, исторически свойственная тюркским культурам, основанная на наличии долгих гласных (в истории русского языка также были попытки создать нечто подобное — имеется в виду «максимовская просодия» Мелетия Смотрицкого (1578—1633), однако у нас подобная система не прижилась; Бармак — жесткая силлабическая система; и верлибр.

Парадоксально, что, если взять один из сложнейших языков мира, занесенный по этому показателю в Книгу рекордов Гиннесса — табасаранский, — при всем его фонетическом богатстве его носители используют стандартные ямбы и хореи, и объясняется это колоссальным влиянием на него в XX веке русского языка и русской силлабо-тоники.

Также в тюркских языках и в бурятском языке была попытка применить силлабо-тоническую систему, и где-то она прижилась.

У каждого народа в Российской Федерации есть свое «больное место», многие подвергались двойным переводам языка — сперва, в 20-е годы, на латиницу, а в 37-м — на кириллицу; некоторым было запрещено печататься на родных языках вплоть до перестройки. Невнимание к коренным языкам федеральной власти, возникшее в 90-е годы, с одной стороны, лишало их поддержки, но с другой — давало свободу. В наступившее время никто никому ничего не запрещает, сейчас можно писать «что угодно на каком угодно языке».


Удивительно, как просодически идеально русский язык соотносится с эрзянским


— из-за того, что в отличие от других финно-угорских языков, у него подвижное ударение. Это было показано на одном из стихотворений антологии.

На семинаре также прозвучали вопросы из зала и были высказаны разные соображения. К примеру, мнение, что переводы антологии очень слабы и не передают специфики оригинальной поэзии, ограничиваясь лишь содержанием, которое, в отличие от этой специфики, особого интереса не представляет. На это докладчик ответил тем, что в антологии по большей части представлены лишь ознакомительные переводы, и на большее они не претендуют.

Прозвучало и утверждение, что в 30-е годы насаждение силлабо-тоники в национальные языки и литературы являлось государственной политикой (хоть и не везде увенчалось успехом). По словам же докладчика, из произведений в антологии к силлабо-тонической системе относится меньшинство.

Учитывая репрезентативный характер антологии, было интересно выяснить, существуют ли в России языки, на которых отсутствует поэтическое творчество. Оказалось, что официально в России около 180 языков, из них письменных — около 80, а в антологии представлена поэзия на 57 языках. Соответственно, в нашей стране наличествует около 23 языков, на которых поэзии нет. Где-то нет поэзии, но есть проза, где-то — наоборот.

Есть культуры не литературоцентричные, существует такое явление, как социальный статус того или иного языка — когда его носители не считают допустимым творить на нем и относятся к нему как к «обиходному», а писать стихи предпочитают на более «статусных» языках.

Количественно-качественное соотношение поэзии в регионах зависит от того, насколько глубока там литературная традиция. Развивать ее «с нуля» чрезвычайно тяжело, нужно, подобно Данте, изобретать новый литературный язык. Также в этом деле могут помочь переводы — допустим, той же русскоязычной поэзии, однако с чего начать — с нашей классики, которая там зачастую неизведана, или с современной поэзии, а тот же Серебряный век перевести ретроспективно позже — вопрос открытый.

Если бы основным принципом при составлении антологии был не репрезентативный, а качественно-художественный уровень поэзии в контексте современного искусства, то внимание в первую очередь было бы обращено на удмуртов, якутов, а также бурятов, чувашей и карелов, рассказал издатель.

Помимо этого, на семинаре был отмечен позитивный европейский опыт поощрения малых национальных культур — в виде грантов, стипендий и прочих социальных дотаций. В Европе сочинитель, «современно» пишущий на коренном редком языке, получает огромную поддержку от государства и отправляется на международные фестивали, представляя на ней свой язык и свою культуру. Было бы замечательно и у нас в стране увидеть подобные программы.

21.01.2019

Просмотры: 0

Другие материалы проекта ‹Литература народов России›:

Подписка на новости в Все города Подписаться

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ