Сайт ГодЛитературы.РФ функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.
Горький-в-Сорренто

Море смеялось

С 14 по 21 апреля группа российских писателей совершала поездку по югу Италии в рамках празднования 150-летия Максима Горького

Текст: Павел Басинский/РГ
Фото: П. Д. Корин. Портрет А. М. Горького,  1932

Pavel-Basinskiy.jpgВ составе делегации — Роман Сенчин из Екатеринбурга, Павел Крусанов и Вадим Левенталь из Санкт-Петербурга. Москву представляли главный редактор «Литературной газеты» Максим Замшев, переводчица с итальянского языка Екатерина Степанцова, Лев Данилкин и ваш покорный слуга.
Это уже вторая поездка наших писателей по Италии. Несколько лет назад состоялось путешествие по острову Сицилия. Затем итальянские уже писатели проехали по Транссибу.

Можно спорить,


нужны или не нужны такие поездки. Не лучше ли давать писателям гранты,


в том числе и для заграничных поездок, как это делалось в отношении русских художников? Так, в Неаполе, где находилась база нашей поездки, в XIX веке жили русские художники, командированные от Российской академии художеств. В 2012 году в Третьяковской галерее состоялась отдельная выставка «O Dolce Napoli. Неаполь глазами итальянских и русских художников XVIII — первой половины XIX века», на которой были представлены неаполитанские впечатления в красках Александра Брюллова, Сильвестра Щедрина, Ореста Кипренского, Александра Иванова и других.

Самая знаменитая картина старшего брата Александра Брюллова — Карла Брюллова — называется «Последний день Помпеи». Помпеи — античный город близ Неаполя, уничтоженный в первом веке нашей эры во время извержения Везувия, и поныне действующего вулкана, самого крупного на материковой Европе и одного из самых опасных в мире. И сегодня он является странным смыслообразующим местом Неаполитанского залива, как вулкан Этна на Сицилии.

В этом плане Неаполь и Сицилия являются какими-то особыми регионами мира, где расстояние между жизнью и смертью, говоря по-русски, «короче воробьиного носа» и где материальные цивилизации возникают на месте, где они могут быть уничтожены в течение двух-трех дней. Это создает, выражаясь по-современному, некий особый «драйв» жизни, где смерть понимается как сестра жизни, а не старуха с косой.

«Черное барокко» Сицилии, эти изумительные города из лавы, уничтожившей прежнюю жизнь вокруг Этны в XVIII веке, Неаполь, расположенный менее чем в двадцати километрах от смертоносного вулкана, и почти полмиллиона итальянцев, живущих в красивых ухоженных городках буквально на его склонах, — создают у любого неравнодушного туриста невероятное впечатление, которое трудно выразить, но которое точно передано известной фразой из раннего рассказа Горького «Мальва» — «Море смеялось».

Ведь море здесь — второй смыслообразующий элемент. Недвижимость с видом на море в Неаполе стоит втрое дороже, чем без вида на него. Между тем исторически море — не только символ источника жизни, но и постоянной угрозы — буря, пираты… Такие городки, как Сорренто и Капри, по сути являются природными крепостями, где скалы отвесно обрываются в море, где не только подняться в город агрессору, но и спуститься к морю местному жителю было немалой проблемой. И сегодня это места не пляжного отдыха, а бесконечных «видов», где море как бы «смеется» над тобой.


Почему именно эти места выбрал «пролетарский писатель» Максим Горький?


По этому поводу можно выдвигать разные версии, но факт, что на итальянском побережье Горький провел почти половину своей творческой жизни, таким образом побив рекорды «оседлой» жизни великих русских писателей за границей.

Прежде чем обосноваться на Капри с 1906 по 1913 год включительно, Горький побывал не только в Центральной Европе, но и в Финляндии, и в Америке. В 1907 году он посетил Лондон. В это время Горький был одним из самых успешных и, будем говорить откровенно, богатых писателей мира, но въезд в Россию ему был запрещен за участие в русской революции. За границу он отправился из Петропавловской крепости. Но все-таки почему именно юг Италии стал его «второй родиной»?

Ведь и после Октябрьской революции, поссорившись с большевиками, Горький сначала поехал в Центральную Европу (Прага, Берлин), но жить там категорически не пожелал и решение о новой длительной эмиграции принял лишь тогда, когда власти Муссолини разрешили ему поселиться в Сорренто, напротив Капри, куда его в этот раз не пустили.

На одном из своих портретов, сделанном Павлом Кориным, Горький изображен в Сорренто на фоне моря. Павел Корин в начале 30-х годов гостил у Горького в Италии, куда он, художник религиозный и потому не имевший перспектив в Советской России, смог выехать благодаря ходатайству Горького. Странно, но этот портрет вполне вписывается в общий внутренний сюжет главного, незавершенного полотна Корина «Реквием» (другое название — «Русь уходящая»), создававшегося под впечатлением отпевания Патриарха Тихона в 1925 году. В фигурах высших церковных лиц, монахов и монахинь, нищих и юродивых есть та же несгибаемая воля и ощущение «ухода», что и в прямой, высокой фигуре Горького, стоящего спиной к морю, которое уже «не смеется». Вряд ли это совпадение было случайным.


Горький всегда являлся мостом между культурами.


Между народом и писателями, между властью и интеллигенцией, между Сталиным и советскими писателями. В начале ХХ века он оказался мостом между Россией и Италией. Даже сегодня это можно почувствовать. Одна из встреч в Неаполе происходила в штаб-квартире Ассоциации «Максим Горький», которая фактически заменила собой мощную Ассоциацию дружбы Италии и СССР, существовавшую с 1946 по 1991 год. А вот музея Горького ни на Капри, ни в Сорренто до сих пор не существует. И это обидно…

Оригинал статьи:
«Российская газета» — 22.04.2018

23.04.2018

Просмотры: 0

Другие материалы раздела ‹Публикации›:

Нонфикшен2019

OK

Вход для официальных участников
Логин
Пароль
 
ВОЙТИ